Турция меняет Конституцию: итоги референдума Эрдогана
Новости
Бегущая строка института
Бегущая строка VIP
Объявления VIP справа-вверху
Новости института
Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Политические и идеологические ошибки `Стратегии-2020` привели к тому, что в социально-политическом плане в России в 2011 году возникли проблемы, которых прежде в политической жизни страны не было...
Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Политические и идеологические ошибки `Стратегии-2020` привели к тому, что в социально-политическом плане в России в 2011 году возникли проблемы, которых прежде в политической жизни страны не было...
Основные ошибки "Стратегии" долгосрочного развития

Россия все более отчетливо делится на партию
телевизора и партию интернета...[1]

Б. Макаренко

... Россия проскочила развилку,
связанную с модернизацией[2].

А. Аузан


Политические и идеологические ошибки "Стратегии-2020" привели к тому, что в социально-политическом плане в России в 2011 году возникли проблемы, которых прежде в политической жизни страны не было. Провал "Стратегии" оказался не просто провалом очередной программы, но провалом политического курса, который формировали и реализовывали сторонники либеральной вульгарной экономической традиции. Отвечать за такие провалы придется правящей элите, которая делегировала либеральным экономистам "право" на формирование национальной стратегии. Приведу в этой связи мысль патриарха российской экономической школы О.Т. Богомолова: "...развитие экономики той или иной страны во многом находится под влиянием политики, т.е. зависит от целей, поставленных правящей элитой. Не менее важно и обратное влияние экономики, ее важнейших агентов на политику. В процессе наших исследований мы неоднократно убеждались, что политические интересы, идеология власть имущих надолго деформируют экономические законы. Это рано или поздно приводит к взрыву, если вовремя не вскрывать и не исправлять деформации, не корректировать политику"[3].

Кроме того, огромная масса экспертов, ученых, просто креативных личностей неожиданно откликнулась на призыв В. Путина "скорректировать" стратегию и начала бурную дискуссию. В эту дискуссию так или иначе оказались вовлечены сотни, даже тысячи институтов социального потенциала нации: кроме заявленных В. Мау "1100 экспертов", в подготовке своего видения выступили ИНСОР, ЦСКП, Патриархия, "Деловая Россия" и многие другие институты гражданского общества.

Как справедливо заметили исследователи МГИМО(У), динамика инновационной активности предприятий подтверждает генеральный вывод о стагнации в сфере инноваций в 2002-2008 гг. Удельный вес фирм, осуществлявших технологические инновации, в общем числе предприятий промышленного производства в исследуемый промежуток времени находился в пределах 9-10%, а по данным Росстата за 2010 г. - 4,9%. Если вновь обратиться к международным сопоставлениям, то в Германии этот индикатор по состоянию на 2006 г. составил 69,7%; в Испании - 37%; в Румынии - 21,9%. При этом среднее значение данного показателя по странам ЕС - 27 вплотную приблизилось к 40%.

Доля организаций, осуществлявших технологические инновации, в добыче полезных ископаемых сократилась в России с 5,7% в 2003 г. до 5,1% в 2008 г. В обрабатывающих производствах за этот период был отмечен рост - с 10,9 до 11,9%. В производстве и распределении электроэнергии, газа и воды было зарегистрировано чувствительное сокращение удельного веса организаций, которые осуществляли технологические инновации, - с 6,4 до 4,2%[4]. В целом же показатели инновационной активности до кризиса 2008-2010 годов были удручающими, а после кризиса - еще хуже[5]. О чем наглядно свидетельствуют и данные ВЦИОМ[6].



 




Индекс измеряется в пунктах и может колебаться в пределах от 0 до 100 п. Значение индекса меньше 50 п. указывает на преобладание негативных оценок, а больше 50 п. - позитивных. Значение 50 п. показывает баланс положительных и отрицательных оценок.

Индекс "Модернизация в России" строится на основе двух вопросов:

"Как Вы считаете, сегодня ситуация с модернизацией и технологическим обновлением в России хорошая или плохая?"

"По Вашему мнению, в настоящее время ситуация с модернизацией и технологическим обновлением в России улучшается или ухудшается?"

По каждому из вопросов строится диффузный индекс, равный половине разности между долями положительных ("хорошая" / "улучшается ) и отрицательных ("плохая" / "ухудшается") ответов, увеличенной на 50 пунктов.

Итоговый индекс "Модернизация в России" является составным и получается сложением индексов по каждому вопросу и делением этой суммы на два.

Негативные тенденции наблюдались и в области торговли технологиями, баланс которой был в 2008-2009 гг. очевидно не в пользу России. Вот лишь некоторые примеры[7].
 



Таким образом, можно сделать вывод, что принятая в марте 2008 года "Стратегия", как и предыдущие усилия, не дали практических сколько-нибудь заметных результатов в области модернизации и внедрения инноваций. И отнюдь не только из-за кризиса, который мог бы стать на самом деле эффективным лекарством для сырьевой экономики, а совершенно по иным причинам, которые, на мой взгляд, надо знать. Тем более, если заявленное в начале 2011 года В. Путиным намерения "скорректировать" "Стратегию-2020" приведет к действительным изменениям. На мой взгляд, ошибки "Стратегии-2020" таковы:

1. Стратегия разрабатывалась и принималась как общенациональная стратегия развития, хотя по сути являлась частной, социально-экономической концепцией, разработанной МЭРом. Она не выходила за рамки этой частной концепции ни по масштабу оценки национальных интересов, ни целей, ни распределения ресурсов. Не было и общественной поддержки. О этом свидетельствуют данные соцопросов, проведенных ВЦИОМ, о реальных действиях в этом направлении[8].






На основе сравнения ответов "модернизация в России нужна" и "вижу признаки модернизации в России" со средними значениями по России в целом построена типология регионов "Спрос на модернизацию в России".

4 типа регионов:

Тип 1 "говорят, что нужна - чаще, видят признаки - чаще": субъекты, в которых респонденты чаще, чем по РФ в целом, говорят, что модернизация в России нужна, и чаще видят ее признаки.

Тип 2 "говорят, что нужна - чаще, видят признаки - реже": субъекты, в которых респонденты чаще говорят, что модернизация в России нужна, но признаки модернизации видят реже, чем по РФ в целом. Тип 3 "говорят, что нужна - реже, видят признаки -чаще": субъекты, в которых респонденты реже говорят, что модернизация в России нужна, но признаки модернизации видят чаще, чем по РФ в целом. Тип 4 "говорят, что нужна - реже, видят признаки - реже": субъекты, в которых респонденты реже, чем по РФ в целом, говорят, что модернизация в России нужна, и реже видят ее признаки.




Поэтому сегодня нужна не корректировка, а новая "Стратегия общенационального развития", формулирующая цели, трактующая национальные интересы и мобилизующая элиту и общество, в том числе на комплексное и полное использование ресурсов.

"Стратегия развития" должна быть идеологией. Как справедливо заметил С.А. Емельянов, "Для соединения передовых социальных идей с тем социальным слоем, на который власть опирается, необходимо, очевидно, чтобы сами эти идеи (по крайней мере, косвенно) были связаны с научными достижениями эпохи и еще более тесно связаны с идеологией.

Наука позволяет познать объективные законы общественного развития (и в определенной мере их национальную специфику) и в тесной связи с идеологией сформировать и внедрить в общественное сознание те или иные социальные идеалы, соединяя их с обыденными целями и социальными "геномами" людей. Таким образом, "инстинктам масс" дается теоретическое обоснование, и обыденный уровень общественного сознания поднимается до теоретического, что и позволяет субъектам истории делать правильный исторический выбор на её "развилках" (в точках "бифуркации")"[9].

Нации нужна общенациональная идеология, сочетающая традиции и предыдущие лучшие достижения с новейшими реалиями.

В 2011 году "корректировка" "Стратегии-2020" основывалась, как и в 2008 году, на неолиберальной идеологии. Более того, Д. Медведев попытался не только сохранить, но и зафиксировать идеологически такую приверженность, заявив, например, 3 марта 2011 года о свободе как главной ценности развития.

На самом деле при разработке новой "Стратегии" необходимо было бы переосмыслить прежде всего цели развития нации, заявить о её фундаментальных ценностях, а не ограничиваться фиксированной приверженностью "общеевропейским ценностям". Так, прежде всего - и это самое главное - нужно сформулировать в качестве главной цели развитие НЧП, - как в его количественном (демографическом), так и в качественном измерении. Сделать эту цель целью модернизации.

Кроме того, необходимо перераспределить имеющиеся ресурсы в пользу этой цели и мобилизовать неиспользуемые ресурсы и резервы нации, прежде всего ее социальный потенциал.

2. Важно отметить, что впервые авторами "Концепции-2020" в 2008 году была предпринята попытка создания концептуального документа, а не простой макроэкономической и инерционной экстраполяции, хотя избавиться от прежних ошибок полностью и не удалось. Проект в итоге получился хотя и противоречивым, "гибридным", но уже не таким искусственным, инерционным, псевдотехнологичным, как прежние варианты. Главное - предпринята ясная попытка обосновать способы реализации политических приоритетов, сформулированных высшим политическим руководством. Пусть эти цели не вполне корректны, а методы неэффективны.

В течение многих лет я выступал за то, чтобы элита выбрала интенсивный вариант развития. Это должно быть именно политическое решение. Так, в одной из своих забот - "XXI век: стратегия для России", написанной в 2004 году", я писал: "Эта книга посвящена будущему России. Мы спорим о настоящем, переписываем историю, но при этом мало говорим о будущем. А между тем, такой разговор очень нужен. Мы должны представлять себе более или менее ясно, каким будет мир через 15-20 лет. Какое место будут занимать в нем те или иные страны и, конечно же, Россия.

И эти политические вопросы должны быть не только поставлены. На них должны быть даны внятные ответы. Что делается неплохо в США и отлично в Китае.

Как признают, например, авторы одного из американских прогнозов, "К 2020 году карта мира может радикально измениться". Действительно, по их оценкам, кроме, безусловно, мирового лидера США, на мировую арену выйдут еще три ведущих "игрока" - Китай, Индия и страны Евросоюза. Численность их населения будет приближаться к 1,5 млрд человек, а экономические потенциалы - сопоставимы с США.

Россия к тому времени - если сохранятся нынешние тенденции - отойдет на второй, даже третий план. Численность населения может сократиться до 110 млн человек (менее 10% от Китая, Индии, 20% - Европы и 25% от предполагаемой в США), а экономический потенциал - на 5-10%. Россия, малонаселенная, но богатая природными ресурсами, окажется зажатой между гигантами. Не грозит ли ей участь Польши, поделенной в XVIII веке крупными европейскими державами?"[10]

Авторы "Стратегии-2020" не дали ответа на эти вопросы. Боюсь, что не дадут они таких ответов и в модернизированном варианте, который опять будет выглядеть вполне технологично, избегать политико-идеологических оценок, но, в конечном счете, в качестве стратегии окажутся бесполезны, и именно по этим причинам.

3. Нации нужен привлекательный образ будущего. Особенно после кризиса 2008-2011 годов, когда у значительной части элиты и общества сформировалась установка на то, чтобы любыми способами уехать из страны. "Отток" - уже не богатых, наворовавших и криминалитета, а профессионально подготовленных представителей различных социальных групп принял в 2010-2011 годах характер эпидемии. Граждане не верят, что у России есть лучшее будущее, что у нее есть будущее вообще. Поэтому спешат учить детей, покупать собственность на Западе (где она, кстати, дешевле, чем в России), в конечном счете уезжают из страны ежегодно сотнями тысяч. Россия теряет уже не только капиталы, но и свои лучшие мозги. В этой связи мы должны ясно ответить на вопрос: готовы ли мы принять такое будущее? Согласны ли мы с тем, что внутренняя нестабильность, отсталость и потеря контроля над огромными ресурсами станут нашей участью в ближайшие десятилетия? Мы должны ясно, консолидировано сформировать позицию нации по этому вопросу. Наверняка найдутся те, кто согласится с такой перспективой. Но, уверен, большинство нации не смирится с потерей суверенитета и национальной идентичности. И это должно стать главной реальной целью долгосрочного развития.

Не смирится большинство нации и с растущим отставанием России по ключевым критериям национального человеческого потенциала, например, в здравоохранении, где подобное отставание ежегодно выражается в конкретных причинах смерти миллионов граждан. Что видно, например, из следующих данных[11].



Нужен внятный стратегический (идеологический) прогноз и убедительное стратегическое планирование, способные показать национальную перспективу. Экстраполяции, тем более консервирующие на десятилетия отсталость России, скорее вредны, чем полезны.

4. Без ясного представления о желаемом, о цели, результате невозможен прогноз. Без прогноза невозможен план действий. Без плана нет механизмов его выполнения. А без всего этого нет стратегии развития нации, общества и государства. Идти от обратного нелепо, нелогично и неправильно. "И такой стратегии сегодня действительно нет. Нет ни анализа перспектив мирового развития, ни внятно сформулированного собственного курса"[12]. Так я писал в 2004 году.

К 2008 году многое изменилось. Уверен в том, что если бы ни кризис, то (пусть с опозданием), но мы вышли бы на постановку этих задач неизбежно уже в 2008 году. Кризис заставил вновь вернуться к "ручному управлению", характерному для 2000-2007 годов. И к такому же уровню понимания проблем в 2011 году, каким он был в 2008 г. От которого только-только начали уходить. Развитие, тем более опережающее, ускоренное, невозможно на "ручном управлении" и при старой либеральной модели. Требуется не только управлять одновременно миллионами человек, но и действовать максимально слаженно и быстро. Это возможно только в том случае, если в основе всех механизмов управления находится идеология, прежде всего, общность интересов управляющей элиты, единство в понимании общих целей, перспектив развития и механизмов достижения поставленных целей.

5. При разработке новой "Стратегии" необходимо наконец-то сменить команду экспертов, которая с начала 90-х годов остается прежней. Эти люди доказали свою несостоятельность. Их ошибки, многократно повторены, но никто из них не несет за них ответственность. Ни моральную, ни политическую, ни нравственную, ни научную.

Эти же люди в лучшем случае смогут выдать те же идеи. Не надо на этот счет заблуждаться. Нужны новые люди, прежде всего идеологи, философы, а потом уже экономисты.

6. Сегодня существует еще значительная разница между стратегией развития России до 2020 года, сформулированной политическим руководством страны, и проектом концепции социально-экономического развития, которая разработана в качестве детализации этой стратегии МЭРом. Это различие политическое, хотя оно и выражается, прежде всего, в терминологической путанице, которая отражена в тексте. Так, если цель Концепции сформулирована вполне корректно, то задачи, конкретизирующие эту цель, - очень сомнительны. Под такими задачами, например, понимается "определение стратегии - способов, направлений и этапов", "определение целей..., приоритетов и основных задач", "определение приоритетов ... внешнеэкономической деятельности" и т.д., т.е. всё то, что относится к стратегии и политике, а не к концепции.

Напомним, что стратегия - политический документ, формулирующий прежде всего приоритеты национальной политики, её цели и конкретные задачи. Стратегия основывается на базовых принципах и приоритетах, имеющих общенациональное значение, т.е. на идеологии. Идеологические и политические аспекты в первой половине 2008 года уже были сформулированы В. Путиным и Д. Медведевым, а потом - в 2009-2011 годах многократно подтверждены. Но не в ясной форме, не в форме идеологии как совокупности идей и приоритетов, а в форме публичных выступлений, пиара.

Таким образом, получилось, что формулировать концепцию развития начали без прочного и ясного фундамента (идеологии) и без основных несущих конструкций (стратегии). И кризис 2008 года это наглядно показал: Концепция устарела до ее утверждения. Таким образом, данная концепция - всего лишь попытка социально-экономической экстраполяции некоторых идей стратегии, имеющая очень субъективное (как часто показывает, к сожалению, практика, неверное) представление экспертов МЭР. Смешивать две области - политическую и социально-экономическую - стратегию и тактику, две компетенции - неверно.

Но и после кризиса, в 2011 году, мы остались на уровне понимания 2008 года.

7. Это противоречие в современных российских условиях подготовки и принятия подобных решений, на мой взгляд, пока оказывается непреодолимым. В лучшем случае в ближайшем будущем оно приведет к тому, что политические идеи стратегии останутся декларациями, а в худшем -такая концепция может стать реальной основой для фактической корректировки политических приоритетов и выбора неверного вектора социально-экономического развития.

Так, в проекте "Концепции" МЭР констатирует, что "в 2007 году объем ВВП составил к уровню 1991 года 110%", что расходится с логикой, прежними официальными заявлениями и здравым смыслом. Действительно, если до 2000 года ВВП снижался, а затем вырос примерно на 80%, то это утверждение равносильно политическому признанию полного восстановления экономического потенциала страны. И действительно, ниже МЭР признает, что "Россия восстановила статус мощной экономической державы". Притом, что далее в "Концепции" пишется, что душевой ВВП в России составляет (по ПСС) "13,7 тыс, долл, или 42% от среднего уровня стран ОЭСР".

Но этот показатель никак не соответствует показателю "мощной экономической державы", как, впрочем, и другим показателям! Вряд ли целесообразно в Концепции брать на себя политические оценки. Тем более что они весьма спорные. Думается, что приоритеты, оценки и установки должны остаться за "Стратегией" и политическим руководством страны.

8. Целесообразно, на мой взгляд, в "Стратегии развития" еще раз "развести" политические идеи и стратегические установки, с одной стороны, с социально-экономическим содержанием, которое должно конкретизировать эти установки. А не существовать сами по себе. Так, в выступлении на расширенном заседании Госсовета 08.02.08 г. (а до этого, в феврале 2007 года в статье Д. Медведева) В. Путин подчеркнул несколько идей, связанных с такой стратегией, но требующих конкретизации именно в "Концепции". Идей, безусловно, политических, а не экономических или социально-экономических:

Во-первых, эта стратегия будет означать "качественно иной этап в развитии страны". Сказанное означает, что Россия переходит именно на новый, причем качественно новый, этап своего развития. Причем в "Стратегии" говорится без конкретизации этих важнейших качественных особенностей. Например, приоритета в развитии НЧП.

Ясно, однако, что выделение качества этого этапа предполагает неизбежный отказ от сложившихся в период кризиса представлений, существующих норм, правил и тенденций. Но этого-то, как раз, и не произошло. Как справедливо заметил Р. Гринберг, "Зато вопреки всякой логике в самом плачевном состоянии оказались у нас как раз те сферы, которые в развитых странах являются барометром общественного и экономического "здоровья": наука, образование, культура, здравоохранение - те самые четыре основные позиции, которые ради собственного блага должно систематически поддерживать государство. Как это ни парадоксально, недооценка значимости этого фактора многократно возросла в постсоветский период, после воцарения идеологии пришедших к власти рыночных волюнтаристов. Между тем положение дел обстоит просто и понятно: если не будет культуры, образования, науки, здравоохранения - не будет в стране здоровья ни в чем, в том числе и в экономике. Расходы на эти четыре сферы надо повысить хотя бы до среднего уровня в Евросоюзе. Но это тоже проблема политического решения"[13].

Во-вторых, отказаться от вариантов "догоняющего" развития. Будь то "экстенсивный" или "интенсивный" сценарий[14]. Сегодня нужен (и возможен) качественный скачок в развитии общества, экономики. Но прежде всего НЧП.

В-третьих, нужна мобилизация и наиболее эффективное использование всех национальных ресурсов, а не только финансов, на чем сосредоточено внимание нынешней элиты.

В-четвертых, нужен эффективный политико-идеологический прогноз и соответствующее стратегическое планирование.

В-пятых, нужна национальная консолидация и мобилизация.

Все вместе взятое это и будет действительной "Стратегией развития" нации, а не "Стратегией социально-экономических программ".


__________________________

[1] Макаренко Б. Политическая воля ушла в Интернет // Известия. 2011. 5 апреля. С. 3.

[2] Цит. по: Аузан А. Национальная формула модернизации. Лекция // Полит.ру. 2009. 16 октября. / http://www.polit.ru/lectures/auzan

[3] Богомолов О.Т. Наши исследования не были напрасными // Мир перемен. 2010. N 3. С. 10.

[4] Роль банковской системы в решении проблем модернизации российской экономики информировании внутреннего инвестиционного спроса. Отчет о НИР. МГИМО(У), 2010.

[5] Научный потенциал и инновационная активность в России. Выпуск 4. Статсборник. М.: Минобрнауки, РИЭПП, 2010. С. 130, 131.

[6] Фонд "общественное мнение". Доминанты. 2011. 24 февраля. N 8.

[7] Наука в России в цифрах: 2010. Стат. сб. М.: ЦИСН, 2010. С. 133-135.

[8] Фонд "общественное мнение". Доминанты. 2010. 16 декабря. N 49. С. 16, 18.

[9] Емельянов С.А. Альтернативность социально-экономического развития и социалистическая модернизация России // Философия и общество. 2008. Апрель-июнь. N 2. С. 2.

[10] Подберезкин А.И., Карпенко М.П. XXI век: стратегия для России. М.: СГА, 2005. С. 3.

[11] Доклад о развитии человеческого потенциала в Российской Федерации 2008. Россия перед лицом демографических вызовов. М.: 2009. С. 69.

[12] Подберезкин А.И., Карпенко М.П. XXI век: стратегия для России. М.: СГА, 2005. С. 3.

[13] Гринберг Р. Экономика в руках политиков // Известия. 2011. 25 февраля. С. 4.

[14] В свое время, в начале 2000-х годов, я сам неоднократно предлагал такие сценарии. Но время ушло. Теперь нужен только качественный скачок.


Алексей Подберезкин - профессор МГИМО

22.10.2011

www.allrus.info



Док. 643992
Перв. публик.: 22.10.11
Последн. ред.: 23.10.11
Число обращений: 0

  • Подберезкин Алексей Иванович
  • Макаренко Борис Игоревич
  • Аузан Александр Александрович

  • Евразийская интеграция
    eurasian-integration.org


     








    Наши партнеры

    politica.viperson.ru
    vibory.viperson.ru
    narko.viperson.ru
    pressa.viperson.ru
    srv1.viperson.ru
    Разработчик Copyright © Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``