Росстат сообщил средние зарплаты чиновников в 2016 году
Новости
Бегущая строка института
Бегущая строка VIP
Объявления VIP справа-вверху
Новости института
Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Конституционная монархия в России - лучшая политическая система для креативного класса[1]
Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Конституционная монархия в России - лучшая политическая система для креативного класса[1]
...Мы сегодня переживаем нисходящую ветвь эволюции, своеобразный инволюционный период истории России и мира[2].

Б. Славин
    

Во власти должны быть хорошие
профессионалы, а не "серые люди"[3].

Д. Медведев



К сожалению, процитированное пожелание Президента РФ остается всего лишь пожеланием. Избирательная и политическая системы всячески противятся тому, чтобы эти "серые люди" были вытеснены творческими личностями, обладающими высокой профессиональной подготовкой и нравственными качествами. Именно существующая система не позволяет обновиться и кадровому резерву, даже если этого и хочет высшее руководство. То есть система не дает себя реформировать в кадровом отношении. Налицо очевидный дефицит кадров, что признал, кстати, один из тех экспертов, который участвовал в отборе "президентской сотни". В результате, но его справедливому мнению, "стоимость кадров догнала Америку", а сам "рынок кадров немного прибили"[4].

Вместе с тем тот же С. Воробьев противоречит сам себе в одном и том же интервью. Сначала он говорит, что, "чем больше людей будет участвовать в системе работы с человеческим капиталом, тем лучше", а ниже - утверждает, что "не надо привлекать посторонних людей для набора балерин в Большой театр"[5]. И это противоречие не случайно. Это противоречие двух систем - демократической и авторитарной в подборе кадров.

На мой взгляд, кадровые вопросы всегда в России решались авторитарно, исключительно личностно. Такова традиция. Причем наиболее авторитарно при Б. Ельцине, который кадровые решения никому вообще не доверял (вспомним его обещание новому премьеру С. Кириенко назначать до уровня заместителя министра). Поэтому создавать псевдодемократические институты не просто неэффективно, но и вредно. Выборы председателей колхозов и директоров предприятий в период "перестройки" это лишний раз подтвердили. Масса избирателей, будучи, как правило, плохо информированной и непрофессиональной, вряд ли изберет толкового руководителя. Тем более такого, который изначально обладает волей и творческими способностями. В целом же это утверждение справедливо не только для предприятия, района, области, но и для всей страны.

Собственно, все это знают, видят и признают. Д. Медведев через полгода своей кадровой реформы был вынужден признать, что "...обновление человеческого потенциала, появление на соответствующих должностях в нашей стране необходимых людей, идет крайне медленно"[6].

Можно с уверенностью сказать, что это не случайно, а порождение самой политической системы, когда "партией власти" N 1 стала бюрократия. В условиях массовой коррупции, когда власть отождествляется с доходом, даже бизнесом, эта система в принципе не способна привлекать к управлению творческих и профессиональных людей. Их назначение (выдвижение, продвижение и т.д.) рассматривается - хотят того или нет - как продвижение к распределению ресурсов. Наиболее яркая форма этого явления была связана с "назначением олигархов". Наиболее распространенная - покупка должностей.

Соответственно при такой кадровой политике система заинтересована не в эффективной работе (за это никто не спросит), а в эффективном зарабатывание - для себя и своих начальников. Отсюда крайне низкая эффективность всего госуправления, а также невозможность в принципе изменения кадровой политики. Тем более когда главная мотивация - деньги любой ценой.

Альтернативных вариантов два. Первый - создание структурированного гражданского общества, способного контролировать процесс кадровых назначений. Но на сегодня это очевидно идеалистический вариант, требующий длительного времени и реформирования всей общественной политической системы страны[7]. Ждать его долго.

Второй вариант - авторитаризм, который в наиболее цивилизованной форме конституционной монархии имеет свои аналоги в самых успешных странах. Уверен, что для нынешней России этот вариант предпочтителен.

В России еще только формируется политическая система и ее "правила игры". Поэтому особенно внимательно надо посмотреть как на зарубежный, так и собственный опыт политической истории. Так, наиболее устойчивыми политическими системами (которые не случайно являются и наиболее динамично развивающимися экономически, а также выступают лидерами в общественном развитии) вот уже несколько десятилетий являются конституционные монархии - Великобритания, Швеция, Дания. В определенном смысле монархия более адекватно, чем парламентская республика, отражает потребности общества по следующим причинам:

- государь с детства, изначально, готовится к управлению государством;

- он обязан думать, какое государство он оставит своему преемнику, т.е. он мыслит категориями дольше, чем 4 или 8 лет;

- ему, как правило, не надо бороться за власть, идти на уступки и в ущерб интересам государства заниматься идеологическими спекуляциями[8].

Применительно к России эти закономерности только подтверждаются: российские президенты (а до этого советские генсеки) обладают фактически царской властью. При этом лишь В. Путин добровольно вышел за рамки "наследованной традиции", но при этом не имея изначальных преимуществ монархов.

Для России - я уверен - традиция сильной власти одного лица является благом. Мы видим, что развитие страны, - а это именно то, что нужно сегодня, - ускоряется именно в этот период. Опыт Петра I, Александра II, Сталина подтверждает этот вывод.

С точки зрения развития креативного класса и интеллигенции демократические выборы вообще малоперспективны. Нетрудно предугадать, кого из двух кандидатов выберет большинство - популиста или профессионала. Это подтверждает и современная российская действительность.

И не только российская, но и зарубежная. Здесь мы наблюдаем весьма противоречивую тенденцию - чем сложнее становится мир, проблемы, тем менее профессиональной становится правящая элита и менее ответственной. Во многом именно из-за существующей демократической практики, когда большинство "выбирает сердцем", а не мозгами. Понятно, что субъективизма при назначении на должность меньше, если монарх (властный президент, премьер) руководствуется не мыслями о "балансе сил", идеологическими предпочтениями, групповыми интересами, а благом государства, нации и общества.

В условиях глобального кризиса проблема эффективности политической системы России и других стран зазвучала по-новому. Стало ясно, что системный мировой кризис, охвативший планету, это кризис не только финансовый, экономический, но и кризис глобальной системы управления. Серьезной критике подверглась не только вся либеральная идеология, казавшаяся безупречной, но и политическая система, международные институты, с помощью которых эта система управляла миром, - МВФ, Всемирный банк.

При этом главное средство, обеспечивающее будущее мироустройство, остается за лидерством в инновациях. Так, в докладе Национального совета по разведке США "Глобальные течения 2025: изменяющийся мир", который стал известен в конце 2008 года, откровенно признается, что будущая перспектива США предопределена американским превосходством национальной инновационной системы (НИС)[9], т.е. в конечном счете той ролью в обществе, которую будет играть креативный класс. Но представители этого класса отличаются, выделяют от других прежде всего "мощью своей индивидуальности"[10]. Эта мощь, с другой стороны, - неизбираема. То есть главная движущая сила развития - креативный класс - не может придти к управлению через демократические выборы.

Если согласиться с этим выводом американских экспертов, то неизбежно придется сделать вывод и о том, что роль эффективного госуправления, элиты, креативного класса стремительно возрастает, а политическая система страны тем эффективнее, чем полнее она может дать возможность для реализации творческого потенциала нации. И наоборот, чем меньше креатива и творчества, инноваций и профессионализма в управлении, тем хуже политическая система и формирующая ее избирательная система. Важными факторами являются, "...энергичность и "футуристичность" правящей в государстве элиты, ее воля к поиску новых прорывов в развитии, ее готовность делать то, чего нет еще ни у кого в мире. Ее умение быть первопроходцами. Только такая элита может создать государство, способное на венчурно-прорывные проекты, что сотворяют абсолютно новые отрасли деятельности и виды бизнеса. Многие из таких проектов (пример - атомный проект) не под силу частному предпринимательству в силу его ограниченности и ориентации на скорую прибыль. Важнейший фактор мировой гегемонии нации - ее способность открывать и успешно воплощать такие государственные (а не частные) суперпроекты, "тягачи развития". Государство, став венчурером, должно "возмущать спокойствие", открывая новые, эпохальные направления научно-технического, экономического и социального развития"[11].

Таким образом, можно констатировать, что выборная демократия становится все менее эффективной и содержательной. Не случайно выборы демонстрируют, как правило, бессодержательные, блеклые и неинтересные дискуссии. Публичные политики во все большей степени работают "на камеру", когда законы PR-технологий определяют не только манеру поведения, аргументацию, но и политическую позицию. И не только в России. Показательны в этом случае примеры с кандидатами в президенты США, которые действуют в соответствии с законами шоу-бизнеса. Еще более показателен пример с Саакашвили, который вообще превратился в шоумена.

К сожалению, содержательная публичная - политическая, идеологическая, экономическая и другие - дискуссия на выборах становится второстепенным атрибутом избирательной кампании. Что не удивительно, ведь, как уже говорилось, большинство избирателей не готовы (не подготовлены, да и не хотят) вникать в суть проблем. Та небольшая часть, может быть 15-20%, избирателей, способных адекватно оценить способности политиков, не случайно совпадает с долей в обществе креативного класса, а также с долей граждан, регулярно интересующихся политической и экономической жизнью страны. В принципе, если бы право выбора было только у этих 15-20% граждан, то они, вероятно, могли бы адекватно оценить приоритетность задач, стоящих перед обществом и экономикой, те средства, которые возможны и необходимы для их решения, но избирательное право - прямое и всеобщее - стало полем для манипуляций тех, у кого есть власть, СМИ и деньги. Другие качества им не нужны.

Не является в этом ряду исключением и Россия. Здесь тоже доля тех, кто регулярно интересуется содержательной стороной политической жизни страны, не превышает 15-20%. Это же можно сказать и о доле креативного класса в стране. Другими словами, эти избиратели всегда будут в меньшинстве, а их кандидат - заведомо в проигрыше. А значит, победит тот кандидат, у которого есть ресурс, даже если он и не понимает ничего ни в политике, ни в экономике. Даже если он антинационален, болен алкоголизмом (как Б. Ельцин), не профессионален (как М. Горбачев) и т.д.

Еще в 2006 году предполагалось, что политические выборы неизбежно активизируют не только политическую борьбу, но и идеологическую дискуссию. Считалось, что это естественное и позитивное качество демократического процесса неизбежно будет формировать запрос о роли той или иной социальной группы людей, поиск наиболее эффективных механизмов развития общества и государства, т.е. "соревновательных "моделей" и идеологий"[12]. Ни того, ни другого в последующие годы не произошло. Не было ни серьезной дискуссии, ни значимых идей. Не было даже политического соревнования, интриги. Технология заменила и первое, и второе, и третье. И это отнюдь не случайно. Ситуация повторяла как предыдущие выборы, так и предопределяла последующие. Самое интересное стало заключаться в том, что участники избирательного процесса практически "ушли от идеологии", отказавшись от принципиальных споров по своим программам, пусть формальным, но предполагавшим привлечение внимания масс. Оказалось, что даже этого не требуется: ресурсы телевидения и власти заменили всё.

Понятно, что при такой "демократической" избирательной кампании менее всего нужны идеи и их носители - интеллигенция и креативный класс. Они не нужны 80% избирателям, а значит, не нужны власти, бизнесу. Даже СМИ перестали интересоваться идеями и творчеством. В избирательной кампании стали ценится только те идеи, за которыми будут стоять проценты голосов, пусть вредные. Сами по себе идеи и люди - основа творческого потенциала нации - в избирательной кампании потеряли свою значимость.

Отчасти это в российско-советской традиции. Ни в СССР, ни в России интеллигенция никогда не принимала значимого участия в управлении государством и обществом, хотя была ее креативным слоем. В лучшем случае ее советы выслушивали, но к процессу принятия решений и контролю над их исполнением просто не допускали. Не являются исключением и периоды, когда некоторых представителей интеллигенции власть использовала в своих политических целях - это было и при М. Горбачеве, и особенно в 1996 г. при Б. Ельцине. Но и тогда интеллигенция, креативные слои только временно использовались властью. И выборы лишь фиксируют эту традицию. Как сделать, чтобы креативные интеллигенты оказались не технологами на выборных процессах, а их непосредственными участниками? Ответ находится в далеком будущем.

В ближнем же будущем реален лишь один вариант политической системы, способный привести к власти интеллигенцию и креативные слои - отказ от псевдодемократических процедур в пользу авторитарных, доказавших свою эффективность, прежде всего в пользу монархии, полномочия которой могут быть ограничены конституцией. И ничем и никем больше.


________________

[1] Об этом я писал не раз. Подробнее всего в кн.: А. Подберезкин. Русский Путь. М.: РАУ-корпорация, 1999.

[2] Славин Б. Идеология возвращается. М., 2010. С. 647.

[3] Д. Медведев встретился с представителями кадрового резерва. 5 марта 2009 г. [Эл. ресурс]. URL:http://www.viperson.ru

[4] Воробьев С. У "Единой России" список длиннее // Коммерсант. 2009. 3 марта.

[5] Там же.

[6] Д. Медведев встретился с представителями кадрового резерва. 5 марта 2009 г. [Эл. ресурс]. URL:http://www.viperson.ru

[7] О такой идеальной модели я написал впервые в работе "Гражданское общество и будущее российского государства: в поисках эффективного алгоритма развития". М., 2004.

[8] Этот подход известен давно. В т.ч. и я озвучивал не раз эти принципы. См., например: А. Подберезкин. Человеческий капитал. М.: Европа, 2007.

[9] Эра неопределенности: планета бурь. 6 января 2009 г. [Эл. ресурс]. URL:http://www.forum.msk

[10] Евграфова Е. Среда, подходящая для инноватора // Harvard Business Review. 2010, Июнь-июль. С. 12.

[11] Эра неопределенности: планета бурь. 6 января 2009 г. [Эл. ресурс]. URL:http://www.forum.msk

[12] Белых Н. Какая Россия "другая"?; Иванов В. О партийности "царя" // Известия. 2006. 10 июля. С. 6.


Алексей Подберезкин - профессор МГИМО

18.01.2012

www.allrus.info



Док. 645865
Перв. публик.: 18.01.12
Последн. ред.: 19.01.12
Число обращений: 0

  • Подберезкин Алексей Иванович
  • Славин Борис Федорович

  • Евразийская интеграция
    eurasian-integration.org


     








    Наши партнеры

    politica.viperson.ru
    vibory.viperson.ru
    narko.viperson.ru
    pressa.viperson.ru
    srv1.viperson.ru
    Разработчик Copyright © Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``