Глава Минздрава допустила введение четырехдневной рабочей недели в России
СБОРНИК Назад
СБОРНИК

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Альфред Ван Вогт.

Торговый дом оружейников

-----------------------------------------------------------------------
Сборник `Англо-американская фантастика`. Пер. - Е.Константинова.
ОСR sреllсhесk by НаrryFаn, 30 Аugust 2000
-----------------------------------------------------------------------


1

Хедрок отвлекся от своего луча-информатора, хотя экран продолжал
светиться, в мельчайших деталях передавая все, что происходит в
конференц-зале императорского дворца. Молодая женщина с непроницаемым
выражением лица сидела на троне, мужчины низко склонялись перед ней, и их
голоса слышались совершенно отчетливо. Все было как обычно. Впрочем...
У Хедрока пропал интерес к совещанию в зале, тем более что теперь ему
следовало торопиться. Из ума не шли роковые слова женщины.
- При данных обстоятельствах, - сказала она несколько минут назад, - мы
больше не можем себе позволить идти на риск с перебежчиком из стана
оружейников. То, что случилось, слишком важно. Поэтому, генерал Грэлл,
исключительно ради подстраховки арестуйте капитана Хедрока через час после
обеда и повесьте его. Повторяю: ровно через час, поскольку, во-первых, он,
как обычно, будет обедать за моим столом, и, во-вторых, я намерена
присутствовать на казни.
- Слушаюсь, ваше величество.
Хедрок ходил взад-вперед по комнате. Затем вновь устремил мрачный
взгляд на экран, который, будучи материализован, как сейчас, занимал весь
угол. Молодая женщина все еще сидела в конференц-зале, правда, уже в
одиночестве, и зловещая ухмылка играла на ее продолговатом лице. Ухмылка
исчезла, когда женщина дотронулась до кнопки на подлокотнике и начала
ясным голосом диктовать. Некоторое время Хедрок прислушивался к ее
указаниям, касавшимся рутинных дворцовых дел, но вскоре сосредоточился на
собственных проблемах. Необходимо выпутаться из этого безнадежного
положения. Очень осторожно он стал настраивать пульт. Образ молодой
императрицы померк. Экран осветился раз-другой, и на нем возникло
контрастное изображение человека.
Хедрок сказал:
- Вызываю Высший Совет Торгового Дома оружейников.
- Потребуется минута, - деловито произнес человек, - чтобы собрать
членов Совета.
Хедрок озабоченно кивнул. Он вдруг занервничал. Хотя вызов он произвел
довольно уверенным тоном, Хедроку все-таки показалось, что голос его
чуточку дрогнул. Он сидел очень спокойно, сознательно расслабившись. Через
минуту на экране появилось с десяток лиц - вполне достаточно для кворума.
Хедрок сразу доложил о смертном приговоре. И добавил:
- Несомненно, происходит что-то экстраординарное. За последние две
недели, когда собирался имперский кабинет, я всякий раз замечал, что
высшие офицеры вовлекают меня в пустые разговоры, мешая вернуться в свою
комнату. Обращаю ваше внимание на фактор времени: арест произойдет через
час после обеда, то есть в моем распоряжении остается три часа. Сегодня
мне почему-то дали вернуться к себе во время заседания кабинета - уж не
для того ли, чтобы услышать приговор? Если они знают возможности нашего
Высшего Совета, то должны понимать, что, предупреждая меня заранее, дают
шанс скрыться.
- Что вы предлагаете? - резко спросил член Совета Питер Кадрон. -
Намерены остаться?
Волнение снова охватило Хедрока.
- Вы, мистер Кадрон, конечно, помните, что мы анализировали характер
императрицы. Она дитя своего века со всеми его социальными неурядицами и
техническим совершенством - отсюда неуравновешенность и склонность к
авантюризму, как и у девятнадцати миллиардов ее подданных. Ей необходимы
перемены, новые ощущения, возбуждение. Но во главу угла следует поставить
то, что она наделена имперской властью и представляет консервативные силы,
не желающие менять прежние порядки. В результате - постоянные шараханья из
стороны в сторону, опасное состояние несбалансированности, которое делает
ее самым страшным врагом Торгового Дома за много веков его существования.
- Несомненно, - заключил другой член Совета, - казнь даст разрядку ее
взвинченным нервам. В те несколько минут, когда вы будете дергаться,
болтаясь в петле, жизнь покажется ей менее пресной.
- Мне представляется, - твердым голосом произнес Хедрок, - что один из
наших ноуменов мог бы просчитать различные варианты и дать практический
совет, каким образом мне поступить.
- Сейчас посоветуемся с Эдвардом Гонишем, - сказал Питер Кадрон. -
Пожалуйста, потерпите, пока мы обсудим этот вопрос.
Они исчезли, вернее, отключился звук. И хотя Хедрок видел, как
двигаются губы, голосов не слышал. Разговор продолжался долго, казалось,
время тянется слишком медленно, пока люди на экране объяснялись с кем-то,
кого не было видно. В ожидании Хедрок крепко сжал зубы, сцепил пальцы рук.
Он вздохнул с облегчением, когда молчание прервалось и Питер Кадрон
сказал:
- Сожалеем, но вынуждены констатировать следующее. Эдвард Гониш не стал
полагаться на интуицию из-за отсутствия предшествующего опыта. В вашем
случае следует руководствоваться только логикой. Поэтому мы хотели бы
знать, считаете ли вы возможным присутствовать на обеде? Иными словами, до
какого предела сохраняется шанс на побег из дворца?
Хедрок очень надеялся на практический совет, и что же он получил вместо
него? Этот гений, ноумен по имени Эдвард Гониш, великий спец по части
интуиции, от решения которого зависит его судьба, увиливает. Хедрок не
сразу пришел в себя, но, постепенно успокоившись, сказал:
- Нет, если я останусь на обед, я обречен. Императрица любит играть в
кошки-мышки и наверняка сообщит мне о приговоре во время трапезы. У меня
есть план, который целиком зависит от ее эмоционального восприятия. Он
основан на том предположении, что императрица сочтет необходимым
оправдаться.
Хедрок замолчал, хмуро взглянул на экран, затем продолжил:
- Хотелось бы подробнее узнать о ходе вашего обсуждения. Мне годится
любая помощь.
- Вам известно, Хедрок, - вступил в разговор член Совета Кендлон,
человек с мясистой физиономией, - ваше присутствие во дворце преследует
две цели. Первая - предупредить Торговый Дом оружейников о внезапном
нападении, которое представит опасность для всей нашей цивилизации, - и в
этом вопросе наше мнение едино. Вторая цель - это, конечно, выношенный
вами план по части установления постоянных контактов и взаимопонимания
между Торговым Домом оружейников и Имперским правительством.
Следовательно, ваша шпионская деятельность имеет второстепенное значение.
Любую не слишком важную информацию, полученную вами, можете оставить при
себе - нам она не нужна. Но прошу припомнить: не слышали ли вы какого-либо
намека, дающего основание предположить, что готовится нечто
катастрофическое?
Хедрок медленно покачал головой. Он вдруг почувствовал себя душевно
опустошенным и бессильным физически. Наконец, собравшись, заговорил
размеренно, подбирая слова, которые, казалось, шли откуда-то из ледяного
далека:
- Я вижу, господа, вы не пришли к какому-либо определенному решению, а
между тем едва ли станете отрицать, что хотели бы сохранить налаженные
мною связи. Кроме того, ничуть не сомневаюсь, вам не терпится узнать, что
же скрывает императрица. Ведь недаром вы упомянули о предложенном мною
плане. И в связи со всем этим я намерен остаться.
Они не очень-то торопились с согласием. При своеобычном, необузданном
характере императрицы, заметил один из членов Совета, любое необдуманное
слово Хедрока может привести к фатальному исходу. Они самым дотошным
образом пустились в обсуждение разных деталей. Дело заключалось в том, что
Хедрок первым в истории предал Торговый Дом оружейников и тем не менее
отказывал любопытной правительнице в какой-либо конкретной информации.
Незаурядная внешность, яркий ум, сильный характер Хедрока уже пленили ее.
Сколько же усилий пропадет даром, если сейчас, спешным порядком, выкрасть
его из дворца! Поэтому, рассуждал другой член Совета, если исключить тот
факт, будто против нас замышляют нечто злокозненное и слишком опасное,
следует полагать, что императрица решила испытать Хедрока, угрожая
смертью, дабы рассеять свои подозрения. Так что будьте предельно
осторожны! В крайнем случае выдайте ей секретные сведения о Торговом Доме
- поначалу самого общего характера, чтобы возбудить интерес к более
важным, более точным данным и...
Тут раздался звонок в дверь. Хедрок вздрогнул, нажал кнопку на пульте и
отключился, прервав разговор. Ясно сознавая, что позволил себе
разволноваться, он, умышленно не спеша, вынул из галстука обыкновенную
золотую булавку и склонился над столом. На нем лежал перстень, маленькая
блестящая вещица; покрытая орнаментом головка перстня в точности повторяла
экран большого информатора в углу комнаты, с той лишь существенной
разницей, что была вещественной, вполне осязаемой, а вся конструкция
приводилась в действие атомными силами при помощи совершенной
энергетической установки, заключенной в корпус перстня. Гораздо проще было
воспользоваться автоматическим рычажком, вделанным на всякий экстренный
случай, как сейчас, но Хедрок тянул время, дабы успокоиться.
Задача была довольно трудная, пожалуй, сравнимая с вдеванием нитки в
иголку. Три раза он не мог попасть в пазик - рука еле заметно дрожала. На
четвертый - удалось. Экран вспыхнул, словно лампочка лопнула, правда, не
оставив осколков и вообще никаких следов - все растворилось в воздухе. На
тумбочке в углу, где секунду назад располагался информатор, лежало лишь
одеяльце, используемое в качестве подстилки, чтобы не поцарапать
поверхность тумбочки. Хедрок швырнул его в спальню, затем постоял в
нерешительности, держа перстень на ладони. Наконец положил его в
металлическую коробочку, к трем другим кольцам, и нажал на кнопку, чтобы
все они исчезли, если кто-нибудь вздумает открыть коробочку. Когда он
размеренным шагом направился к двери, в которую настойчиво звонили, только
перстень-пистолет остался у него на пальце.
В высоком человеке, стоявшем в коридоре, Хедрок узнал одного из
дежурных офицеров императрицы. Тот кивнул и отчеканил:
- Капитан, ее величество просила сообщить, что обед уже подают. Будьте
любезны следовать за мной без промедлений.
В первое мгновение у Хедрока создалось впечатление, что над ним грубо
подшутили - императрица Иннельда уже начала свою щекочущую нервы игру. Не
могло так быстро наступить время обеда! Он взглянул на часы. На маленьком
циферблате было 12:35. Прошел час с тех пор, как из суровых, прекрасно
очерченных уст императрицы он услышал смертный приговор.
Фактически ему не оставили выбора - идти на обед или нет. Все решили за
него уже тогда, когда он сообщал Совету, будто располагает тремя часами.
Положение приобрело полную ясность, когда он шел мимо солдат, стоявших в
каждом коридоре на пути в императорскую столовую. Да, вот она реальность,
от которой никуда не денешься. Хедрок остановился на пороге огромного
зала, постоял немного, приходя в себя, и саркастически улыбнулся. Затем
спокойно, с легкой усмешкой на устах прошел между рядами столов с шумными
придворными и опустился на свое место в пяти креслах от императрицы,
сидевшей во главе трапезы.

2

Коктейль и суп уже были поданы. После активного обсуждения ситуации с
членами Совета, столь внезапно прерванного, Хедрок пребывал в некоторой
задумчивости и ждал, что будет дальше, разглядывал мужчин вокруг себя -
молодых, уверенных в себе, умных и преданных сторонников ее императорского
величества.
С острым чувством сожаления подумал о том, что сейчас все должно
кончиться. Шесть месяцев с немалым удовольствием провел он в этом
блестящем обществе. При виде этих надменных мужчин, наделенных огромной
властью, предающихся необузданным наслаждениям, он с грустью думал о своем
далеком прошлом. Улыбка, скорее смахивающая на гримасу, исказила его лицо.
Бессмертие, которым наделили Хедрока, порождало одну особенность, кстати,
постоянно прогрессирующую, - он все реже думал о самосохранении, играл с
огнем, подчас неоправданно рисковал, подвергая жизнь опасности. Он давно
знал, что непременно ввяжется в какую-нибудь передрягу, выйти из которой
вряд ли помогут его скрытые силы. Хотя теперь, как и прежде,
руководствовался лишь целью, отличной от той, в какой его подозревали.
Вдруг голос императрицы перекрыл шум разговоров и вывел его из
задумчивости:
- Где витают ваши мысли, капитан Хедрок?!
Хедрок медленно повернул к ней голову. Ему захотелось быстрым взглядом
сказать ей больше, чем он позволял себе до сих пор. Ибо, едва занял свое
место, сразу же почувствовал, как за ним наблюдают ее зеленоватые глаза.
Держалась она поразительно - само благородное спокойствие, полное
самообладание. Он еще раз отметил типичные для рода Айшеров черты лица:
высокие скулы, волевой подбородок. Последняя представительница выдающейся
династии, последняя из наделенных властью, но, вероятно, не последняя в
роду. Безграничная энергия, безудержные страсти пылали в ней. Совершенно
очевидно, прекрасная Иннельда, несмотря на сумасбродный характер, выстоит,
как и ее знаменитые предки, преодолев интриги, победив коррупцию, и
передаст власть наследнику, следующему Айшеру.
`Сейчас, воспользовавшись благоприятным моментом, самое правильное
задеть ее за живое`, - с возрастающей тревогой подумал Хедрок. И выпалил:
- Я вспомнил, Иннельда, о вашей бабушке, прелестной Ганил, златокудрой
императрице, которую семь раз лишали трона. Если бы не ваши темные волосы,
вы были бы точной ее копией в молодости.
Тень замешательства мелькнула в зеленоватых глазах. Императрица сжала
губы, затем приоткрыла их, как будто собираясь что-то сказать. Однако
Хедрок не стал ждать:
- В Торговом Доме оружейников есть ее полная иллюстрированная
биография. Вот я и подумал: как ни печально, но пройдут годы и от вас
останется только рассказ с картинками в какой-нибудь пыльной видеотеке.
Удар попал в цель. Хедрок знал, что императрице была невыносима мысль о
старости и смерти. Глаза ее гневно сверкнули, и в них, как это не раз
случалось прежде, он прочитал обуревавшие ее чувства.
- Уж вам-то, по крайней мере, - прерывающимся голосом изрекла
императрица, - не видать моего полного жизнеописания в картинках. Вам, мой
дорогой капитан, наверное, будет любопытно узнать, что ваша шпионская
деятельность разоблачена и сегодня вас повесят!
Ее слова потрясли Хедрока. Одно дело - предаваться досужим размышлениям
в тиши кабинета: дескать, ничего страшного нет, просто изощренная
проверка, ловкая попытка вытянуть из тебя кое-какие сведения, и совсем
другое - сидеть рядом с женщиной, которая может позволить себе быть
жестокой и безжалостной, каждый каприз которой беспрекословно
воспринимается преданным окружением, да еще слышать из ее уст свой
смертный приговор! Никакая логика не в силах противостоять тирану во
плоти, тут всякие размышления нереальны.
Вот и попробуй теперь вразумительно объяснить самому себе, как очутился
в столь незавидном положении. Ведь ничего не стоило спокойно выждать,
когда через два-три поколения в роду Айшеров появится самая обыкновенная
женщина, а не такой тиран. Впрочем, поздно предаваться пустым мечтаниям.
Хедрок сделал над собой усилие, расслабился и улыбнулся. В конце концов он
вынудил ее объявить приговор гораздо раньше, чем она хотела. Хоть и
скверная, но все-таки психологическая победа. Н-да, еще несколько таких
побед, и нервное потрясение ему обеспечено.
Люди в огромной столовой еще разговаривали, только не за императорским,
а за дальними столами. Внимание Хедрока сосредоточилось на ближайшем
окружении. Одни не сводили глаз с императрицы, другие - с него. И почти
все пребывали в одинаковом замешательстве. Как видно, не могли разобрать,
то ли это плохая шутка, то ли очередная драма, которые императрица время
от времени разыгрывала, кажется, с единственной целью - испортить людям
аппетит. Мысли Хедрока были сконцентрированы на важности момента, ибо
приближенные вслушивались в их разговор и он надеялся, что их участие
спасет ему жизнь.
Императрица первая нарушила молчание:
- Плачу пенни за ваши последние мысли, капитан, - произнесла она мягко
и язвительно.
Хлестко подковырнула. Хедрок проглотил насмешку.
- Я не отказываюсь от своих слов: вы очень похожи на очаровательную,
темпераментную Ганил. Правда, с той лишь разницей, что она в свои
шестнадцать лет не спала со змеей!..
- Что такое? - изумился один из придворных. - Иннельда спала со змеей?
Надеюсь, вы выразились иносказательно? Однако смотрите-ка - она краснеет!
И действительно. Взгляд Хедрока не без удивления задержался на
вспыхнувших румянцем щечках. Он не ожидал такой сильной реакции.
Несомненно, сейчас произойдет яростный взрыв. Впрочем, он не повергнет в
смущение самоуверенных молодых людей за императорским столом,
выдвинувшихся по непременным для всех качеством - выдающихся личностей и
подхалимов одновременно.
- А ну-ка, Хедрок, - сказал усатый принц дель Куртин, - не утаивайте от
нас такую пикантную подробность. Я полагаю, она тоже извлечена из
иллюстрированного досье Торгового Дома оружейников.
Хедрок молчал. Казалось, улыбнувшись кузену императрицы, он подтвердил
свои слова, хотя на самом деле едва видел принца краешком глаз. Его
внимание было сконцентрировано сейчас на единственно важном для него
человеке. Императрица Айшер медленно наливалась гневом. Она тяжело
поднялась.
- Вы, капитан, поступили весьма умно, - мрачно заметила она, - повернув
разговор таким образом. Но смею заверить, пользы это вам не принесет. Ваша
быстрая реакция лишь подтверждает то, что вы знали о моем намерении. Вы
шпион, и мы делаем соответствующий вывод.
Глаза ее грозно сверкали, но в голосе почти не улавливались злобные
нотки, на что и надеялся Хедрок.
- Ну что вы, Иннельда, - вступился кто-то из приближенных. - Неужели вы
собираетесь отделаться бездоказательной констатацией шпионской
деятельности капитана?
- Берегитесь, господин ходатай, - вспылила она, - не то составите
компанию Хедроку!
Мужчины за столом обменивались многозначительными взглядами. Некоторые
неодобрительно качали головами, а затем все разом, как по команде,
заговорили друг с другом, не обращая внимания на императрицу.
Хедрок ждал. Случилось то, на что он очень и очень рассчитывал, однако
он почему-то не испытывал чувства удовлетворения. Бывало, демонстративное
пренебрежение мужчин, чьим обществом правительница дорожила, производило
на нее немалое эмоциональное воздействие. С момента появления здесь Хедрок
дважды был тому свидетелем. Но, кажется, на этот раз дело обстояло
несколько иначе. Да, именно так, убедился он, когда увидел кривую усмешку
на устах императрицы.
- Весьма сожалею, джентльмены, но у вас сложилось неверное
представление. Прошу извинить меня за резкие слова, которые, кажется, дали
вам основание думать, будто мое решение относительно капитана Хедрока
носит сугубо личный характер. Нет, просто меня крайне обеспокоило
открытие, что он шпион.
Ее слова произвели впечатление. Они прозвучали достаточно убедительно,
и мужчины, молча выслушав ее, больше не вступали в разговоры между собой.
Хедрок сидел, откинувшись в кресле, и с каждой секундой все больше
осознавал свое поражение. Он склонялся к мысли, что побудительной причиной
для вынесения приговора явился не шпионаж, а нечто другое, весьма и весьма
серьезное, пока еще недоступное его пониманию.
Необходимо было предпринять нечто чрезвычайное.
И он погрузился в раздумья. Длинный стол под белой гладкой, как атлас,
скатертью, два десятка мужчин, сидевших за ним, отошли на задний план,
уступив место лихорадочным поискам выхода. Дабы круто изменить
наметившийся ход событий, нужно выкинуть что-то сногсшибательное. Но тут
до него дошло, что уже какое-то время говорил принц дель Куртин:
- ...Нельзя же голословно обвинять человека в шпионаже и полагать, что
мы сразу поверим. Мы знаем - когда вам очень нужно, вы можете быть самой
изобретательной выдумщицей на всем белом свете. Если бы я предвидел, что
случится нечто подобное, непременно пришел бы сегодня утром на заседание
кабинета. Вы готовы, Иннельда, представить хоть какие-нибудь
доказательства?
Хедрок заерзал в кресле. Ближнее окружение императрицы в основном
одобрило приговор, по сути, даже не дав себе труда задуматься над его
мотивами и обоснованием. Следовательно, чем скорее эти люди перестанут
болтать, тем лучше. Но тем большую осторожность необходимо проявлять ему.
И повернуть дело так, чтобы императрица пошла на попятную. В какой именно
форме - не имеет значения.
Когда императрица заговорила, голос у нее был мрачноватый и
напряженный, хотя она пыталась сдерживать себя:
- Весьма сожалею, но прошу вас поверить мне на слово. Возникло весьма
серьезное положение. Оно было единственным предметом обсуждения на
сегодняшнем заседании кабинета. Уверяю вас: решение о казни капитана
Хедрока принято единогласно, хотя лично я огорчена тем, что возникла столь
печальная необходимость.
- Иннельда, я был лучшего мнения о вашем интеллекте, - заметил Хедрок.
- Уж не думаете ли вы, будто я разузнал об очередном злокозненном выпаде
против Торгового Дома оружейников, кстати, явно бессмысленном, совершенно
бесполезном, и теперь вознамерился сообщить им об этом пустяке?
Правительница обожгла его взглядом.
- Я вовсе не собираюсь раскрывать все наши карты, - чеканила она,
словно била молотом по наковальне. - Не знаю, какие средства связи вы
используете для контакта с вашим начальством, но мне известно, что они
существуют. Мои физики постоянно регистрируют на своих приборах мощные
волны дальней связи.
- Исходящие из моей комнаты? - мягко спросил Хедрок.
Она взглянула на него в упор, сердито кривя губы. В ее словах не было
полной уверенности:
- Вы не посмели бы прийти сюда, если бы все было столь очевидно. И
довожу до вашего сведения, сэр, что не намерена вступать в пререкания.
- Хотя даже не представляете себе, о чем идет речь, - молвил Хедрок так
спокойно, как только мог. - Я сказал все необходимое, дабы доказать свою
невиновность, когда открыл никому не известный здесь факт, и могу
повторить: в возрасте шестнадцати лет вы одну ночь провели в постели с
живой змеей.
- Вот-вот! - воскликнула императрица. Она задрожала от восторга. -
Начинаются признания. Итак, вы предполагали, что придется защищаться, и
приготовили неотразимую реплику.
Хедрок пожал плечами:
- Против меня что-то готовилось. В течение последней недели мою
квартиру обыскивали каждый день. Меня принуждали выслушивать скучнейшие
монологи увешанных орденами болванов из Военного министерства. Я оказался
бы круглым дураком, если бы не просчитал все возможные варианты.
- Никак не возьму в толк, - вступил в разговор один молодой человек, -
при чем тут змея? Каким образом ваша осведомленность о ней доказывает вашу
невиновность?
- Не будьте таким ослом, Мэддерн, - заметил принц дель Куртин. - Все
очень просто. Торговый Дом оружейников знал интимные подробности жизни
дворца Иннельды задолго до того, как здесь появился Хедрок. То есть
система шпионажа существует давно и более опасна, более изощренна, чем мы
предполагали раньше. Следовательно, обвинение против капитана Хедрока
состоит в том, что он, видимо, по беспечности не рассказал нам о ней
своевременно.
В голове Хедрока вертелось: еще не пора, еще не пора. Очень скоро и
весьма неожиданно может случиться нечто непредвиденное, и тогда он должен
будет действовать быстро, решительно, точно определив время удара. Вслух
он произнес ровным голосом:
- О чем вы беспокоитесь? За последние триста лет у Торгового Дома
оружейников не было ни малейшего намерения свергнуть имперское
правительство. Я знаю абсолютно точно, что луч-информатор используется с
огромной осторожностью. Он никогда не применялся ночью, за исключением
того случая, когда ее величество приказала изъять из зоопарка змею. Две
женщины-ученые, в ведении которых находится приемная установка, продолжали
наблюдение из собственного любопытства. Конечно, такой неординарный эпизод
был занесен в досье. Может быть, вам небезынтересно узнать, ваше
величество, что по этому поводу было написано два психологических
сочинения, в том числе нашим величайшим роботом Эдвардом Гонишем.
Краем глаза Хедрок видел, как стройное, гибкое тело женщины подалось
вперед, губы чуть приоткрылись, глаза распахнулись с неподдельным
интересом.
- Что же он там насочинял про меня? - произнесла она очень тихо.
Казалось, она вкладывает в слова все свое существо. Потрясенный Хедрок
понял, что его час наступил. Вот теперь, подумал он, теперь!
Его била дрожь. Он ничего не мог поделать с собой, впрочем, ему было
все равно. Приговоренный к смерти, конечно, должен испытывать сильное
волнение, в противном случае он не человек и недостоин сострадания. Его
голос, перекрыв шум разговоров за дальними столами, звучал неистово и
страстно. Правда, в этом не было особой нужды - женщина и без того впилась
в него широко открытыми глазами. Полуребенок, полугений, она всем своим
сильно чувствующим, эмоциональным существом жаждала чего-то
необыкновенного.
- Должно быть, все мы безумны, - проговорил Хедрок. - Вы постоянно
недооцениваете Торговый Дом оружейников и их бурно развивающиеся научные
исследования. Мысль, будто я прибыл сюда как шпион, будто интересуюсь
какой-то пустяковой тайной правительства, совершенно абсурдна. Мое
присутствие имеет одну лишь цель, и императрица прекрасно осведомлена о
ней. Если ее величество покончит со мной, она умышленно убьет в себе то
хорошее, то выдающееся, что в ней есть. Хотя, насколько могу судить,
представители рода Айшеров в самый последний момент избегали
самоубийственных действий.
Нахмурившись, императрица приняла обычную позу, откинувшись в кресле.
- То, что вы сказали о своей цели, свидетельствует лишь о вашей
ловкости, - заметила она.
Хедрока прервали, но не смутили, он не собирался уступать инициативу.
- Очевидно, вы забыли историю, - с жаром продолжал он, - или утратили
реальный взгляд на вещи. Оружейные заводы были основаны несколько
тысячелетий назад человеком, считавшим, что бесконечная борьба разных
группировок за власть - безумие и что гражданские войны, как и все другие,
должны быть навсегда прекращены. В те годы только-только отгремела война,
в которой погибло более миллиарда человек. И он, первооснователь заводов,
обрел тысячи сторонников, решивших идти с ним до конца. Его идея была
проста: никакое действующее правительство не будет свергнуто. Но вместе с
тем учреждается организация, единственная цель которой - дать гарантии,
что правительство никогда не станет обладать всей полнотой власти над
своим народом.
Хедрок перевел дух:
- Всякий человек, считавший себя несправедливо обиженным, получил
полное моральное право покупать оружие для самозащиты. Это стало
возможным, когда изобрели электронную и атомную систему контроля,
позволившую возвести неподдающиеся разрушению заводы и производить
исключительно оборонительное оружие. Гангстеры и прочие преступники уже не
могли им воспользоваться для нападения.
Сначала люди думали, что Торговый Дом оружейников представляет собой
нечто вроде завуалированной антиправительственной организации, которая
станет защищать их интересы. Но время шло, а Торговый Дом не вмешивался в
дела Айшеров. Защищать собственную жизнь и достоинство было делом каждого
человека или группы лиц. Предполагалось, что люди сами научатся постоять
за себя, а власть имущие, обычно стремящиеся закабалить их, будут
вынуждены сознательно сдерживать эти свои порывы. И таким образом между
теми и другими возникнет более или менее устойчивое равновесие.
Однако оказалось необходимым предпринять еще один шаг, на сей раз для
защиты не от правительства, а от не в меру алчного частного
предпринимательства. Пути развития цивилизации настолько усложнились, что
простые смертные не могли противостоять агрессивным бизнесменам,
пускавшимся во все тяжкие ради сверхприбылей.
Хедрок заметил, как встревожилась императрица. Ее нельзя было
заподозрить в любви к Торговому Дому оружейников, да он и не собирался
изменить ее отношение к ним. Его цель состояла в том, чтобы довести до
сознания окружающих абсурдность ее подозрений. И он перешел к главному.
- Во дворце не совсем ясно представляют, что Торговый Дом оружейников в
силу своих потрясающих научных достижений могущественнее правительства.
Конечно, оружейники понимают, что народ может не поддержать их, если они,
пренебрегая здравым смыслом, свергнут императрицу и тем самым подорвут
стабильность отношений - основу сосуществования. _Тем не менее их
превосходство несомненно_. Уже по одному этому обвинения императрицы в мой
адрес беспочвенны, и их мотивы, как видно, совершенно иные.
Хедрок почувствовал, что драматизм нарастает, и замолчал. Главное он
сказал, атмосферу накалил, теперь требовалась разрядка, и они ее получат,
только в несколько неожиданном виде.
- Чтобы вы уяснили всю значительность научных достижений оружейников,
хочу сообщить, что Торговый Дом обладает удивительно тонким аппаратом,
который может предсказать кончину человека. Шесть месяцев назад, незадолго
до прибытия во дворец, ради собственной забавы я получил сведения о том,
когда умрет каждый член имперского кабинета и многие здесь присутствующие.
Теперь они были у него в руках. Сидели как завороженные, впившись в
него лихорадочными глазами. Но он не позволил себе упустить инициативу. С
усилием поклонился чуть побледневшей правительнице и торопливо продолжил:
- Счастлив объявить, ваше величество, что вам предстоит долгая,
неизменно благополучная жизнь. К сожалению, - в его голосе послышались
печальные нотки, - здесь присутствует джентльмен, которому судьба
предопределила умереть сегодня... и даже в этот час.
Он не стал упиваться произведенным эффектом. Нельзя было терять ни
секунды. Того и гляди, его обман откроется и все пойдет прахом.
- Генерал Грэлл! - громко сказал он, повернувшись к столу, за которым
сидели военные.
- При чем тут я? - с опаской спросил генерал, которого обязали
исполнить приговор.
Хедрок успел отметить, что в зале установилась томительная тишина.
Сознавая, что все внимание сосредоточилось на нем, Хедрок набрал полные
легкие воздуха, напряг диафрагму и звонко выкрикнул:
- Генерал Грэлл, если вам суждено умереть, то от чего бы это? Вы
больны?
Человек с массивным подбородком медленно встал из-за стола.
- Я чувствую себя прекрасно, - прорычал он. - О чем речь, черт бы вас
побрал!
- Сердце не беспокоит? - настаивал Хедрок.
- Нисколько.
Хедрок отбросил кресло и вскочил на ноги. Он пошел ва-банк, и любая
ошибка стоила бы ему слишком дорого.
Резким движением он вскинул руку и неучтиво наставил на генерала палец.
- Вы генерал Листер Грэлл, не правда ли?
- Вот именно, капитан Хедрок. Но я крайне возмущен вашей выходкой...
- Генерал, - оборвал его Хедрок, - а я с крайним сожалением должен
сообщить, что, по имеющимся данным, сегодня, ровно в 13:15, вы умрете от
сердечной недостаточности. Вот в эту минуту, в эту секунду!..
Тут уж медлить было нельзя. Хедрок согнул палец с перстнем, и у него
возникло ощущение, как будто в той руке, что указывала на генерала,
невесть откуда возник пистолет, конечно, невидимый со стороны.
Это было не массовое изделие, продающееся в обычном магазине, а скорее
творение волшебника - специальный анлимитед - оружие безотказное, не
требующее перезарядки. Его никто не держал в руках, оно никогда не
демонстрировалось на выставках и было рассчитано на применение в сугубо
экстремальных ситуациях. Будучи нацелено на пульсирующую ткань,
недоступное человеческому глазу, оно прерывало пульсацию.
Что и произошло - мышцы сердца генерала Грэлла, словно зажатые в тиски,
были парализованы.
Хедрок разжал руку. Пистолет дематериализовался.
Что тут началось! Все всполошились, началась общая паника. Хедрок
подошел к императрице и склонился перед ней. Она выглядела абсолютно, даже
как бы сверхъестественно спокойной, и Хедрок не мог подавить в себе волну
восхищения. Она могла быть эмоциональной женщиной, но в критические
моменты, когда требовалось принять жизненно важные решения, проявляла
необычайную твердость характера, унаследованную от Айшеров. Он заглянул в
невозмутимую зелень ее глаз, вдруг вспыхнувших, как ему показалось,
изумрудными огоньками, и преисполнился надеждой на ее совершеннейшее
здравомыслие.
- Наверное, вы сами понимаете, - сказала она, - что косвенно во всем
признались, убрав генерала Грэлла.
Он не стал ничего отрицать пред ликом божественного существа, в которое
она превратилась в эти мгновения, показавшиеся ему столь долгими.
- Мне сообщили о смертном приговоре, - вымолвил он, - и о том, кто
приведет его в исполнение.
- Значит, вы признаетесь?
- Я соглашусь со всем, что бы вы ни сказали, коль скоро вы осознаете,
что я стою на страже ваших интересов.
Она взглянула на него с недоверием.
- Человек, выступающий с позиций Торгового Дома оружейников -
организации, постоянно борющейся против меня, говорит о моих интересах?
- Я не являюсь, - тщательно подбирал слова Хедрок, - никогда не был и
никогда не буду человеком, выступающим с позиций Торгового Дома
оружейников.
На лице ее выразилось удивление.
- Я почти верю этому, - кивнула она. - В вас есть что-то странное - я
должна понять, что именно...
- Я когда-нибудь вам расскажу. Обещаю.
- А вы, кажется, уверены в том, что я не отдам приказа о вашем
повешении какому-нибудь другому офицеру.
- Я уже говорил: Айшеры не доводят себя до самоубийства.
- Вы все о том же... Какое невероятное самомнение! Ну да бог с вами.
Дарую вам жизнь, но в данный момент вы должны покинуть дворец. Вам не
удалось убедить меня, будто всемогущий луч-информатор все еще действует.
- Неужели?
- Когда мне было шестнадцать лет, возможно, у вас имелось такое
средство шпионажа и вы подглядывали за нашей жизнью, но сейчас весь дворец
огражден защитными экранами. Через них проникают только волны двусторонней
связи. Другими словами, должно быть передающее устройство внутри и
приемное устройство снаружи.
- Вы очень умны, - ответил Хедрок.
- Что же касается возможности заглядывать в будущее, - продолжала
императрица, - да будет вам известно, о путешествии во времени вне всяких
пределов мы знаем столько же, сколько Торговый Дом оружейников.
Перемещение туда и обратно ни для кого не секрет, хотя оно и не приводит
ни к чему хорошему. Ну да ладно. Я хочу, чтобы вы покинули нас на два
месяца. Возможно, я вызову вас раньше. Кстати, передадите Высшему Совету
Торгового Дома следующее сообщение: то, что я делаю, не представляет
никакой опасности для оружейников. Клянусь честью!
Хедрок долго не спускал с нее глаз. Наконец мягко сказал:
- Я представлю подробнейшее сообщение. Не имею ни малейшего понятия о
том, что вы делаете сейчас или собираетесь делать в дальнейшем, но одна
ваша черта привлекла мое внимание. В крупных шагах политического или
экономического плана, которые мне довелось наблюдать за последнее время,
вы придерживались консервативных установок. Откажитесь от них. Грядут
перемены. Пусть они наступают. Не противодействуйте, а направляйте их,
руководите ими. Поднимите еще выше престиж знаменитого рода Айшеров.
- Благодарю за совет, - произнесла она сухо.
Хедрок поклонился.
- Буду с нетерпением ждать весточки через два месяца, - сказал он. - До
свидания.
Гул возобновившихся разговоров нарастал за спиной, когда Хедрок дошел
до богато украшенных дверей в дальнем конце зала. В коридоре, где его
никто уже не видел, убыстрил шаг. Вошел в лифт, нажал кнопку с
обозначением `крыша`. Подъем был долгий, и он занервничал. В любую минуту,
в любую секунду настроение императрицы могло измениться.
Лифт остановился, створки раскрылись. Он вышел и только тогда увидел
большую группу мужчин. Они двинулись навстречу двумя шеренгами, охватывая
его справа и слева. Они были в штатском, хотя не составляло труда
определить в них полицейских.
В следующее мгновение один из них сказал:
- Капитан Хедрок, вы арестованы.

3

Хедрок стоял на крыше дворца в окружении двух десятков людей и
недоумевал, как это он, баловень судьбы, которому всегда сопутствовала
удача, угодил в ловушку. Оказать сопротивление? Слишком уж много тут
молодцов, пожалуй, сумеют пресечь любые его поползновения. Но и сдаваться
он не намерен. Императрица, отдавая приказ о его задержании, должна была
понимать: в подобной ситуации у него нет другого выхода, кроме как пойти
на крайние меры, используя все имеющиеся средства защиты. Пора состязания
умов, уязвленного самолюбия и реверансов миновала!
- Что вам нужно?! - взорвал тишину его громовой голос.
В былые годы не раз бывали случаи, когда густой баритон Хедрока, при
всей мощи походивший на оглушительный рев, парализовал волю людей гораздо
более солидных, чем те, что стояли вокруг него на крыше. Увы, сейчас этого
не произошло.
Хедрок смутился. Выходит, зря напряг мышцы, готовясь пронестись сквозь
строй остолбеневших простофиль, дабы преодолеть какие-нибудь двадцать пять
футов. Ему мучительно было видеть почти рядом серебристый автоплан, еще
мгновение назад казавшийся столь достижимым. Пробираться силой? С одним
пистолетом против двадцати? Конечно, его анлимитед не чета тем, что
продаются в оружейных магазинах. С восемью человеками в полукруге он
быстро справился бы, а с остальными? К тому же, вероятно, запасшимися
бластерами - оружием тоже нешуточным...
Крепко сбитый молодой человек, тот самый, что произнес: `Вы
арестованы`, прервал невеселые думы Хедрока:
- Не предпринимайте опрометчивых действий, мистер оружейник Джоунз, -
отчеканил он. - Советую держаться спокойно!
- Джоунз!.. - невольно повторил Хедрок. Когда неожиданное изумление
прошло, он почувствовал себя значительно увереннее. Казалось, совершилось
невозможное - появился шанс на спасение. Он быстро овладел собой и
оценивающе, но без тревоги обвел взглядом стоявших поодаль стражников,
которые совершенно безучастно наблюдали за происходящим: на их лицах не
было ни тени подозрения. Хедрок вздохнул с облегчением и сказал:
- Я подчиняюсь.
Люди в штатском взяли его в кольцо и повели к автоплану. Едва они вошли
в салон, аппарат взмыл в небо. Хедрок опустился в кресло рядом с молодым
человеком, назвавшим пароль, но заговорить смог не сразу.
- Очень смело сработано, - сказал он дружелюбно, - дерзко и эффектно.
Хотя, признаюсь, вы заставили меня поволноваться.
Хедрок засмеялся, восстановив в памяти недавний инцидент на крыше
дворца, хотел еще что-то сказать, но осекся - молодой человек, сидевший

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ



Док. 133766
Опублик.: 20.12.01
Число обращений: 0


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``