В Кремле заявили об отсутствии информации об уходе Матвиенко из Совфеда
Наша библиотека
Книги
Статьи
Учебники

Художественная литература
Русская поэзия
Зарубежная поэзия
Русская проза
Зарубежная проза
Вечно недовольный Яковлев Назад
Вечно недовольный Яковлев
Приехал в отпуск в село Борис Яковлев... Ему - под сорок, но семьи в городе нету, была семья, но чего-то разладилось, теперь - никого. Вообще-то догадывались, почему у него - ни семьи, никого: у Яковлева скверный характер. Еще по тем временам, когда он жил в селе и работал в колхозе, помнили: вечно он с каким-то насмешливым огоньком в глазах, вечно подоспеет с ехидным словом... Все присматривается к людям, но не идет с вопросом или просто с открытым словом, а все как-то - со стороны норовит, сбоку: сощурит глаза и смотрит, как будто поджидает, когда человек неосторожно или глупо скажет, тогда он подлетит, как ястреб, и клюнет. Он и походил на ястреба: легкий, поджарый, всегда настороженный и недобрый.
У него тут родня большая: мать с отцом еще живые... Собрались, гульнули. Гуляли Яковлевы всегда шумно, всегда с драками: то братаны сцепятся, то зять с тестем, то кумовья - по старинке - засопят друг на друга. Это все знали; что-то было и на этот раз, но не так звонко - поустали, видно, и Яковлевы.
Сам Борис Яковлев крепок на вино: может выпить много, а не качнется, не раздерет сдуру рубаху на себе. Не всегда и поймешь, что он пьян; только когда приглядишься, видно - глаза потемнели, сузились, и в них точно вызов какой, точно он хочет сказать: "Ну?"
Был он и на этот раз такой.
В доме у него еще шумели, а он, нарядный, пошел к новому клубу: там собралась молодежь, даже и постарше тоже пришли - ждали: дело воскресное, из района должна приехать бригада художественной самодеятельности, а вместе с районными хотели выступить и местные - ну, ждали, может, интересно будет. Яковлев подошел к клубу, пооглядывался... Закурил, сунул руки в карманы брюк и продолжал с усмешечкой разглядывать народ. Может, он ждал, что к нему радостно по-дойдут погодки его или кто постарше - догадаются с приездом поздравить; у Яковлева деньги на этот случай были в кармане: пошли бы выпили. Но что-то никто не подходил; Яковлев тискал в кулаке в кармане деньги и, похоже, злился и презирал всех. Наверно, он чувствовал, что торчит он тут весьма нелепо: один, чужой всем, стоит, перекидывает из угла в угол рта папиросину и ждет чего-то, непонятно чего. Самодеятельность эту он глубоко имел в виду, он хотел показать всем, какой он - нарядный, даже шикарный, сколько (немало!) заколачивает в городе, может запросто угостить водкой... Еще он хотел бы рассказать, что имеет в городе - один! - однокомнатную квартиру в новом доме, что бригадира своего на стройке он тоже имеет в виду, сам себе хозяин (он сварщик), что тишина эта сельская ему как-то... не того, не очень - по ушам бьет, он привык к шуму и к высоте. Наверно, он хотел вскользь как-нибудь, между прочим, между стопками в чайной, хотел бы все это рассказать, это вообще-то понятно... Но никто не подходил. Погодков что-то не видно, постарше которые... Черт их знает, может, ждали, что он сам подойдет; некоторых Яковлев узнавал, но тоже не шел к ним. А чего бы не подойти-то? Нет, он лучше будет стоять презирать всех, но не подойдет - это уж... такого мама родила. В его сторону взглядывали, может, даже говорили о нем... Яковлев все это болезненно чувствовал, но не двигался с места. Сплюнул одну "казбечину", полез за другой. Он смотрел и смотрел на людишек, особенно на молодых ребят и девушек... Сколько их расплодилось! Конечно, все образованные, начитанные, остроумные... а хоть бы у кого трояк лишний в кармане! Нет же ни шиша, а стоя-ат, разговоры ведут
разные, басят, сопляки, похохатывают... Яковлев жалел, что пришел сюда, лучше бы опять к своим горлопанам домой, но не мог уж теперь сдвинуться: слишком долго мозолил глаза тут всем. И он упорно стоял, ненавидел всех... и видом своим показы-вал, как ему смешно и дико видеть, что они собрались тут, как бараны, и ждут, когда приедет самодеятельность. Вся радость - самодеятельность! Одни дураки ногами дрыгают, другие - радуются. "Ну и житуха! - вполне отчетливо, ясно, с брезгливостью думал Яковлев. - Всякой дешевизне рады... Как была деревня, так и осталась, чуть одеваться только стали получше. Да клуб отгрохали!.. Ну и клуб! - Яковлев и клуб новый оглядел с презрением. - Сарай длинный, в душу мать-то... Они тут тоже строят! Как же!.. Они то-же от жизни не отстают, клуб замастырили!"
Так стоял и точил злость Яковлев. И тут увидел, идут: его дружок детства Серега Коноплев с супругой. Идут под ручку, честь по чести.. "Ой, ой, - стал смотреть на них Яковлев, - пара гнедых. Как добрые!"
Сергей тоже увидел Яковлева и пошел к нему, улыбаясь издали. И супругу
вел с собой; супругу Яковлев не знал, из другой деревни, наверно.
- Борис?.. - воскликнул Сергей; он был простодушный, мягкий человек,
смолоду даже робкий, Яковлев частенько его бывало колачивал.
- Борис, Борис... - снисходительно сказал Яковлев, по-давая руку
давнему дружку и его жене, толстой женщине с серыми, несколько выпученными
глазами.
- Это Галя, жена, - все улыбался Сергей. - А это друг детства... А я
слышал, что приехал, а зайти... как-то все вре-мя...
- Зря церкву-то сломали, - сказал вдруг Яковлев ни с того ни с сего.
- Как это? - не понял Сергей.
- Некуда народишку приткнуться, смотрю... То бы хоть молились.
- Почему? - удивился Сергей. И Галя тоже с изумлени-ем и интересом
посмотрела на шикарного электросварщи-ка. - Вот... самодеятельность
сегодня... - продолжал Сер-гей. - Поглядим.
- Чего глядеть-то?
- Как же? Спляшут, споют. Ну, как жизнь?
Яковлева вконец обозлило, что этот унылый меринок стоит дыбится... И
его же еще и спрашивает: "Как жизнь?"
- А ваша как? - спросил он ехидно. - Под ручку, смот-рю, ходите...
Любовь, да?
Это уж вовсе было нетактично. Галя даже смутилась, ог-ляделась кругом и
отошла.
- Пойдем выпьем, чем эту муть-то смотреть, - предло-жил Яковлев, не
сомневаясь нисколько, что Серега сразу и двинется за ним.
Но Серега не двинулся.
- Я же не один, - сказал он.
- Ну, зови ее тоже...
- Куда?
- Ну, в чайную...
- Как, в чайную? Пошли в клуб, а пришли в чайную? - Сергей все
улыбался.
- Не пойдешь, что ли? - Яковлев все больше и больше злился на этого
чухонца.
- Да нет уж... другой раз как-нибудь.
- Другого раза не будет.
- Нет, счас не пойду. Был бы один - другое дело, а так... нет.
- Ну пусть она смотрит, а мы... Да мы успеем, пока ва-ша
самодеятельность приедет. Пойдем! - Яковлеву очень не хотелось сейчас
отваливать отсюда одному, невмоготу. Но и стоять здесь тоже тяжко. - Пошли!
По стакашку дер-нем... и пойдешь смотреть свою самодеятельность. А мне на
нее... и на всю вашу житуху глядеть тошно.
Сергей уловил недоброе в голосе бывшего друга.
- Чего так? - спросил он.
- А тебе нравится эта жизнь? - Яковлев кивнул на клуб и на людей
возле клуба.
- Жизнь... как жизнь, - сказал он. - А тебе что, кажет-ся, скучно?
- Да не скучно, а... глаза не глядят, в душу мать-то, - на-калялся
Яковлев. - Стоя-ат... бараны и бараны, курва. И вся радость вот так вот
стоять? - Яковлев прямо, ехидно и насмешливо посмотрел на Серегу: то есть
он и его, Сергея, спрашивал - вся радость, что ли, в этом?
Сергей выправился с годами в хорошего мужика: креп-кий, спокойный,
добрый... Он не понимал, что происходит с Яковлевым, но помнил он этого
ястреба: или здесь кто-ни-будь поперек шерсти погладил - сказал что-нибудь
не так, или дома подрались. Он и спросил прямо:
- Чего ты такой?.. Дома что-нибудь?
- Приехал отдохнуть!.. - Яковлев уж по своему адресу съехидничал. И сплюнул "казбечину". - Звали же на поезд "Дружбу" - нет, домой, видите ли, надо! А тут... как на клад-ище: только еще за упокой не гнусят. Неужели так и живут?
Сергей перестал улыбаться; эта ехидная остервенелость бывшего его дружка тоже стала ему поперек горла. Но он пока молчал.
- У тя дети-то есть? - спросил Яковлев.
- Есть.
- От этой? - Яковлев кивнул в сторону толстой, сероглазой жены Сергея.
- От этой...
- Вся радость, наверно, - допрашивал дальше Яков-лев, - попыхтишь с ней на коровьем реву, и все?
- Ну а там как?.. - Сергей, видно было, глубоко и горько обиделся, но еще терпел, еще не хотел показать это. - Лучше?
- Там-то?.. - Яковлев не сразу ответил. Зло и задумчиво сощурился, закурил новую, протянул коробку "Казбека" Сергею, но тот отказался. - Там своя вонь... но уж хоть - в нос ширяет. Хоть этой вот мертвечины нет. Пошли выпьем!
- Нет, - Сергей, в свою очередь, с усмешкой смотрел на Яковлева.
Тот уловил эту усмешку, удивился.
- Чего ты? - спросил он.
- Ты все такой же, - сказал Сергей, откровенно и нехорошо улыбаясь.
Он терял терпение. - Сам воняешь ездишь по свету, а на других сваливаешь.
Нигде не нравится, да?
- А тебе правится?
- Мне нравится.
- Ну и радуйся... со своей пучеглазой. Сколько уже на-строгали?
- Сколько настрогали - все наши. Но если ты еще раз, падали кусок, так скажешь, я... могу измять твой дорогой костюм, - глаза Сергея смотрели зло и серьезно.
Яковлев не то что встревожился, а как-то встрепенулся; ему враз интересно сделалось.
- О-о, - сказал он с облегчением. - По-человечески хоть заговорил. А то - под ру-учку идут... Дурак, смотреть же стыдно. Кто счас под ручку ходит!
- Ходил и буду ходить. Ты мне, что ли, указчик?
- Вам укажешь!.. - Яковлев весело, снисходительно, но с любопытством смотрел на Сергея. - На тракторе работаешь?
- Не твое поганое дело.
- Дурачок... я же с тобой беседую. Чего ты осердился-то? Бабу обидел?
Их надо живьем закапывать, этих подруг жизни. Гляди!.. обиделся. Любишь, что ли?
С Яковлевым трудно говорить: как ты с ним ни заговори, он все равно будет сверху - вскрылит вверх и оттуда разговаривает... расспрашивает с каким-то особым гадким интересом именно то, что задело за больное собеседника.
- Люблю, - сказал Сергей. - А ты свою... что, закопал, что ли?
Яковлев искренне рассмеялся; он прямо ожил на глазах. Хлопнул Сергея по плечу и сказал радостно:
- Молоток! Не совсем тут отсырел!.. - странная душа у Яковлева - витая какая-то: он, правда, возрадовался, что заговорили так... нервно, как по краешку пошли, он все бы и ходил вот так - по краешку. - Нет, не удалось закопать: их закон охраняет. А у тебя ничего объект. Где ты ее на-шел-то? Глаза только... Что у ней с глазами-то? У ней не эта?.. болезнь такая с глазами есть... Чего она такая пучеглазая-то?
Сергей по-деревенски широко размахнулся - хотел в лоб угодить Яковлеву, но тот увернулся, успел, Сергей ударил его куда-то в плечо, не больно. Яковлев этого только и ждал: ногой сильно дал Сереге в живот, тот скорчился... Яковлев кулаком в голову сшиб его вовсе с ног. И спокойно пошел было прочь от клуба... Его догнали. Он слышал, что догоняют, но не поворачивался до последнего мгновения, шел себе беспечно, даже "казбечину" во рту пожевывал... И вдруг побежал, но тут же чуть отклонился и дал первому, кто догонял, кулаком наотмашь. Первому он попал, но догоняло несколько, молодые... Хоть и умел Яковлев драться, его скоро сшибли тоже с ног и несколько попинали, пока не подбежали пожилые мужики и не разняли. Яковлев встал, сплюнул, оглядел всего себя - ничего существенного, никаких особых повреждений. Отряхнулся. Он был доволен.
- Ну вот... - сказал он, доставая "Казбек", - хоть делом занялись...
- Яковлев насмешливо оглядел окруживших его мужиков и молодых парней. - А то стоя-ат ждут свою самодеятельность дурацкую.
- Иди отсюда, - посоветовали ему.
- Пойду, конечно... Что же мне, тоже самодеятельность, что ли, с вами стоять ждать? Кто выпить хочет? Парни...
Никто не изъявил желания пить с Яковлевым.
- Скучно живете, граждане, - сказал Яковлев, помолчав. Сказал всем, сказал довольно проникновенно, серьезно. - Тошно глядеть на вас...
- Еще, что ли, дать?
- Надо было, - сказал кто-то из пожилых мужиков. - Зря разняли.
- Не в этом дело, - сказал Яковлев. - Скучно, - еще раз сказал он, сказал четко, внятно, остервенело. Сунув руки в карманы шикарных брюк, пожевал "казбечину"... И по-шел.
Еще немного постояли, глядя вслед Яковлеву... По-вспоминали, какой он тогда был - всегда был такой. Они все, Яковлевы, такие: вечно недовольные, вечно кулаки на кого-нибудь сучат...
Тут как раз приехала самодеятельность. И все пошли смотреть самодеятельность.

http://www.shukshin.net/yakov.shtml

viperson.ru

Док. 637566
Перв. публик.: 28.02.00
Последн. ред.: 27.06.12
Число обращений: 0

  • Шукшин Василий Макарович

  • Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``