В Кремле заявили об отсутствии информации об уходе Матвиенко из Совфеда
Новости
Бегущая строка института
Бегущая строка VIP
Объявления VIP справа-вверху
Новости института
Заседание президиума Госсовета России под председательством Дмитрия Медведева Назад
Заседание президиума Госсовета России под председательством Дмитрия Медведева
Д. МЕДВЕДЕВ (вступительное слово): Добрый день!
Сегодня мы, как и договаривались, уважаемые коллеги, рассмотрим первоочередные меры по развитию малого бизнеса. Хотел бы сразу отметить, что речь пойдет о стабильном и долговременном развитии бизнеса в стране. И, совершенно очевидно, каждый из здесь присутствующих понимает, что развитие малого бизнеса имеет не только экономическое, но и социальное звучание.
Малый бизнес - это база для развития предпринимательской активности и основа для расширения среднего класса, а вы знаете те задачи, которые мы сами для себя сформулировали, с которыми некоторое время назад выступил Владимир Владимирович Путин, - чтобы к 2020 году численность малого бизнеса составляла 60-70% от населения нашей страны в среднем.
Кроме того, развитие малого бизнеса - это один из решающих факторов инновационного обновления. Обновления на принципах реализации человеческого капитала, роста инициативы и ответственности. Но мало об этом сказать. Гораздо больше, к сожалению, сегодня проблем, чем видимых достижений.
Вопросы начинаются с момента принятия критериев разграничения бизнеса - они на сегодняшний день слишком усреднены. Это сегодня численность работающих и выручка от реализации.
На 1 октября 2007 года в России было зарегистрировано более 1,1 млн организаций малого бизнеса и около 3,5 млн индивидуальных предпринимателей. В том числе и 255 тысяч крестьянских хозяйств.
Вклад предприятий малого бизнеса в ВВП сегодня не превышает 17%. А доля инновационного бизнеса еще совсем небольшая - это около 1%. Минимальным является и число малых предприятий в сфере науки и информационных технологий (речь идет о буквально нескольких процентах), в здравоохранении небольшой процент такого бизнеса, в образовании - совсем небольшой.
Основной причиной медленного роста малого бизнеса продолжает оставаться чрезмерный административный прессинг, давление, которое сегодня существует на всех стадиях развития малого предпринимательства.
Уже на стадии открытия дела предприниматели вынуждены пройти длинный список согласований, причем значительная часть этих согласований просто отсутствует в федеральном законодательстве. На местах это зачастую воплощается во всякого рода приказы и инструкции. К тому же такие инструкции ведут и к дополнительным поборам со стороны многочисленных "консультационных и экспертных" фирм. Но, по сути, мы с вами понимаем, речь идет о такой цивилизованной, легальной форме взятки, поборах, которые взимаются при согласовании по всем вопросам открытия бизнеса.
Еще одна проблема - это устаревшая система технического регулирования. Вы знаете, у нас здесь ситуация непростая. По сути, многие акты советского периода утратили силу, но фактически действуют. А технические регламенты обновляются крайне медленно.
Надзор за бизнесом - тема вообще особая. Он происходит по 45 направлениям. Вот давайте вдумаемся - по 45 направлениям мы контролируем наш малый бизнес. И осуществляют этот надзор порядка 30 органов, причем только на федеральном уровне. Когда вот об этом думаешь, вообще возникает мысль о том, чтобы полностью запретить любые проверки малого бизнеса. Принять вот такое волевое решение. Чтобы просто не ходили и денег не вытягивали из малых бизнесменов.
При этом достаточно широкое распространение получили так называемые внепроцессуальные формы контроля, когда речь идет о милицейском контроле. То есть это такие формы, которые не основаны на процессуальных нормах. У них сегодня порядка 22 составов административных правонарушений в органах милиции. В таких областях, как санитарно-эпидемиологическое благополучие, экология, правила ведения кассовых операций и другие. В итоге - одни только легальные затраты малых предприятий на проверки составляют около 10% от их выручки. Это легальные затраты. А общие, естественно, выше.
Как следствие, этот поистине чудовищный набор бюрократических препон - и федеральных, и региональных, и местных - провоцирует, как я уже сказал, взяточничество и вымогательство. Причем и открытое, такое легализованное внешнее, и абсолютно криминальное. И это, конечно, больнее всего бьет просто по самому малому бизнесу. Фактически людям сейчас бывает просто невыгодно открывать новое дело, налаживать выпуск нового продукта, выходить на рынок с новой услугой.
Очевидно, что современная экономика требует обратного. Скорость инновационного цикла настолько высока, что требуется очень быстро и практически непрерывно обновлять бизнес на основе самых передовых технологий.
Ясно, что в условиях инновационной экономики это должно происходить в считанные дни, а не так, как сегодня это происходит, - месяцами.
Уверен, что мы должны выработать развернутую стратегию поддержки и развития малого бизнеса. А в конечном счете именно изменить экономический вес этого сектора, выходя на те цифры, которые я озвучил. Он должен стать одним из ведущих - и по росту производительности труда, и по технологической оснащенности, и по инновационной активности. В целом - должен играть важнейшую структурную роль в социально-экономическом развитии страны.
Теперь - что для этого необходимо сделать? Назову лишь несколько важных, на мой взгляд, моментов. Более подробная информация будет в докладе Олега Петровича [Королев, губернатор Липецкой области], ну и в других сообщениях.
Во-первых, нужно развивать предпринимательскую активность в промышленности, в сфере строительства и ЖКХ. Ведь сегодня у нас практически 50% малых предприятий - это торговля. А мы понимаем, что нам сегодня нужны другие малые предприятия. Тем более в условиях, когда происходит, по сути, строительный бум. Вот мы только что прошлись по выставке, я обратил внимание: заработная плата в тех малых предприятиях, которые работают в строительстве, ЖКХ, выросла весьма серьезно. Там уже нормальные, полноценные заработки у работников этих малых предприятий и кратный рост выручки от реализации.
Мы обязаны создавать стимулы для массового прихода малого бизнеса в отрасли, прямо связанные с экономикой, экономикой знаний прежде всего. И сегодня такие предприятия могли бы взять на себя функции по коммерциализации и продвижению на рынок новых технологических идей.
Во-вторых, мы рассчитываем, что малый бизнес станет рычагом в создании новой модели организации российской промышленности в целом и будет встроен в качестве вот такой интегральной части в производственные цепочки крупных и крупнейших промышленных предприятий. Потому что повышение их конкурентоспособности во многом видится за счет так называемого аутсорсинга, то есть тех услуг, тех видов операций, которые оказываются сторонними исполнителями, сторонними подрядчиками на основе отдельно заключаемых договоров. И сейчас очень важно создавать вот такие "финишные" производства, формируя в итоге целые кластеры производителей комплектующих.
Замечу, что сходная задача и в сельском хозяйстве, где малые формы сельхозпроизводства тоже становятся востребованными.
Что еще нужно сделать?
Надо открыть для малого бизнеса социальную сферу и бюджетные услуги. В том числе и здравоохранение, и образование, и социальное обслуживание. Это реальная возможность поднять их качество, которое, как мы с вами хорошо знаем, пока невысокое.
Наконец, в-четвертых, пора выходить на более совершенную структуру активов малых предприятий. Замечу, что сейчас объем инвестиций малого бизнеса в основной капитал - менее 4% от общего по экономике. Низки и иные совокупные показатели, например оборот малых предприятий, который пока еще невелик в общем обороте.
Уважаемые коллеги!
Одна из наших ближайших задач - это облегчение доступа малых предприятий к ресурсам. Сейчас ситуация с помещениями, с присоединением малых предприятий к энергетическим и коммунальным сетям очень тяжелая. И это один из доступных все-таки способов снизить затраты бизнеса, если, конечно, мы активнее будем развивать на местах инфраструктуру и институты развития. Вот только что мы разговаривали с одним из малых предпринимателей, предприятие занимается сборкой компьютеров на базе так называемой отверточной сборки. В чем основная проблема? Основная проблема в том, что им негде собирать. То есть та аренда, которую они платят, в значительной мере обесценивает результаты их труда. В этом смысле, конечно, очень важным является формирование отдельных объектов, где бы малые предприятия могли бы заключать договоры аренды на приемлемых коммерческих условиях. Потому что одно дело, когда малый предприниматель заключает этот договор, значит, выступает как абсолютно самостоятельное лицо и с него там дерут три шкуры, а другое дело, когда такого рода договор заключается со специальным центром, где и расценки пониже, и есть уже присоединенная инфраструктура, сети все разведены, - естественно, что это затраты уменьшает. Поэтому вот такого рода зоны - техниковнедренческие, технопарки, бизнес-инкубаторы, о которых мы довольно много в последнее время говорим, это пути развития малого бизнеса и решение этих проблем.
Важная составляющая - так называемые венчурные гарантийные фонды и грантовая поддержка начинающих производств. Все это могут быть по-настоящему востребованные проекты. Но не менее важной для малого бизнеса является стоимость капитала, которую он использует, а она еще очень высока. И особенно в сегодняшних условиях, в связи с этими трудностями, которые возникли на международных финансовых рынках. Мы, конечно, не должны допустить обострения этой ситуации применительно к наиболее уязвимому сегменту нашей экономики - по отношению к малому бизнесу. Потому как малый бизнес, в отличие от среднего и тем более крупного, уж точно не способен потянуть ни серьезных залоговых требований, ни иных обеспечительных мер. В этой связи необходимы финансовые институты, которые учитывают эту специфику.
Я напомню, что несколько лет назад мы начали кредитовать сельское хозяйство, выдавать безобеспечительные, то есть бланковые кредиты на сумму до 300 тысяч рублей. И тем самым были заложены основы для микрокредитования на селе, для развития микрокредитования и кредитной кооперации. Очевидно, что этим нужно заниматься и по отношению к другим видам предприятий.
Еще одна тема - лицензирование отдельных видов деятельности. Тема тяжелая, старая. Совершенно очевидно, что гораздо более прогрессивным является замещение лицензирования страхованием ответственности или финансовыми гарантиями. По ряду направлений предпринимательской деятельности страховщики и привлеченные ими специалисты гораздо более дотошно, въедливо оценят возможные риски, реальное качество и безопасность бизнеса и профессиональную ответственность работника, чем те, кто выдает эти лицензии. Важно и то, что страхование, в отличие от лицензирования, предусматривает обязательную компенсацию ущерба третьим лицам, то есть тем самым снимает с малого предприятия и эти проблемы в определенных случаях. Но, конечно, переход к страхованию ответственности не должен вести к скачкообразному росту общих расходов малых предприятий, к удорожанию тех услуг, которые они оказывают. Это должен быть все-таки такой гуманный вклад в себестоимость.
Одновременно нужно сократить перечень сертифицируемых видов продукции. У нас еще практикуется такая обильная сертификация, и порой затраты на одно наименование товара доходят до 120 тысяч рублей. Мы понимаем, что такое 120 тысяч рублей для малого бизнеса.
Здесь, я считаю, нужно двигаться к декларированию товаров самими производителями - имеется в виду декларирование, конечно, качества производимых работ, услуг и самих товаров. Это общепринятая мировая практика и к тому же достаточно сильный рычаг в борьбе с коррупцией.
Уважаемые коллеги!
Я назвал лишь первоочередные задачи, те вещи, которые, что называется, просятся на обсуждение. От наших с вами решений зависит и готовность всех уровней сегодняшней власти развивать малый бизнес в стране. Я предлагаю сосредоточиться на вполне конкретных предложениях, тем более что мы вчера обменивались и в ходе нашего вечернего обсуждения. Речь идет о конкретных предложениях, а с общей информацией выступит Олег Петрович Королев, как я уже сказал. Олег Петрович, пожалуйста.
О. КОРОЛЕВ: Спасибо.
Уважаемый Дмитрий Анатольевич!
Уважаемые участники заседания президиума Государственного совета!
Тема моего доклада как раз о тех административных барьерах, которые мешают развитию малого бизнеса. На взгляд членов рабочей группы, Правительства Российской Федерации, Администрации Президента, Федерального Собрания, таких барьеров девять.
Первый. Он касается регистрации субъектов предпринимательской деятельности. Здесь очень просто. В 2001 году был принят 129-й федеральный закон, который абсолютно соответствует мировым тенденциям. В нем декларируется заявительный характер начала предпринимательской деятельности. Вместе с тем на практике наблюдается возврат к разрешительной системе государственной регистрации, когда регистрирующий орган при наличии определенных откровенно надуманных, субъективных позиций выстраивает дополнительные условия, дополнительные требования, что вызывает затяжку сроков государственной регистрации, и часто предприниматель даже передумывает, начинать ли свое дело или нет.
Предложение. В целях упрощения этой очень болезненной процедуры необходимо подготовить и внести в установленном порядке проекты федеральных законов и необходимых нормативных актов (суть их и перечень предварительно мы уже обсуждали с Правительством Российской Федерации, с членами рабочей группы), направленных на сокращение реальных сроков регистрации юридических лиц, включая введение в среднесрочной перспективе возможности регистрации с использованием сети Интернет и единого регистрационного номера.
Второй. Он касается начала предпринимательской деятельности. Для всех этапов этого начала характерна общая черта: значительное количество требуемых государственными органами разрешений, согласований, заключений и существенное затягивание сроков рассмотрения соответствующих заявок. При открытии практически любого бизнеса, особенно в сфере торговли и бытового обслуживания населения, а равно некрупного производственного предприятия (помещения - начинается все с помещений) предъявляются требования, которые не описываются ни в каких законодательных актах, но содержатся во внутриведомственных документах. Всему можно не соответствовать, но помещения, которые предоставляются малому бизнесу, обязательно должны соответствовать самым высочайшим мировым стандартам.
Параллельно с техническими нормами к объектам предъявляются многочисленные требования региональных законодательных и нормативных актов, различного рода инструкций органов власти, в том числе муниципального уровня, за несоблюдение которых устанавливается административная ответственность законами субъектов Российской Федерации.
Кроме того, большинство необходимых разрешений абсолютно дублируют друг друга и имеют ограниченный срок действия. Показательным является процесс подготовки документации к проведению строительных работ. Для этого в орган исполнительной власти необходимо подать около 80 документов с затратами до 6 млн руб. Вы понимаете, что слово "затраты" можно было бы заменить на другое, в лексике реже применяемое слово.
Осложняют ситуацию различные ГУПы, МУПы, ГУЧи, которые занимаются рассмотрением соответствующих заявок и работу которых предприниматель оплачивает дополнительно, в том числе на сертификацию и лицензирование.
Ну и нормы о предварительных заключениях как федеральных, так и региональных инстанций должны заменяться уведомительными. Подобные положения предусмотрены в проекте федерального закона о техническом регламенте пожарной безопасности, принятом Государственной Думой в первом чтении. В нем вводится декларация соответствия пожарной безопасности вместо заключения Пожнадзора, подаваемая предпринимателем в уведомительном порядке. Аналогичное положение необходимо вводить для других видов контроля.
Помимо указанных затрат на начальном этапе можно выделить издержки предпринимателей, связанные с обязанностью плательщиков единого налога на вмененный доход применять и, соответственно, приобретать контрольно-кассовую технику. На эту тему наговорено за последний десяток лет очень много. За время, в течение которого все это говорилось, решается вопрос об освобождении большого числа предпринимателей от контрольно-кассовой техники. Стоимость контрольно-кассовой машины за время наших разговоров достигла уже 25 тыс. руб., приобретение электронной ленты криптозащиты - 7500 руб., ежегодное обслуживание - 3 тыс. руб. Совокупные ежегодные затраты малых предпринимателей на приобретение и обслуживание контрольно-кассовой техники оцениваются в 30,5 млрд руб. и составляют более 50% суммы собираемого с них же единого налога на вмененный доход - данные по состоянию за 2007 год.
18 октября 2007 года Государственная Дума приняла в первом чтении проект федерального закона о внесении изменений в статью вторую Федерального закона "О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт", который был поддержан комиссией по законопроектной деятельности Правительства Российской Федерации. Указанный проект федерального закона предусматривает уже предоставление права организациям и индивидуальным предпринимателям, являющимся плательщиками единого налога на вмененный доход, применять контрольно-кассовую технику, не оснащенную фискальной памятью, а в случае продажи товара также право не применять контрольно-кассовую технику при условии возможности предоставления по требованию покупателей товарных чеков. Все очень просто можно делать.
Однако Минфин России и Минпромэнерго не поддерживают, к сожалению, почему-то официальную положительную позицию в целом Правительства Российской Федерации по данному законопроекту. Хотелось бы, чтобы у нас было в этом вопросе единство.
Для упрощения процедур, связанных с началом предпринимательской деятельности, необходимо, во-первых, подготовить и принять в 2008 году федеральные законы и необходимые нормативные акты, направленные на формирование преимущественно уведомительного порядка начала деятельности хозяйствующего субъекта, включая отмену избыточных разрешительных документов, необходимых для осуществления предпринимательской деятельности.
Во-вторых, провести ревизию законодательных и нормативных актов субъектов Российской Федерации, регулирующих вопросы начала предпринимательской деятельности и контроля за деятельностью малых предприятий, установленных с нарушением федерального законодательства.
Третий барьер - лицензирование отдельных видов деятельности. С целью сокращения административных барьеров при ведении бизнеса уже была проведена большая работа за последние шесть лет. Так, количество лицензируемых видов деятельности сокращено с 1000 до 89. Только последнее решение о сокращении в 2005 году лицензируемых видов деятельности снизило затраты бизнеса на 3 млрд руб. ежегодно.
Вместе с тем в этой сфере сохраняется ряд проблем, влияющих на развитие бизнеса. Примером может служить получение лицензии автозаправочными станциями на эксплуатацию взрывопожароопасных производственных объектов, выдаваемой органами МЧС России и Ростехнадзора. Несмотря на официальные платежи (за рассмотрение заявления - 300 руб. и выдачу лицензии - еще 1000 руб.), из-за монопольного положения подведомственных указанных органов и учреждений на оформление лицензии издержки компаний достигают до 180 тыс. руб. "Издержки" опять можно было бы заменить другим, почти ругательным словом. А с утверждением экспертизы промышленной безопасности и оплаты работ органов... надзора, по оценкам самих предпринимателей, в зависимости от количества объектов автозаправочных станций - до миллиона.
Для упорядочения сферы лицензирования необходимо подготовить и внести в установленном порядке проекты федеральных законов и необходимых нормативно-правовых актов, направленных на замену лицензирования для отдельных видов деятельности обязательным страхованием ответственности или финансовыми гарантиями.
Четвертый барьер - это контрольно-надзорные мероприятия, так называемые проверки. В настоящее время различные аспекты государственного контроля, надзора регулируются отдельными нормативно-правовыми документами, базовым из которых является Федеральный закон No 134 "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля, надзора". В целом насчитывается около 30 видов контроля, осуществляемых в порядке, определенном данным законом, а также 15 специальных видов контроля, надзора, осуществляемых в порядке, установленном иными законами. Слово "иные" является в этом деле ключевым.
Контрольные полномочия осуществляют 30 федеральных органов исполнительной власти и контрольные органы 85 субъектов Российской Федерации. По опросам предпринимателей, затраты на организацию и проведение проверок составляют около 9,8% выручки, или 1,5 трлн руб. ежегодно.
Минэкономразвития России [Министерство экономического развития и торговли] по итогам проведения мониторинга и обобщения его результатов подготовило проект федерального закона о внесении изменений в Федеральный закон "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля". Основной идеей законопроекта является совершенствование действующей системы контроля, направленной на дальнейшее сокращение административных ограничений в предпринимательстве.
Предполагается: первое - ввести квоты на проверку; второе - предусмотреть недействительность результатов проверки при грубых нарушениях ее проведения; и третье - установить, что результатом первой проверки для субъектов малого предпринимательства должно быть предписание, а не сразу же штрафные санкции в случае, если допущенные нарушения не угрожают жизни и здоровью граждан.
Приоритет в контрольно-надзорных функциях должен быть смещен с работы по выявлению и предотвращению возможного ущерба государству на работу по защите прав потребителя.
Для устранения избыточного государственного контроля в предпринимательской деятельности необходимо принять изменения в Федеральный закон No 134 "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", направленные на совершенствование действующей системы контроля. В этом деле особую роль играет вопрос полномочий органов внутренних дел в сфере контроля предпринимательской деятельности, здесь у них особая роль.
По данным "Опоры России", Министерство внутренних дел России занимает первое место среди контрольно-надзорных органов (чего не должно быть) по числу проверок предприятий малого бизнеса. В настоящее время органы внутренних дел обладают чрезвычайно широкими полномочиями по борьбе с административными правонарушениями в сфере предпринимательской деятельности, в том числе на потребительском рынке товаров и услуг. В то же время полномочиями по выявлению и пресечению административных правонарушений на потребительском рынке товаров и услуг обладают и другие органы государственного контроля и надзора: Роспотребнадзор, Росрегистрация, Роснедвижимость, Федеральная налоговая служба и еще 24 структуры, что приводит к абсолютному дублированию полномочий и невозможности осуществления бизнеса.
Полномочия органов внутренних дел по составлению протоколов об административных правонарушениях на потребительском рынке образуют совместно с полномочиями, следующими из Закона Российской Федерации "О милиции", систему тотального контроля за субъектами предпринимательской деятельности. Нахождение внепроцессуальных прав милиции в Законе "О милиции" служит основанием для издания Министерством внутренних дел России ведомственных приказов, вводящих не предусмотренный законом порядок реализации органами внутренних дел прав, предоставленных ей Законом "О милиции".
Для устранения всех этих противоречий необходимо внести проекты федеральных законов и необходимых нормативных актов, исключающие внепроцессуальные права органов милиции по проверкам предпринимательской деятельности, сокращающие исключительные, тотальные полномочия Министерства внутренних дел России по составлению протоколов об административных правонарушениях в сфере контроля предпринимательской деятельности.
Пятый барьер - стандарты, декларации, сертификаты. Подтверждение соответствия является одной из основных форм оценки соответствия продукции предъявляемым требованиям, которое на территории Российской Федерации может носить добровольный или обязательный характер. В соответствии с федеральным законом No 184 проводится вся эта работа. Но устаревшая система технических норм и правил, действующая в стране (пожарный надзор, строительство систем подтверждения соответствия не пересматривались с 2002 года), приводит к массовой сертификации товаров субъектами предпринимательства и, как следствие, к высоким издержкам на нее. В сертификации участвуют 16 органов власти по 1400 видам продукции, по 400 видам продукции принимают участие аккредитованные лаборатории Ростехрегулирования. Затраты бизнеса на сертификацию доходят до 120 тыс. руб. за одно наименование товара.
Удельный вес видов продукции, подлежащих обязательной сертификации и декларированию соответствия, в общем объеме видов продукции, подлежащих обязательному подтверждению соответствия, составил по обязательной сертификации 89%. Для справки, в мире это 15, максимум 20%.
Что необходимо? Необходимо принятие в установленном порядке нормативных актов по утверждению государственных стандартов, технических условий и санитарных норм, а также нормативных актов, направленных на сокращение перечня сертифицируемых видов продукции за счет перехода к декларированию на 600 позиций.
Шестое - налогообложение. Здесь я постараюсь не отнимать лишний хлеб и у Эльвиры Сахипзадовны [Набиуллина, Министр экономического развития и торговли РФ], и у Сергея Дмитриевича [Шаталов, замглавы Министерства финансов, статс-секретарь]. Скажу лишь, что, по мнению рабочей группы, в целях снижения налогового бремени на малый бизнес и расширения возможностей применения специальных налоговых режимов необходимо подготовить проекты федеральных законов, предусматривающих внесение изменений в Налоговый кодекс Российской Федерации, направленных на совершенствование: первое - упрощенной системы налогообложения в части расширения возможности ее применения неторговыми и семейными малыми предприятиями, расширение применения патента, включая уточнения полномочий субъектов Российской Федерации по порядку введения упрощенной системы налогообложения на основе патента; следующее - системы налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности в части формирования предсказуемого порядка исчисления налоговой базы и распространения указанной системы налогообложения исключительно на субъекты малого предпринимательства.
Седьмой вариант - это присоединение к инженерным сетям, о чем с болью, Дмитрий Анатольевич, Вы сейчас говорили. Сегодня откровенно сложилась недопустимая ситуация с завышением тарифов на присоединение малых предприятий к объектам энергоинфраструктуры. К примеру, для подключения небольшого ресторана в городе Москве необходимо заплатить более 4 млн руб., это без НДС, небольшого заводика в южном регионе - более 30 млн руб. без НДС. Согласно исследованиям "Опоры России", предприниматели оценили доступность новых энергетических мощностей коэффициентом 0,3 при максимально возможном 3, то есть в десять раз. Растущий расход на потребляемые энергоносители, в том числе и предварительная оплата за их поставку, и оплата услуг по технологическому подключению к электрическим, газовым и тепловым сетям способствуют существенному росту себестоимости продукции и оказывают негативное воздействие на показатели эффективности всех видов малых предприятий, в том числе сельскохозяйственного производства.
Возможно несколько способов решения этой задачи для малых предприятий, потребляющих электроэнергию мощностью до 100 киловатт. Например, первый - это отмена платы за присоединение к электросетям за счет увеличения размера тарифов на передачу электроэнергии, но здесь у субъектов Российской Федерации разные подходы, и они имеют место быть как положительные.
Второй - субсидирование затрат на присоединение.
И третий, предприниматели не понимают, почему они вкладывают - они готовы платить, - почему они вкладывают эти средства в частные компании, но не получают на это и долю акций, и почему они просто дарят тогда это частному бизнесу. Это абсолютно нерыночный подход.
Также существенно затруднено присоединение предпринимателей ко всем иным инженерным структурам. Отсутствие законодательства Российской Федерации в данной сфере ведет к формированию региональных правовых актов. Для доступа субъектов малого бизнеса к инженерным сетям необходимо срочно внести изменения в законодательство Российской Федерации, направленные на существенное снижение издержек субъектов малого предпринимательства при присоединении к инженерным сетям.
Восьмой барьер - доступ к недвижимости. Одной из важнейших проблем субъектов малого предпринимательства является то, что, по данным исследований ряда институтов, около двух третей малых предприятий - арендаторы и около 50% из них арендуют государственное или муниципальное имущество. Казалось бы, здесь все карты в руки - снижая арендную плату, заинтересовывай и стимулируй малый бизнес. Из них - 19% ежегодно подвергаются угрозе отказа в продлении договора аренды. А сейчас принято говорить о периоде малой приватизации до 2009 года, когда непрофильное имущество должно быть продано органами муниципальной власти. Основная опасность данного процесса в том, что помещения, которые на протяжении нескольких лет арендуются малыми предприятиями, теперь приватизируются на аукционе, а на аукционе малые предприятия несильны.
С целью предоставления определенных преференций для малых компаний, арендаторов Минэкономразвития России разработаны поправки в Федеральный закон "О приватизации государственного и муниципального имущества", предусматривающие ряд преимуществ для субъектов малого бизнеса при участии в приватизационных торгах по продаже арендованного ими имущества: возможность оплаты приобретаемого имущества в рассрочку на срок до трех лет, двукратное уменьшение размера задатка для участия в аукционе или в конкурсе. Основной акцент имущественной поддержки предлагается сделать на формировании региональных и муниципальных перечней целевого имущества, предназначенного для предоставления в аренду исключительно субъектам малого предпринимательства.
В целях решения имущественных проблем, являющихся чрезвычайно острыми для субъектов малого бизнеса, необходимо ускорить принятие закона об особенностях участия субъектов малого предпринимательства в приватизации арендованного государственного и муниципального имущества, обеспечить формирование в 2008 году перечня регионального и муниципального имущества для аренды малыми предприятиями и законодательно закрепить открытость процедур предоставления в долгосрочную аренду государственного и муниципального имущества.
И последний, девятый барьер - это доступ к финансовым ресурсам. Об этом также с болью, Дмитрий Анатольевич, в своем вступительном слове Вы сказали. Небольшие кредиты - основа успешного и стабильного развития малых и средних предприятий. В 2006 году 53% предпринимателей, опрошенных в рамках общероссийского исследования "Опоры России" и Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ), финансирование выделили как самую важную проблему 92% предпринимателей.
Открывая свое дело в сфере малого бизнеса, используют либо собственные накопления, либо обращаются за финансовой поддержкой к посредникам. Общая потребность малых компаний в банковском финансировании оценивается в 1 трлн руб. В этих условиях механизмы микрофинансирования предпринимательской деятельности, не банковские, без залога и кредитования, являются эффективной альтернативой банковскому кредитованию.
По оценкам Российского микрофинансового центра, доля малого и особенно микробизнеса, имеющего доступ к банковским кредитным ресурсам, составляет 15-20%. На 1 января 2007 года, по оценкам экспертов, активно действуют более 1600 не банковских микрофинансовых организаций, обслуживающих около 500 тыс. клиентов. Наиболее массовым представителем рынка микрофинансирования являются кредитные кооперативы, доля которых ежегодно увеличивается и составляет сейчас две трети от общего числа объектов инфраструктуры микрофинансирования. Вместе с тем отсутствие законодательного регулирования деятельности микрофинансовых организаций сдерживает их развитие.
Для решения проблемы доступа малого предпринимательства к финансовым ресурсам необходимо обеспечить подготовку и внесение в установленном порядке проектов федеральных законов о микрофинансовой деятельности, о кредитной кооперации и нормативных актов, обеспечивающих расширение доступа субъектов малого предпринимательства к кредитным и финансовым ресурсам.
Создание современного общества - задача неразрешимая без формирования среднего класса, а это и есть представители среднего и малого бизнеса. Уверен, что нынешнее заседание президиума Государственного совета поможет решить целый ряд проблем для его развития.
Спасибо за внимание.
Д. МЕДВЕДЕВ: Спасибо, Олег Петрович, за выступление.
Теперь еще один у нас доклад. Пожалуйста, Министр экономического развития и торговли Эльвира Сахипзадовна Набиуллина.
Э. НАБИУЛЛИНА: Уважаемый Дмитрий Анатольевич!
Уважаемые члены Государственного совета! Уважаемые участники заседания!
Действительно, вопрос о поддержке малого бизнеса у нас давно стоит на повестке дня. И на федеральном уровне, и на региональном уровне мы что-то делаем. Но надо честно признаться, что прорыва в этой области не произошло. И, по сути, малый бизнес нам откровенно говорит о том, что он устал уже от ритуальных фраз государства о поддержке и что нужны реальные дела. Поэтому я бы хотела в своем выступлении продолжить этот разговор по конкретным барьерам и конкретным предложениям.
Олег Петрович уже системно обо всем рассказал. Я, может быть, внесу только несколько нюансов.
Действительно, административные барьеры существенны. Они начинаются еще до начала бизнеса, и практически для открытия любого дела нужно много справок, много документов. При этом надо отметить, что требования, которые предъявляются к малому бизнесу, лишь в незначительной степени устанавливаются самими федеральными законами. В основном это внутриведомственные акты и региональные акты. Так, например, для открытия предприятия общественного питания почти в каждом населенном пункте нужно не менее 20 документов. Только один из них установлен федеральным законодательством.
И я много разговаривала на эту тему, например, с нашим главным санитарным врачом Онищенко по поводу сокращения требований по санэпидемнадзору, которые бизнес нам ставит все время. И он мне прислал несколько тоже любопытных документов, как у нас принимаются законодательные нормативные акты в этой области. Не буду называть области, но одна из областей установила помимо федерального законодательства необходимость введения ветеринарно-санитарной аттестации объектов на всех предприятиях, например, животноводства сроком на один год. Каждый год аттестацию надо проходить заново и включаться в реестр. Другая область установила на платной основе отбор проб рыбы и рыбопродукции при каждом заходе судна в порт и от каждого вида рыбы и тоже на платной основе. И таких примеров очень много. То есть у нас все законодательство, в этом законодательстве огромное непрозрачное число установления требований.
Для открытия малого производственного бизнеса необходимо подать не менее 12 документов со сроками ожидания от 7 до 11 месяцев и заплатить надо от 1,5 до 6 млн руб. Причем речь идет не только о дублировании документов, как часто бывает, несколько справок в разные инстанции, но и о требованиях часто совершенно экзотических. Например, разрешение на оформление вывесок при аренде муниципальной собственности. Причем в свою очередь, чтобы получить такое разрешение, нужно до 20 документов, в том числе и согласование с ГИБДД, и технические экспертизы. То есть, по сути, одно установленное требование затем разветвляется в множественность разрешений, создавая непроходимые джунгли для малого бизнеса, потому что совершенно неконтролируемое число возникающих требований.
Как с этим бороться? А с этим, совершенно очевидно, надо бороться. И здесь, на мой взгляд, есть два пути.
Первый - это проводить системную кропотливую работу по вычистке всего нашего законодательства: федерального, регионального, муниципального, всех подзаконных актов, избавляясь от избыточных и абсурдных требований. При этом мы понимаем, что большой риск того, что эти требования будут возникать вновь под новым обличьем. Такую работу можно все-таки организовывать и проводить.
Другой способ более радикальный - на практике ввести действительно уведомительный порядок начала деятельности, о чем мы уже несколько месяцев активно говорим. Что это означает? Это означает, никаких предварительных разрешений и согласований кроме юридической регистрации и уведомления, да и то в ограниченном числе случаев, о начале деятельности органов контроля и надзора.
На самом деле пример приводился уже о пожарной безопасности, и в проекте технического регламента предлагается перейти на такую систему пожарной декларации. Мы можем пройти по такому пути по всем направлениям.
По лицензированию. Это еще один барьер перед началом вида деятельности. В особых случаях он вводился. Действительно, мы сократили число видов лицензирования, но по тем видам деятельности, по которым осталось лицензирование, оно еще непрозрачно и также имеет тенденцию к размножению, когда вместо одного вида деятельности у нас получаются лицензии на множество видов работ, на которые дробится один вид лицензии. И при этом институт лицензирования пока не выполняет своей основной задачи - это защита третьих лиц и имущества третьих лиц от потенциальной угрозы потенциально опасных видов деятельности.
Поэтому, конечно, на мой взгляд, ключевое направление здесь - переходить к страхованию, к финансовым гарантиям. Есть виды деятельности, где это можно делать более активно, назову сразу среди них - это и транспорт, и строительство, инженерные изыскания, эксплуатация взрывопожарных объектов, погрузочно-разгрузочная деятельность.
И мы должны не забывать, что у нас сами руководители предприятий несут персональную ответственность. В случае, например, строительства у нас есть и главные инженеры, и главный архитектор, и главное, что эта ответственность персонифицирована. Если мы ее дополним в ряде случаев обязательным страхованием, финансовыми гарантиями, это будет реальная ответственность перед третьими лицами, в отличие от той размытой, неперсонифицированной, которую несут наши лицензирующие органы, и при этом она будет обеспечена финансовыми средствами.
И здесь тоже у нас есть уже удачные примеры, мы в этом направлении можем двигаться. Например, туризм, где, кстати, до 90% компаний - это малый бизнес. И у нас взамен лицензированию была введена система финансовых гарантий до полумиллиона рублей для внутреннего туризма и 10 млн руб. - для выездного туризма. Это дало уже свой определенный эффект. Пострадавшие от недобросовестных турфирм начали получать реальные выплаты за некачественный сервис, что невозможно было представить при сохранении лицензирования.
Связанная с лицензированием, и не только с лицензированием, но с получением разрешений больная тема - это тема экспертизы. Экспертиза у нас высокомонополизирована - следовательно, дорога. При каждом лицензирующем разрешительном органе существуют свои компании по экспертизе. Мне кажется, здесь можно было бы активно двигаться по направлению публичности, то есть должны быть публичные системы аккредитации частных компаний на проведение экспертизы с регламентацией платы за такую экспертизу. Это все-таки будет шагом вперед.
Кроме того, в области лицензирования мы могли бы сделать еще один шаг вперед. Это касается автоматического продления лицензии, если не было нарушений при осуществлении видов деятельности. Мы знаем, что, например, при продлении лицензии, у нас есть данные, например, в области медицинской деятельности - продление лицензии занимает до года. Если нет нарушений, почему не продлять автоматически?
Процедуры сертификации, о которых тоже шла речь. Эта тема важна в целом для бизнеса, но для малого бизнеса, особенно в инновационной сфере, она суперважна. И, действительно, удельный вес продукции, которая подлежит обязательной сертификации со всеми лабораторными исследованиями и так далее, у нас просто на порядок выше, чем во всех европейских странах. И сейчас мы рассматриваем перечни видов, которые подлежат обязательной сертификации, - конечно, удивление вызывает, что надо обязательно сертифицировать у нас гвозди, сковородки, гаечные ключи и так далее. Поэтому здесь большой резерв для сокращения обязательной сертификации и перехода в систему декларирования, добровольного декларирования соответствия продукции ее производителем. И здесь, конечно, нужно двигаться - просто принимать те решения, которые уже назрели и которые понятны.
Госконтроль и надзор. Это то, что называется административный барьер после открытия бизнеса, то есть не контроль на входе, а контроль на рынке. Здесь также возможны два пути - мягкий и радикальный.
Первый - это мы можем продолжать упорядочивать. Мы уже начали ограничивать, регламентировать проверочную деятельность, мы лимитируем и периодичность, и длительность проверок, и сами процедуры проверок. Но надо признаться, что эффект пока не очень большой. Можно продолжить эту деятельность, у нас есть разработанные и согласованные с организациями малого бизнеса предложения по изменению законодательства в этой сфере, об этом тоже говорилось, введение квот на проверки по часам, установление, что результатом первой проверки будет не штраф, а предписание.
Но возможен и другой, радикальный вариант, к которому, на мой взгляд, мы обязаны в среднесрочной перспективе переходить, - конечно, оценивая все риски и последствия. Это действительно запретить надзирающим органам вообще приходить на предприятие. Надзирающие органы должны только разбирать конкретные случаи, когда произошло нарушение прав, интересов третьих лиц. И в случае установления вины предприятие должно нести ответственность, которая не сравнима с ответственностью сейчас. Такая система работает во многих странах. Вы вдумайтесь, например, почему так часто, и у нас в прессе есть эти случаи, почему компании отзывают партии продукции практически целиком? Потому что они понимают, что если будет доказана их вина по нарушениям, то просто штрафы и убытки будут разорительны, убийственны и будет персональная ответственность у предприятия. Поэтому система сама работает, без того, что надзирающие, контрольные органы сидят почти ежедневно на предприятии. На мой взгляд, мы должны переходить к этой системе и таким образом менять всю систему контроля и надзора, увеличивая ответственность самих производителей.
Здесь, конечно, также уместны механизмы страхования ответственности за ущерб, причиненный третьим лицам, внедрение которых по ряду видов деятельности позволит ликвидировать и сами контрольные мероприятия.
И я здесь хотела бы сказать о том, что мы недоиспользуем потенциал саморегулируемых организаций. У нас в прошлом году был принят федеральный закон, мы долго его принимали, долго спорили. Он наконец принят, и он дает реальную возможность утверждать стандарты и профессиональной, и предпринимательской деятельности и передавать саморегулируемым организациям государственные полномочия. На мой взгляд, в некоторых сферах мы уже созрели для того, чтобы передавать такие полномочия саморегулируемым организациям, - это и архитектурная деятельность, строительство, аудит, оценка, кадастровая деятельность, парикмахерская деятельность, которая тоже подлежит госнадзору. Положительный эффект будет в том, что саморегулируемые организации несут имущественную ответственность перед потребителями через компенсационные фонды и так далее. А также у них есть система оперативного рассмотрения споров между своими членами и потребителями. И я думаю, что мы можем подготовить конкретный план по передаче госфункций организациям саморегулирования по сферам видов деятельности.
Еще ограничения, которые также очень важны для малого бизнеса, это ограничения инфраструктурные. Прежде всего, речь идет об отсутствии современных помещений, не старых, которые достались нам с советских времен, но современных офисных помещений и в еще большей степени производственных помещений. И роль здесь и федеральных, и, прежде всего, региональных властей в решении данного вопроса огромна. Сейчас около двух третей малых предприятий арендуют государственную и муниципальную собственность. Мы, конечно, предлагаем внести, вместе с Госдумой вносим изменения, которые облегчают доступ малых предприятий к приватизируемым помещениям, но надо понимать, что в основном малый бизнес арендует помещения. И при этом половина из опрошенных представителей малого бизнеса отмечает, что основные риски связаны с краткосрочностью договоров аренды. Они все время находятся под угрозой досрочного расторжения договоров аренды, что их выкинут просто из помещений. И поэтому, на наш взгляд, нужно внести в законодательство и установить на федеральном уровне требования к процедуре сдачи в аренду зданий и помещений, потому что сейчас множественность требований, разных требований, существует на региональном и муниципальном уровнях. Причем эти требования должны быть исчерпывающими и включать требование обязательности долгосрочных, свыше трех лет, договоров аренды. Может быть, сразу это не сработает, но мы видим по лицензированию, как система начинает работать. В свое время у нас лицензии выдавались на один год, мы ввели в законодательстве требование о пяти годах, и у нас постепенно все-таки лицензии становятся более длительными. И то же самое можно сделать по договорам аренды.
Но тем не менее основной акцент имущественной поддержки следует сделать на формировании региональных и муниципальных перечней целевого имущества, которые предназначены для передачи в аренду исключительно субъектам малого предпринимательства. Кстати, такое право законодательством уже предусмотрено.
Далее. В рамках федеральной программы, финансовой программы, которую ведет наше министерство в том числе, мы поддерживаем создание бизнес-инкубаторов. В настоящее время уже начали работу 40 бизнес-инкубаторов, мы их всего сейчас создаем 99. И бизнес-инкубаторы по мониторингу значительно позволяют повысить выживаемость начинающих компаний, по оценкам, с 15 до 85%. Но выросшие в бизнес-инкубаторах компании сталкиваются с проблемой доступа к промышленным площадкам, то есть к условиям для послеинкубационного роста. Поэтому надо развивать промышленные парки. Многие регионы это уже начали делать и поддерживают это активно.
При этом, на мой взгляд, наиболее эффективным, если говорить об инновационном бизнесе, является развитие и бизнес-инкубаторов, и промышленных парков рядом с университетами и вузами, как это делают во многих странах, реально создавая инновационный треугольник "наука-бизнес-производство". И, конечно, надо в рамках планов техразвития, которые сейчас разрабатываются, специально выделять места для размещения данной инфраструктуры и решать проблемы присоединения к энергетической инфраструктуре. Мы, кстати, и с РАО ЕЭС проговаривали о возможности того, чтобы предусмотреть приоритетное подключение таких промышленных площадок к необходимой энергетической инфраструктуре.
И теперь несколько слов о присоединении к электросетям, к услугам газового хозяйства, коммунальной инфраструктуре.
В 2007 году было отказано по 60% заявок субъектов малого предпринимательства для присоединения к энергоструктуре, то есть 60% малых предприятий, которые могли быть созданы, просто не появились на свет.
Совокупные издержки малых компаний, которые все-таки получили эту услугу по присоединению, составляют в год не менее 43 млрд руб. Плата за присоединение, как уже говорилось, носит в ряде городов заградительный характер. Конечно, это связано с дефицитом энергомощностей, с тем, что мы долгое время недофинансировали. Понятно, что эта проблема сразу не решается, но мне кажется, что мы не можем для малого бизнеса ждать того, когда она в целом будет решена в стране.
Мы знаем, что по закону до 2011 года мы должны с платы за присоединение перейти к тарифу на передачу электрической энергии, конечно, не включая последнюю милю. Но до того, как мы перейдем к этому порядку, нужно внедрить стандартные процедуры, типовые договоры присоединения, абсолютно публичные процедуры. Мы эту тему подробно обсуждали на совещании у Александра Дмитриевича и договорились идти по этому пути. Это будет определенная защита субъектов малого бизнеса. Но при этом нужно составить, на мой взгляд, графики перехода к одиннадцатому году на тарифы за подключение, чтобы у нас не было скачкообразного перехода в одиннадцатом году. Это мы должны сделать вместе с регионами. И сейчас уже многие субъекты Федерации начали субсидировать малый бизнес к тарифам за подключение, потому что понятно, что малый бизнес через этот барьер не может перейти. И эту практику, видимо, надо поддерживать, если мы хотим, чтобы малый бизнес у нас все-таки развивался.
То же относится к объектам не только электросетевой инфраструктуры, но газовой инфраструктуры и услугам коммунального хозяйства.
По доступу к финансированию. Действительно, малый бизнес требует особых механизмов доступа к финансированию. Это и микрофинансирование, и сейчас Минфин готовит закон о микрофинансировании, но у нас есть и специальные программы, в том числе реализуемые через Внешэкономбанк, по поддержке региональных банков, который, в свою очередь, выдает кредиты и малому бизнесу. Пока эта программа небольшая, она всего 9 млрд руб., при этом мы оцениваем с вами потребности, как уже шла речь, об одном триллионе. Сейчас где-то малый бизнес берет около 250 млрд кредитных ресурсов.
Понятно, что нужно создавать эту систему, потому что малый бизнес не может развиваться только на деньгах своих родственников и друзей. Сейчас 90% бизнеса развивается именно на этих деньгах.
Поэтому, на мой взгляд, требует масштабирования и программа, которую мы осуществляем и через Внешэкономбанк, и привлечение других госбанков. Кстати, Сбербанк собирается также активно развивать программу по поддержке малого бизнеса. Но при этом, понимая, что малый бизнес имеет естественные ограничения для привлечения заемных средств, для них собственные средства - это главный источник развития, и поэтому вопрос налогообложения чувствителен - это изъятие собственных средств.
У нас есть предложения. Мы их согласовали здесь и с Минфином, у нас общие предложения, по расширению и применению патентов и по единому налогу на вмененный доход. И я думаю, что в весеннюю сессию мы можем все эти налоговые новации уже принять.
Малые предприятия находятся под гнетом не только универсальных барьеров, но и специфических барьеров, они в каждой сфере есть свои: в области сельского хозяйства - свои, в торговле - свои, в инновационном бизнесе - свои. Я коротко остановлюсь в заключение только на нескольких моментах, связанных с малым бизнесом в области науки и инноваций.
Действительно, их доля у нас очень маленькая, и здесь, конечно, нам нужно также масштабировать программу создания бизнес-инкубаторов при ведущих высших учебных заведениях. По нашим оценкам, нам нужно в стране создать не менее 50 таких объектов с общим размером оборудованных площадей не менее 1 млн кв. м, только таким образом мы сможем поднять инновационный бизнес. Это будет и поддержка предпринимательской инициативы студентов - то, что во многих странах делается действительно, и откуда "растут ноги" у инноваций, если можно так сказать. И мы со своей стороны поддерживаем расширение финансирования инноваций в посевной стадии, что не делалось в предыдущие годы, и у нас на это нацелена наша российская венчурная компания, в этом году первые деньги мы собираемся пустить на посевную стадию.
И необходимо развивать то, что уже регионы делают, многие самостоятельно и с нашим софинансированием, - региональные венчурные фонды. Сейчас такие фонды формируются в 19 субъектах Федерации с капитализацией более 8 млрд руб., при этом 50% - частные инвесторы. На мой взгляд, это очень хорошая форма, которую нам нужно развивать. И мы понимаем, что вся система мер госрегулирования должна быть увязана с системой, которая строится на региональном и муниципальном уровне. И мы в своей программе финансовой, о которой я говорила, только можем софинансировать проекты региональной программы. И здесь многое зависит от инициативы регионов. И мы тоже ожидаем, что мы со своей стороны будем делать так, чтобы и сокращать административные барьеры, и оказывать поддержку для бизнеса, но и регионы будут активно сокращать административные барьеры и, главное, создавать инфраструктуру поддержки малого бизнеса. И мы все вместе сможем добиться того, что малый бизнес станет существенным элементом нашей экономики. И причем изменения будут не только в отраслевой структуре, но и в качестве малого бизнеса, с точки зрения повышения заработных плат, с точки зрения производительности труда в малом бизнесе и создания современных рабочих мест с привлекательными условиями работы и с соответствующей охраной труда, потому что малый бизнес тоже должен двигаться в этом направлении.
Спасибо большое.
...
Д. МЕДВЕДЕВ (заключительное слово): Уважаемые коллеги, давайте завершать. Считаю, что сегодняшнее обсуждение является весьма полезным, прежде всего потому, что оно абсолютно конкретно. И даже те общие доклады, которые звучали, они все равно содержали в себе набор конкретных предложений. Поэтому и мое заключительное слово будет предметным.
Отреагирую еще на несколько тем, которые прозвучали здесь в выступлениях. Вот по поводу экспертизы, о которой Эдуард Эргартович Россель [губернатор Свердловской области] здесь говорил. Полностью отказаться от экспертизы невозможно по вполне понятным соображениям безопасности, но можно было бы подумать о применении различных видов экспертизы в зависимости от стоимости тех же самых строительных работ, производства и так далее. То есть дифференцировать это и посмотреть на то, чтобы в тех случаях, когда речь идет о небольших предприятиях, небольших производствах, недопустимо было бы заказывать дорогостоящие экспертизы.
То, что Дмитрий Владимирович Зеленин [губернатор Тверской области] говорил по поводу приобретательной давности - здесь не прозвучало других комментариев, - можно подумать об этом, хотя это не самый, может быть, главный вопрос. Есть и плюсы, и минусы в том, чтобы сократить срок приобретательной давности (напомню, что это срок, по истечении которого у приобретателя недвижимого имущества может возникнуть право собственности на это имущество). У нас, исходя из классических соображений, это пятнадцать лет, но можно подумать о каком-либо облегченном варианте, но здесь надо понимать, что в этом случае мы можем спровоцировать и волну такого рода захватов, если этот срок будет короткий, потому что по истечении короткого времени можно будет обратиться и сказать: "Вы знаете, мы на этой земле простояли три года - это уже наше". Это уже такая оккупация. Поэтому здесь должен быть баланс, но обсудить эту тему можно.
И еще одна тема, которая у всех звучала, но хотел бы просто специально подчеркнуть: в отношении всякого рода легальных или псевдолегальных платежей (то, что Сергей Герасимович Митин [губернатор Новгородской области] обозначил, и другие говорили). Беда в том, что они включаются в ведомственные документы и в региональные нормативные акты. Вот мне сейчас показали - сплошь и рядом нормативные акты, которые, уважаемые коллеги, в том числе и вами издаются, содержат в себе указания на то, что помимо пяти документов шестой документ - это договор об экспертизе, обслуживании или еще какой-то договор, заключенный с муниципальным, или с городским, или с областным унитарным предприятием или государственным учреждением. Что это такое? Это понятно что - легализованная взятка, которая раньше существовала в конверте, а сейчас приобрела такую абсолютно респектабельную форму. Причем по размеру эта своеобразная штука выше, чем то, что раньше в конверте приносили. Надо, исходя из этого, провести ревизию всего нормативного материала.
Поэтому в том проекте поручений, который будет дан по итогам заседания президиума Госсовета, содержится ряд предложений. В частности, по изменению законодательства - и в части уведомительного порядка, и в части устранения избыточного государственного контроля. Отдельно, с учетом того, что мы с вами сегодня обсуждали, предлагаю проанализировать идею полного запрета прихода контролирующих органов на малые предприятия. Тема не простая, но проанализировать ее мы обязаны.
Есть здесь и ряд других поручений - и по бизнес-инкубаторам, и по промышленным паркам. Тема, связанная с заменой лицензирования отдельных видов деятельности страхованием ответственности и финансовыми гарантиями. С этим все согласны. Это цивилизованная, современная форма. Главное, чтобы она не была слишком обременительной для малого бизнеса.
Отдельное поручение будет дано в части так называемых внепроцессуальных прав органов милиции по проверкам предпринимательской деятельности, но это должно быть состыковано с общим поручением по поводу запрещения контроля.
Отдельное поручение касается принципов одного окна и в части осуществления процедуры присоединения к энергетическим сетям, заключения договора энергоснабжения, а также снижения издержек субъектов малого предпринимательства при присоединении к электрическим сетям. Но здесь нужно подумать и о субсидировании такого рода затрат за счет средств бюджетов всех уровней.
Предлагается проработать в установленном порядке проекты федеральных законов о микрофинансовой деятельности и кредитной кооперации. То, о чем говорилось в ряде выступлений: региональная программа развития малого предпринимательства, перечень имущества, который предоставляется в аренду - в общем, все то, что сегодня у нас звучало. А также ряд новых идей, которые, уважаемые коллеги, были в ваших выступлениях. Как я сказал, мы здесь не принимаем решения. Мы внимательно друг друга выслушали. По итогам определимся, проведем необходимые совещания - уже внутренние, и их результатами будут изменения в действующее законодательство.
Еще раз хотел бы всех поблагодарить за участие, обсуждение получилось абсолютно предметным, за что всем спасибо.
До следующей встречи!

27 марта 2008 года, Тобольск
http://rost.ru/medvedev/report-27-03-1.html



Док. 435477
Опублик.: 31.03.08
Число обращений: 1123

  • Королев Олег Петрович
  • Медведев Дмитрий Анатольевич
  • Набиуллина Эльвира Сахипзадовна

  • Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``