В Кремле заявили об отсутствии информации об уходе Матвиенко из Совфеда
Наша библиотека
Книги
Статьи
Учебники

Художественная литература
Русская поэзия
Зарубежная поэзия
Русская проза
Зарубежная проза
Рэймонд Чандлер `Детектив Марлоу` Назад
Рэймонд Чандлер `Детектив Марлоу`
Дом стоял на Дрезден-авеню в Пасадене - большой, массивный, неприветливый на вид, со стенами из бургундского кирпича, с белой отделкой из камня и черепичной крышей терракотового цвета. Верхние окна были украшены по периметру каменным орнаментом в стиле рококо. От полускрытого цветущими кустами фасада к улице полого спускалась чудесная зеленая лужайка, которая обтекала росший на пути исполинский кедр, подобно тому как спокойный зеленоватый поток обтекает с двух сторон скалу. У широкого тротуара росли три радующие глаз белые акации. Город был наполнен тяжелым ароматом летнего утра, и ни листочек не шевелился в словно безжизненном воздухе, предвещавшем то, что здесь называется прохладным славным деньком. Об обитателях дома я знал совсем немного - здесь живет миссис Элизабет Брайт Мердок с семьей и эта дама хочет нанять симпатичного частного детектива, который не стряхивал бы пепел на пол и никогда не носил бы с собой больше одного пистолета. И еще я знал, что она вдова старого усача по имени Джаспер Мердок, который сделал кучу денег, занимаясь организацией благотворительных мероприятий в местном обществе и фотография которого с датами рождения и смерти под ней и с подписью `Вся его жизнь - служение` ежегодно появлялась в пасаденской газете. Я оставил машину у тротуара, поднялся по нескольким десяткам кособоких каменных ступенек, вделанных в зеленый склон, и нажал кнопку звонка в кирпичном портике под островерхой крышей. Вдоль фасада здания почти от входной двери до подъездной дороги тянулась низкая стена из красного кирпича. В самом конце стены на бетонной плите был нарисован маленький негритенок в белых бриджах, зеленом жакете и красной кепке. В руке он держал кнут, и вид у него был чуть печальный, как если бы он долго ждал кого-то и в конце концов начал приходить в уныние. Я прогулялся вдоль стены и потрепал его по голове. Спустя некоторое время пожилая мегера в платье горничной приоткрыла дверь дюймов на восемь и уставилась на меня маленьким круглым глазом. - Филип Марлоу, - сказал я. - К миссис Мердок. Она меня ждет. Пожилая мегера проскрежетала зубами, зажмурила глаза, потом выпучила их и спросила одним из тех истерических сварливых голосов, которые характерны для пионеров жесткого рока: - К какой именно? - Что? - К какой именно миссис Мердок? - почти провизжала она. - Миссис Элизабет Брайт Мердок, - сказал я. - Не предполагал, что их несколько. - Тем не менее это так, - отрезала она. - Ваша визитная карточка? Дверь она так и держала приоткрытой всего на восемь дюймов. В щель высовывался кончик ее носа и тощая жилистая рука. Я достал бумажник, вытащил оттуда одну из визиток, где значилось только мое имя, и протянул ей. Рука и нос исчезли, и дверь с грохотом захлопнулась. Я подумал, что, может быть, мне не стоило идти с парадного входа, и еще раз прогулялся вдоль стены, и еще раз потрепал негритенка по голове. - Дружище, - сказал я, - мы с тобой в одном положении. Прошло некоторое время - и довольно продолжительное. Я сунул в зубы сигарету, но не зажег ее. Мимо в бело-синем фургоне проехал уличный музыкант, наигрывая на шарманке нехитрую песенку. Огромная черно-золотая бабочка сделала крутой вираж и опустилась на цветок гортензии рядом с моим локтем; она медленно пошевелила крыльями, потом тяжело сорвалась с цветка и полетела зигзагами сквозь неподвижный горячий воздух. Дверь снова открылась, и та же мегера произнесла: - Сюда, пожалуйста. Я вошел. Огромная проходная гостиная была погружена в полумрак и прохладу - безжизненная атмосфера кладбищенской часовни царила в ней, и запах был как будто такой же. Гобелены на шероховатых оштукатеренных стенах, железные решетки французских балкончиков за высокими окнами, тяжелые резные кресла с плюшевыми сиденьями и обтянутыми ковровой тканью спинками. Под потолком на противоположной стене - окно с витражными стеклами размером с теннисный корт, а под ним - створчатые двери с занавесками. Старая, унылая комната. Непохоже было, чтобы кому-нибудь когда-нибудь захотелось хотя бы посидеть здесь. Мраморные столики на кривых ножках, золоченые часы, статуэтки из двухцветного мрамора. Горы никому не нужных безделушек: чтобы вытереть с них пыль, потребуется неделя. Куча денег - и все брошены на ветер. Лет тридцать назад в Богатом молчаливом провинциальном городке Пасадене это еще вполне могло бы сойти за комнату. Из гостиной мы вышли в коридор, и вскоре мегера распахнула какую-то дверь и знаком пригласила меня войти. - Мистер Марлоу, - злобно сказала она в дверь и пошла прочь, скрежеща зубами.

2
Это была маленькая комнатка, выходящая окнами в сад за домом. На полу лежал безобразный красно-коричневый ковер, обстановкой комната напоминала канцелярию. Худенькая бледная блондинка в очках в роговой оправе сидела за столом с пишущей машинкой перед ней и стопкой бумаги слева. Руки ее лежали на клавишах, но бумага в машинку заправлена не была. Девушка смотрела на меня напряженно, с несколько глуповатым видом - так застенчивый человек смотрит в объектив фотоаппарата. Голос ее, пригласивший меня присаживаться, был чист и нежен. - Я мисс Дэвис, секретарь миссис Мердок. Она просила узнать, кто может дать вам рекомендации. - Рекомендации? - Именно. Рекомендации. Это вас удивляет? Я положил шляпу на стол и незажженную сигарету - на шляпу. - Вы хотите сказать, что она обратилась ко мне, ничего обо мне не зная? У девушки задрожала нижняя губа, и она прикусила ее. Было не понять, испугана она, или раздражена, или ей просто не совсем удается роль холодной, деловитой секретарши. Но впечатления счастливого человека она явно не производила. - Ваше имя назвал ей директор филиала Калифорнийского банка. Но лично он вас не знает. - Приготовьте карандаш, - сказал я. Она показала мне свежезаточенный, готовый к работе карандаш. - Во-первых, вице-президент того же банка Джордж С. Лик. Его можно найти в главном здании. Затем сенатор Хьюстон Оглихорт. Его можно найти в Сакраменто или в его офисе в Лос-Анджелесе. Затем адвокат Сидни Дрейфус-младший из страховой компании `Дрейфус, Тэрнер энд Свейн`. Готово? Писала девушка быстро и легко. Она кивнула не поднимая головы. Солнечный блик плясал в ее светлых волосах. - Оливер Фрай из нефтяной корпорации `Фрай-Кранц` на Западной Девятой. И еще, парочка полицейских: Бернард Олз из штаба Департамента полиции и следователь лейтенант Карл Рэндэлл из Центрального бюро. Этого достаточно, как вы полагаете? - Не смейтесь надо мной, - сказала она. - Я только делаю то, что мне приказано. - Последних двух лучше не беспокоить, - сказал я. - Я не смеюсь над вами. Жарко, верно? - Для Пасадены это не жарко, - ответила она, взяла со стола телефонную книгу и приступила к работе. Пока она искала номера телефонов и звонила, я внимательно разглядывал ее. Она была бледна, но бледна от природы и выглядела вполне здоровой. Ее жесткие светлые с медным оттенком волосы сами по себе были вовсе не безобразны, но так гладко зачесаны назад с узкого лба, что вообще не создавали впечатления волос. У нее были тонкие необычайно прямые брови, более темные, чем волосы. Крылья ее носа были бледны, как у человека, страдающего малокровием. Слишком маленький подбородок был чересчур острым и безвольным. Косметикой девушка не пользовалась - лишь ее губы слегка оттеняла красно-оранжевая помада. Глаза ее за стеклами очков - огромные, серо-синие, с широкими зрачками - смотрели отрешенно. И верхние, и нижние веки были натянуты так, что в разрезе глаз чудилось что-то восточное. Видимо, кожа ее лица была так упруга и эластична, что чуть растягивала глаза к вискам. В целом мисс Дэвис была не лишена некоей особой прелести, свойственной нервным угловатым подросткам, и ей не хватало только умело подобранной косметики, чтобы выглядеть эффектной. На девушке было цельнокроенное льняное платье с короткими рукавами, без всяких украшений. Ее голые руки в редких веснушках были покрыты золотистым пушком. Я не очень вслушивался в то, что она говорила в трубку. То же, что говорили ей, она стенографировала быстрыми, легкими штрихами карандаша. Закончив, девушка повесила трубку, встала, пригладила платье на бедрах, сказала: - Подождите минуточку... - и направилась к двери. Но с полпути вернулась к столу и плотно задвинула его верхний боковой ящик. Потом вышла. Дверь закрылась. Было тихо. За окном жужжали пчелы. Откуда-то издалека доносился вой пылесоса. Я взял незажженную сигарету со шляпы, сунул ее в зубы и встал. Обошел стол и выдвинул ящик, который мисс Дэвис только что задвинула. Почему - это меня совершенно не касалось. Я заглянул туда просто из любопытства. И меня совершенно не касалось, что в ящике лежал маленький кольт. Я задвинул ящик и вернулся на место. Девушка отсутствовала минуты четыре. Потом дверь открылась, и она сказала: - Миссис Мердок сейчас примет вас. Мы прошли по каким-то коридорам, и она открыла половинку стеклянной двустворчатой двери и посторонилась, пропуская меня. Я вошел, и дверь за мной закрылась. Там было полумрак, и сначала я не видел ничего, кроме лучей света, пробивавшихся сквозь густые кусты за окнами и занавески. Потом я рассмотрел, что помещение представляет собой что-то вроде веранды, снаружи совершенно заросшей кустарником. Здесь было много циновок и плетеной мебели. У окна стоял соломенный шезлонг с изогнутой спинкой и таким количеством подушек на нем, что их было бы достаточно, чтобы нафаршировать слона. В шезлонге полулежала женщина с бокалом в руке. Еще до того, как я смог составить представление о ее внешности, я почувствовал тяжелый запах алкоголя. Потом глаза мои привыкли к темноте, и я наконец смог разглядеть миссис Мердок. У нее было толстое лицо с массивным подбородком, тусклые серые волосы, безжалостно изуродованные перманентом, тяжелый нос и большие, наполненные влагой глаза, выразительные, как речные голыши. Шею ее украшал кружевной воротничок, но к такой шее больше бы подошел футбольный свитер с глухим воротом. Миссис Мердок была одета в серое шелковое платье без рукавов, открывавшее жирные крапчатые руки. В ушах виднелись агатовые пуговки. Перед ней стоял низкий стеклянный столик с бутылкой портвейна. Она неторопливо тянула вино из бокала, рассматривала меня и молчала. Я стоял перед ней. Она заставила меня стоять столько времени, сколько понадобилось ей, чтобы осушить бокал, поставить его на стол и снова наполнить. Потом она промокнула губы носовым платком. Потом раздался ее голос. Это был грубый баритон, принадлежавший человеку, явно не склонному ни к каким шуткам. - Садитесь, мистер Марлоу. Не зажигайте сигарету. Я астматик. Я уселся в плетеное кресло-качалку и засунул так и не зажженную сигарету в нагрудный карман за носовой платок. - Я никогда не имела дела с частными детективами, мистер Марлоу. И ничего о них не знаю. Ваши рекомендации кажутся мне удовлетворительными. Какие у вас расценки? - Расценки на что, миссис Мердок? - Надеюсь, вы понимаете, что дело мое сугубо конфиденциальное. Никакой полиции. Если бы могла идти речь о полиции, я бы туда и обратилась. - Я беру двадцать пять долларов в день, миссис Мердок. И, естественно, текущие расходы. - Дороговато. Должно быть, вы делаете большие деньги. - Она отхлебнула из бокала. - Я не признаю портвейн в жару, но приятного мало, когда тебя вот так вынуждают от него отказываться. - Вовсе нет, - сказал я. - Конечно, можно нанять следователя за любую цену - как простого юриста. Или дантиста. Я не организация. Я - всего лишь один человек и никогда не веду больше одного дела. Я рискую, иногда очень рискую. И работаю не постоянно. Нет, не думаю, чтобы двадцать пять долларов в день было слишком дорого. - Понятно. А что за текущие расходы? - Разные мелкие разности. Никогда не знаешь заранее, что и как. - Я бы предпочла знать, что и как, - ехидно сказала она. - Узнаете. Все будет предъявлено черным по белому. У вас будет возможность опротестовать расходы, если они вам покажутся чрезмерными. - На какой аванс вы рассчитываете? - Сотня долларов меня устроит, - сказал я. - Хочу надеяться. - Она осушила бокал и снова наполнила его, даже не успев вытереть губы. - Когда речь идет о людях вашего круга, я не настаиваю на обязательном авансе. - Мистер Марлоу, - сказала она, - я довольно суровый человек. Не заставляйте меня пугать вас. Если это у меня получится - значит, вы не тот человек, который может быть мне полезен. Я кивнул, пропустив это мимо ушей. Она внезапно расхохоталась и потом рыгнула. Это была изящная легкая отрыжка, исполненная с полной непринужденностью. - Моя астма, - небрежно пояснила миссис Мердок. - Вино я пью как лекарство. Поэтому вам не предлагаю. Я закинул ногу на ногу. Я надеялся, что это не повредит ее астме. - Деньги - не самое важное, - сказала она. - Женщины моего круга всегда переплачивают и всегда готовы к этому. Надеюсь, вы окажетесь достойны вашего гонорара. Дело же вот в чем. У меня похищено нечто весьма ценное. Я хочу вернуть похищенное. Но это не все. Я не хочу, чтобы кого-нибудь арестовали. Так случилось, что вор является членом моей семьи. Она повертела бокал в толстых пальцах, улыбка ее была едва заметна в полумраке затененной комнаты. - Моя невестка, - пояснила миссис Мердок. - Очаровательная девушка... и несгибаемая, как бревно. Она посмотрела на меня внезапно заблестевшими глазами. - Мой сын - круглый дурак, - сообщила она. - Но я очень привязана к нему. С год назад он женился самым идиотским образом, без моего согласия.

Док. 240819
Опублик.: 21.11.05
Число обращений: 452


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``