Седьмой раунд переговоров по Сирии в Астане пройдет 30-31 октября
Новости
Бегущая строка института
Бегущая строка VIP
Объявления VIP справа-вверху
Новости института
Людмила Грудцына: Особенности конституционно-правового формирования государством институтов гражданского общества в России
Людмила Грудцына: Особенности конституционно-правового формирования государством институтов гражданского общества в России
В сознании российских граждан глубоко укоренилось убеждение в необходимости сильного государства. Государственный склад ума стал отличительной чертой русской ментальности. В своем высказывании А. Грамши отметил данную особенность следующим образом: "На Востоке (и в России) государство было всем, гражданское общество находилось в первичном, аморфном состоянии. На Западе между государством и гражданским обществам были упорядоченные взаимоотношения, и, если государство начинало шататься, тотчас выступала наружу прочная структура гражданского общества. Государство было лишь передовой траншеей, позади которой была прочная цепь крепостей и казематов" (1).


Без государства (государственных органов и иных институтов государственной власти) не существовало бы гражданского общества (его институтов) в его современном понимании. Ведь гражданское общество обретает силу и способность к развитию именно во взаимодействии (диалоге и партнерстве) или противостоянии (конфликте) с государством, что отнюдь не означает, что институты гражданского общества функционируют по своим законам, отличным и не зависящим от национальной системы законодательства, политического режима (2).

Вместе с тем гражданское общество не может оставаться гражданским, если политическими методами в него не привносится порядок. Только государственная власть - государство, управляемое посредством легитимной верховной власти с помощью действующего в стране законодательства, может стать эффективной защитой от несправедливостей самого гражданского общества и синтезировать его частные интересы во всеобщее политическое сообщество (3).

Гражданское общество, думается, можно инициировать "сверху", но нельзя создать директивным указом, ибо в основании гражданского общества заложен динамизм экономики, развивающихся в стране экономических отношений. Динамично развивающаяся экономика несовместима с тотальной централизацией власти; она более отвечает гражданскому обществу, с его модульными возможностями перекомпоновки своих структурных образований в соответствии с конъюнктурой рынка и рыночных отношений.(4)

Прежде чем анализировать формы взаимодействия гражданского общества и государства в России, обратимся к зарубежному опыту. Современная доминирующая западная концепция гражданского общества определяет его соотношение с государством как формы взаимодействия людей, которые направлены на политическую сферу (выработку общих решений), но в политическую сферу эти формы не включены. (5) Именно так, например, поступает Э. Арато, который вслед за А. де Токвилем различает гражданское и политическое общества, подчеркивая, что "стабилизация демократии и ее будущие перспективы демократизации зависят от развития комплексной и обоюдной связи между гражданским и политическим" (6) Аналогичным образом он проводит различие между экономическим обществом и чисто экономическими ассоциациями, отграничивая то и другое от политического общества, выделяемого на основе прав в области коммуникации, а также от гражданских ассоциаций и движений (7) Одновременно с неокоммунитарной концепцией на Западе стала созревать несколько иная вариация соотношения государства и гражданского общества, идеологически представленная в доктрине контрактуализма (8)

Согласно концепциям контрактуализма задача государства состоит в том, чтобы охранять гражданское общество, императивно устанавливая пределы правового пространства функционирования его институтов (9). Однако при таком подходе возникает много актуальных вопросов: кто будет контролировать, насколько хорошо или плохо государство (сторож) охраняет это самое гражданское общество? Как привлечь к ответственности сторожа за невыполнение им своих обязанностей? Кто должен привлекать (насколько он должен быть компетентен в этом вопросе)? Если этот сторож настолько могущественен (государство обладает большим государственно-управленческим аппаратом и финансовыми возможностями), то можно ли с него вообще что-то спросить?

Однако существует и другой подход - возвышения гражданского общества над государством (Т. Пейс и Т. Пейн). Особенно ярко эта позиция выражена Т. Пейсом, для которо?го государство есть просто необходимое зло, и чем меньше будет сфера его воздействия, тем лучше. В более умеренной форме эта точка зрения харак?терна для А. Токвиля и Дж. С. Милля (10) Как представляется С.В. Калашникову, с мнением которого трудно не согласиться, приведенные выше позиции являются крайностя?ми. В реальной жизни государство и общество были и остаются довольно тесно связанными:(11) и в государстве, и в гражданском обществе добро и зло давно перепутаны и взаимопереплетены.

Еще один подход, выражающийся в том, что государство - всего лишь средство ("правовой мостик") достижения гражданского общества, нашел свое отражение в высказываниях И. Канта, который главной проблемой для всего человечества считал "достижение всеобщего правового гражданского общества", полагая, что только в обществе, в котором его членам предоставляется величайшая свобода, может быть достигнута величайшая цель природы - развитие всех задатков, заложенных в человеке; при этом природа желает, чтобы этой цели, как и всех других, оно само достигало. "Вот почему такое общество, в котором максимальная свобода под внешними законами сочетается с непреодолимым принуждением, т.е. совершенно справедливое гражданское устройство, должно быть высшей задачей природы для человеческого рода, ибо только посредством разрешения и исполнения этой задачи природа может достигнуть остальных своих целей в отношении нашего рода". (12)

Ведя речь о свободе, И. Кант уделяет особое внимание праву, без которого гражданское общество не может существовать и полноценно развиваться, а также государству, призванному упорядочить возникающие внутри него общественные отношения путем установления (принятия) законов (13)

Как верно отмечает Е.С. Строев, анализируя наследие И. Канта, посвященное гражданскому обществу, эффективное государство, способное отвечать на вызовы сегодняшнего и завтрашнего дня, немыслимо без той обширной совокупности социальных связей, которую ученые называют "гражданским обществом": "Мы, практики государственного управления, обычно понимаем под гражданским обществом систему негосударственных социальных институтов и отношений, являющихся продуктом свободной, добровольной деятельности людей и групп и служащих для реализации как частных, так и групповых интересов и потребностей" (14).

Категория "гражданское общество", отличная от понятий государства, семьи, племени, нации, религиозной и других общностей, обстоятельно разработана в "Философии права" Гегеля, который, с одной стороны, критически воспринимает ранее проработанное предшественниками, а с другой - вносит принципиально новые элементы в рассмотрение диалектики оппозиции "гражданское общество - государство", формулируя основы этатистской теории гражданского общества и доказывая, что государство является гарантом гражданского общества (15).

Интерес Гегеля к правовой проблематике институционализации гражданского общества ярко выражен в концептуальном постижении целостного развития идеи свободного духа в бытии личности. В общей мировой схематике, включающей стадии развития абсолютной идеи, природы и духа, право относится к последнему члену "супертриады". В свою очередь, эволюция духа раскладывается на ступени субъективного, объективного и абсолютного духа, каждая из которых развивается по тому же триадическому принципу. Вторая ступень, т.е. объективный дух, дает триаду права: право в узком смысле (абстрактное право), моральность и нравственность. Действительность права - это мир восхождения нравственности к самой себе через абстрактное право и моральность. Абстрактное право охватывает значительную часть вопросов цивилистики (собственность, договор), а также преступления и наказания ("неправо") (16). Моральность начинается с субъективной стороны состава преступления (умысел и вина) и переходит в аксиологические категории, традиционно рассматриваемые в философии морали (намерение и благо, добро и совесть). К завершающей стадии, нравственности, относятся семья, гражданское общество и государство (17) У Гегеля гражданское общество находится где-то "посредине между семьей и государством"; последнее определяется как "политическое тело" (18)

и как бы опекает гражданское общество. Государство представляет собой более высокую ступень, нежели институты гражданского общества. Примерно таков же подход к данной проблеме И. Бентама, Ж. Сисмонди, Л. фон Штейна. Но существует и другая тенденция - возвышение гражданского общества над государством (Т. Спенс, Т. Ходжскин, Т. Пейн). Она особенно ярко выражена Т. Пейном, для которого государство есть просто необходимое зло, и чем меньше сфера его воздействия, тем лучше. В умеренной форме эта позиция характерна также для А. Токвиля и Дж. С. Милля.

Обе названные позиции все же являются крайностями, и в них упускаются различные аспекты (материальный и даже этический) взаимодействия общества и государства (что подчеркивают отечественные авторы, в частности С. Перегудов (19)), хотя само разделение государства и гражданского общества как неких идеал-типов эвристически полезно.

Во-первых, генетически: в европейской истории гражданское общество и государство взаимно создавали друг друга. Так, королевская власть способствовала автономии городов, а гражданское общество было одним из главных факторов строительства демократического государства. Во-вторых, в смысле корреляции друг с другом. Ибо не только гражданское общество осуществляло действенный контроль над государством (в том числе демократическим), но и государство умеряло частные или корпоративные интересы гражданского общества. Обе функции были равно необходимы.
Своеобразным продолжателем гегелевской этатистской традиции стал К. Маркс, который аргументировал неизбежный распад буржуазного гражданского общества. Закономерность этого распада продиктована бесперспективностью капиталистического пути, который к середине XIX в. стал тормозом развития производства. В период своего перехода от гегельянства к материализму К. Маркс, критикуя подход Гегеля, писал: "В действительности семья и гражданское общество составляют предпосылки государства, именно они являются подлинно деятельными; в спекулятивном же мышлении все это ставится на голову" (20). Причем для марксизма характерна экстраполяция подобных представлений о месте и значении гражданского общества в его соотношении с государством на все предшествующие эпохи. "Гражданское общество, - подчеркивали К. Маркс и Ф. Энгельс, - обнимает все материальное общение индивидов в рамках определенной ступени развития производительных сил. Оно обнимает всю торгово-промышленную жизнь данной ступени и постольку выходит за пределы государства и наций, хотя, с другой стороны, оно опять-таки должно выступать вовне в виде национальности и строиться внутри в виде государства" (21).

Гражданское общество можно инициировать сверху, но нельзя создать директивным указом, ибо в основании гражданского общества заложен динамизм экономики. Правда, это рождает иллюзию того, что авторитарной системе все подвластно, что на базе абсолютного управления экономикой и рыночными отношениями якобы можно создать и гражданское общество. По форме, может быть, и можно, но только не по содержанию (22).

В истории становления и развития этого тандема можно выделить этапы, где принцип паритета и форма мирного сосуществования уступали место принципу приоритета и форме экспансии по отношению к другому. В историческом плане равновесие скорее исключение, чем правило. Индустриальный тип общества, основанный на базе материального производства и рынка, оптимально может существовать и развиваться только на основе заявленного симбиоза государства и гражданского общества. Если институт государства блокирует возможности этого тандема, подрывает устои гражданского общества, то реальностью становится модель тоталитарного режима.

Гражданское общество заявляет о себе как естественная форма оппозиции авторитету власти. Нормой гражданского общества является подчинение индивида договорным отношениям. Только в гражданском обществе индивид обретает статус субъекта свободы, освобождаясь от статуса быть заложником чужой политической воли, объектом манипулирования. При всей кажущейся предпочтительности гражданского общества по сравнению с государством нужно исходить не из абстрактных пожеланий сделать общественную жизнь более человечной, а принимать во внимание законы истории и специфику развития конкретного общества.

Гражданское общество возникает там и только тогда, где и когда институт государства не в состоянии оптимально выполнять функции регламента общественных отношений, где созрели предпосылки гражданского компромисса и мировоззренческого плюрализма, где складывается совокупность общественных институтов, имеющих собственный статус и способных к равноправному диалогу с институтом государства, способных противостоять политической экспансии государства, быть его противовесом, сдерживать его стремление к монополии, противостоять превращению из системы обеспечения развития общества в систему самообеспечения.

В условиях становления и развития новоевропейской цивилизации вполне реален подданный государства, который, принимая нормы общественного порядка, оказывается между волевым императивом прав человека и управленческой целесообразностью бюрократии. Воля "винтика" входит в противоречие с волей "госмашины", когда в повседневности права отдельного человека нарушаются ради сохранения конституционных прав абстрактного человека. И только через гражданское общество открывается возможность если не преодолеть отмеченное противоречие, то хотя бы сгладить его остроту.

Гражданское общество и государство выступают как институты культуры, и поэтому проблемы их развития необходимо рассматривать в культурном контексте. Культура вообще и правовая, политическая культура в частности - необходимое условие создания и развития гражданского общества и государства. Политическая трансформация государственности, становление общества должны происходить на основе правовой культуры, выражать ее суть (23). Положение о производном характере государственной власти нашло свое законодательное закрепление в ч. 2 ст. 3 Конституции РФ 1993: "Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления". Однако приведенная формулировка представляется недостаточно корректной.

Существует два вида публичной власти - государственная власть и самоуправление (которое во многих своих проявлениях похоже на государственную власть). Но если в государственной власти выражается воля всего народа, всего государства, то в местном самоуправлении реализуется власть лишь местного населения. Поэтому, как верно указывает В.Н. Влазнев, нельзя говорить, что через органы местного самоуправления народ (понимаемый как единый российский народ) осуществляет свою власть (24).

Но вершиной творчества в данной сфере, вероятно, мог бы стать раздел "Гражданское общество" в Конституции РФ, проект которой обсуждался в 1991-1993 гг. Этот раздел предусматривал главы: "Собственность, труд, предпринимательство", "Общественные объединения", "Религиозные объединения", "Средства массовой информации" и др. Так или иначе, данный конституционный проект был интегрирован в другой, ставший основой Конституции РФ 1993 г., но без раздела "Гражданское общество". Тогдашние лидеры конституционной реформы пришли к выводу, что этот раздел усложняет и утяжеляет содержание проекта (25).

Конституция РФ 1993 г. дает следующую основу для взаимодействия органов государственной власти и гражданского общества:

- народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и местного самоуправления (ч. 2 ст. 3);

- государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10);

- в Российской Федерации признается и гарантируется местное самоуправление (ст. 12, 130-132).

Так, Н.И. Матузов считает, что словосочетание "гражданское общество" условно, поскольку "негражданского", а тем более "антигражданского" общества не существует. Любое общество состоит из граждан и без них немыслимо. Только догосударственное, нецивилизованное (родовое) общество нельзя было назвать гражданским: во-первых, в силу незрелости, примитивности, неразвитости; во-вторых, потому, что в то время не было понятий "гражданин", "гражданство" (26).

Гражданское общество - это наиболее высокая ступень в развитии социальной общности, мера его зрелости, разумности, справедливости, человечности. Гражданское общество начинается с граждан, с их свободы (27).

Такая трактовка понятия гражданского общества, по мнению автора, отражает его истинную сущность и природу. Отсюда следует вывод: чем более развиты и демократичны государственно-правовые институты, чем гуманнее правовой статус личности, тем в большей мере общество может претендовать на право называться гражданским. Однако Н.И. Матузов считает, что гражданское общество - это совокупность внешнегосударственных и внешнеполитических отношений (экономических, социальных, культурных, нравственных, духовных, семейных, религиозных), образующих особую сферу специфических интересов свободных индивидов-собственников и их объединений.

Думается, это не вполне правильно. Гражданское общество есть категория, которой свойственна негосударственная природа, выраженная в интеграции добровольных общественных образований - союзов, ассоциаций, движений, фондов, клубов, местного самоуправления, общественных организаций, создаваемых непосредственно гражданами в целях защиты своих прав и законных интересов независимо от воли государства, но функционирующих в соответствии с принципами конституционного строя. Разумеется, негосударственные структуры тесно взаимодействуют с государством и его органами.

Подведем некоторые итоги наших рассуждений.

Во-первых, государство и гражданское общество являются взаимозависимыми и взаимообусловленными институтами культуры государства: без существования государства (государственных органов и иных институтов государственной власти) не было бы гражданского общества (его институтов) в современном понимании этого понятия; без гражданского общества, институты которого ограничивают и в определенной степени контролируют (отслеживают) деятельность государственных органов, не допуская их бесконтрольности и незаконности, не существовало бы демократического правового государства в том смысле, который придается ему сегодня.

Во-вторых, под концепцией формирования и поддержки государством институтов гражданского общества следует понимать основанную на национальном законодательстве, политическом режиме и государственной социально-экономической политике систему государственных гарантий и механизмов деятельности органов государственной власти РФ, направленных на реализацию следующих задач:

а) общие задачи: обеспечение эффективной реализации конституционных гарантий прав и свобод человека и гражданина; формирование демократического правового государства; развитие экономики страны, предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности;

б) специальные задачи: создание благоприятного законодательного режима для регистрации и деятельности общественных объединений; невмешательство государства в деятельность негосударственного сектора, если такая деятельность не противоречит законодательству РФ; разработка и реализация государством и привлекаемыми им третьими лицами государственных программ финансовой, методической и организационно-правовой поддержки институтов гражданского общества; обеспечение участия институтов гражданского общества в административной реформе, антикоррупционной деятельности, экспертизе проектов законодательных и нормативных актов.

В-третьих, необходимо классифицировать научные концепции теоретического разграничения государства и гражданского общества на:

1) концепцию отождествления и взаимообусловленности государства и гражданского общества, суть которой состоит в органическом родстве и единстве этих понятий, отождествлении их как гомогенных фор?м единой социальной жизни, имеющих идентичные институты и цели (Аристотель, И. Кант, А Грамши);

2) концепцию господства государства над гражданским обществом, заключающуюся в неограниченной верховной власти государства, которая может быть чрезмерной и опасной в силу своей несовместимости с личными свободами (Дж. Локк, Т. Гоббс);

3) концепцию противопоставления и генетических различий между государством и гражданским обществом (принципиальные различия их генезиса, институционального устройства, целей развития) (Дж. С. Милль, Т. Пейс, Т. Пейн, А. Токвиль);

4) концепцию гражданского общества как промежуточного звена между институтами государства и семьи, суть которой состоит в трактовке гражданского общества не как естественного состояния свободы, а как исторически создаваемой сферы нравственной жизни (включающей в себя экономику, общественные классы, корпорации и институты, призванные заботиться о благополучии граждан и обеспечивать гражданское право), которая "располагается" между патриархальной семьей и государством (Г. Гегель, И. Бентам, К. Маркс, Ф. Энгельс);

5) концепцию причинности возникновения гражданского общества - последнее возникает там и только тогда, где и когда институт государства не в состоянии оптимально выполнять функции регламента общественных отношений, где созрели предпосылки гражданского компромисса и мировоззренческого плюрализма (Ж. Сисмонди, Л. Фон Штейн).


_________________________________________________________________________________
1. См.: Грамши А. Избр. соч.: В 3-х томах. - М., 1957. Т. 3. - С. 200.

2. См.: Гражданское общество: истоки и современность / Научн. ред. проф. И.И. Кальной. - СПб.: Издательство "Юридический центр Пресс", 2000. - С. 10.

3. Семья вызвала к жизни феномен частной собственности, которая обеспечила индивиду статус субъекта. Семьи объединялись в сообщество не по кровнородственному, а по территориальному признаку, на основе рыночных отношений.

4. См.: Там же, с. 21.

5. См.: Правовые основы взаимосвязи гражданского общества и государства. - М., 1997. - С. 195.

6. См.: Арато Э. Концепция гражданского общества: восхождение, упадок и воссоздание и направления для дальнейших исследований // Полис. - М., 1995. - N 3. - С. 50, 51.

7. См.: Кулиев М.Р. Гражданское общество и право: опыт теоретического исследования: Дисс. ... докт. юрид. наук. - М., 1997. - С. 110.

8. См.: Витюк В.В. Становление идеи гражданского общества и ее исто?рическая эволюция. - М., 1995. - С. 59.

9. О различных вариантах теории контрактуализма, представленных в исследованиях Дж. Роулса и Н. Лумана, часто говорят как о самой крупной в XX столетии попытке вернуть к активной жизни идею социального контракта, которая до недавнего времени представляла для многих идеологов лишь исторический интерес.

10. См.: История политических и правовых учений. - М., 1997. - С. 421-423.

11. См.: Калашников С.В. Конституционные основы формирования гражданского общества в Российской Федерации: Дисс. ... докт. юрид. наук. - М., 2001. - С. 29.

12. См.: Кант И. Соч. в 6-ти томах. Т. 6. - М., 1963-1966. - С. 5; Он же. Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане // Философия истории: Антология. - М., 1995. - С. 61, 62.

13. См.: Влазнев В.Н. Гражданское общество как предмет конституционно-правового исследования: Дисс. ... канд. юрид. наук. - М., 2002. - С. 125.

14. См.: Строев Е.С. Выступление на Общественном форуме, организованном независимой ассоциацией "Гражданское общество" и Национальным фондом "Общественное признание" // Абакумов С.А. Указ. соч., с. 206.

15. См.: Хесле В. Гении философии Нового времени. - М., 1992. - С. 137.

16. См.: Баранов П.П. Институты гражданского общества в правовом пространстве современной России: Дисс. ... канд. юрид. наук. - Ростов-на-Дону, 2003. - С. 22.

17. См.: Мальковский Б.С. Учение Гегеля о государстве и современность. - М., 1989. - С. 13.

18. См.: Гегель Г.В.Ф. Философия права. Сочинения. Т. VII. - М., 1934. - С. 211.

19. См.: Перегудов С. Гражданское общество в политическом измерении // Мировая экономика и международные отношения. - М., 1995. - N 12. - С. 4.

20. См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. - С. 224.

21. Там же. Т. 3. - С. 35.

22. См.: Гражданское общество. Мировой опыт и проблемы России / Отв. ред. В.Г. Хорос. Институт мировой экономики и международных отношений Российской академии наук. - М.: Эдиториал УРСС, 1998. - С. 6- 7.

23. См.: Баранов П.П. Указ. соч., с. 90-91.

24. См.: Влазнев В.Н. Указ. соч., с. 106.

25. См.: Хлопин А. Указ. соч.

26. См.: Матузов Н.И. Гражданское общество: сущность и основные принципы // Правоведение. 1995. - N 3. - С. 84, 85.

27. Там же, с. 89.



Грудцына Л.Ю. - к.ю.н., адвокат Московской коллегии адвокатов "Адвокат",Дипломант Высшей юридической премии "Фемида" за 2006 год

данный мтериал нашей редакции, был предоставлен ИНИОН РАН

www.viperson.ru

Док. 618698
Опублик.: 07.01.10
Число обращений: 0

  • Грудцына Людмила Юрьевна

  • Евразийская интеграция
    eurasian-integration.org


     








    Наши партнеры

    politica.viperson.ru
    vibory.viperson.ru
    narko.viperson.ru
    pressa.viperson.ru
    srv1.viperson.ru
    Разработчик Copyright © Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``