Экс-депутат рады рассказал о последствиях блокады Крыма для Украины
ЗОНА Назад
ЗОНА

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIP НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Эндрю НОРТОН

НОЧЬ МАСОК


1

День выдался на редкость унылый. Земля, небо, здания - все было
окрашено в одни и те же серые безрадостные тона. Ник Колгерн стоял,
притулившись под нависающей аркой, спасаясь от дождя. Холодный, мелкий,
наполняющий воздух хлюпаньем и шуршанием, он был под стать гнетущим
мыслям, никак не покидающим его головы. Глаза Ника глядели в пустоту,
тонкие пальцы машинально теребили и поглаживали перед выцветшей, свисающей
с худых плеч куртки. Он дрожал от сырости и холода, но по-прежнему не
делал ни единого шага к близкой двери. Слишком хорошо знал он, что ожидает
его за этой дверью. Тот же серый цвет, только еще более тусклый,
прогнившие нары и множественное дыхание людей.
Большие бараки Диппла... Особая зона для бродяг и отребья. Все, чем
мог бы похвастаться обитатель здешних мест, - это право на угол, угол,
который нужно было постоянно отбивать и отстаивать. На большее здесь не
рассчитывали.
Правая ладонь Ника прикрывала нижнюю часть лица - привычка, которую
он давно уже не замечал. Зыбкая защита от чужих взглядов, чужих кулаков.
Он прятал то, что располагалось ниже его больших голубовато-зеленых глаз.
Заметив людей, входивших во двор, он теснее прижался к стене. Они прошли,
хлопнув дверью, не обратив на него никакого внимания.
Моук Варн и Брин Ник. В мире Диппла их по праву считали важными
персонами. По праву... Ник поискал более подходящее слово, но не нашел.
Само собой, все его определения там, за воротами Диппла, не стоили и
ломаного гроша. Важными персонами Моук и Брин были только здесь, внутри
этих почерневших от сырости стен. Но это были границы его мира, и Ник
безропотно принимал Диппл со всеми его законами и оценками в отношении
других и в отношении самого себя. И если уж он слыл в этом мире
неудачником, то, видимо, так оно и было, а не то, чтобы Моуку или кому-то
другому взбрело в голову называть его так.
Впрочем, когда-то не существовало Диппла, не ведали ужасов
космической войны. Когда-то, когда-то... Это было то далекое время, когда
маленький мальчик был кем-то другим, совсем другим... Глаза Ника
потемнели. Он неотрывно смотрел на косую сетку дождя и продолжал
вспоминать. Все началось с войной. Да, именно тогда разразившиеся беды
обдирающей в кровь метлой взмутили и подняли на поверхность все самое
грязное и никчемное, небрежно и грубовато смели в смердящую кучу. Это и
стало Дипплом - своим на каждой планете, месте, где было позволено
догнивать в забытьи и нищете, где речь даже не заходила о людях. Они
являли собой мертвое статистическое число, сноску в малочитаемой
литературе, факт, о котором в свободном мире старались всячески забыть.
Война практически завершилась, но равнодушные с ненавистью, порожденные
ею, продолжали жить. Они укрылись под глянцевые красочные слои, научились
улыбаться, но при всем том не забывали напоминать о себе. Напоминать
ежедневно...
Пальцы Ника плотно прижались к лицу. Загрубевшие шрамы, морщины...
Давным-давно лицо его покрывала маска, что была страшнее всяких кошмаров,
и которую никогда уже ему не придется снять. Десять лет прошло с тех пор,
как грузовой корабль попытался спасти маленькую колонию, волею судьбы
оказавшуюся в пограничной зоне, контролируемой врагом. Неудачливого
спасателя зацепили слепым залпом, заставив рухнуть на бесплодную планету.
Ник до сих пор недоумевал, что же позволило ему выжить, уцелеть в той
беде. Как ребенок с разодранным обожженным лицом продолжал жить рядом с
умирающим? Он продержался до того самого момента, когда, казалось бы
ниоткуда, пришло спасение: люди в космической броне, нечаянно заглянувшие
в отсек изувеченного корабля, где съежившимся комком Ник продолжал свою
маленькую борьбу между жизнью и смертью. Он помнил тот их приход,
окутанный хаосом впечатлений, затуманенный бредом и болью. И еще был
страх. Страх перед неизвестностью, не отпускавший его ни на минуту. Именно
тогда в его жизнь и вошел Диппл. Здесь же, на Корваре. Сначала больница, а
позднее бараки. Тот самый Диппл, в котором ни на мгновение он не
расставался с тоской, с отчаянным чувством одиночества.
Впрочем, иногда он мечтал - да! Он грезил о стране под другим небом и
другим солнцем, более теплом и иного цвета. Но было ли это воспоминанием
или только сном? Память хранила лишь разрозненные обрывки блеклой,
потянувшейся с момента аварии череды дней. С тем лучезарным миром его
связывал разве что именной диск, что нашли на его теле явившиеся на
корабль люди. Ник Колгерн, имя, состоящее из стандартных символов, ровным
счетом ничего не говорившее властям. На первых порах ему пытались задавать
вопросы о его прошлом, но очень скоро прекратили, убедившись в полной его
беспомощности. Кроме того, людей отталкивала его внешность. Обезображенное
лицо не располагало к дружеским беседам, и, в конце концов, случилось то,
что и должно было случиться: Ник превратился в отшельника, единственным
развлечением которого стало чтение. Для книг и летописей не имел никакого
значения тот факт, что Ник походил на человека лишь от уровня глаз до
макушки головы, скрытой под копной жестких, как проволока, волос, цветом
напоминающих черный янтарь. Он научился уходить в мир фантазий, заставляя
трудиться собственное воображение. Он погружался в сладостные галлюцинации
столь глубоко, что временами ему начинало казаться, что это и есть его
настоящая жизнь. Диппл с его переполненными людьми бараками черным
пугающим силуэтом уплывал в далекую мглу. На робкие уколы разума,
пытавшегося вернуть его на землю, Ник не обращал внимания. Маленький мир
грез был единственным из всего его небогатого имущества, что он
по-настоящему ценил. Именно этот мир выгнал его под дождь. Он желал
поскорее окунуться в грезы, хоть на короткое время забыть о бараках и
сером унынии. Оттолкнувшись от стены, Ник побежал к темнеющей громаде
склада. Скучающая в дверях охрана не заметила его. За все эти долгие годы
Ник успел превратиться в первоклассного специалиста по части конспирации.
Пригибаясь и стараясь ступать бесшумно, в несколько секунд он достиг
обычного своего укрытия. Крохотное отверстие между ящиками и полусгнившими
досками, в которое едва мог протиснуться взрослый человек. Вытянувшись на
расстеленном куске материи, Ник замер. Барабанная дробь дождя доносилась
теперь приглушенно и действовала успокаивающе. Забыв о неудобстве, готовый
вот-вот погрузиться в сон, Ник покорно закрыл глаза.
- ...должно быть, ты прав. Я поторопился...
Слова эти совершенно не вписывались в ту фантазию, что начинала уже
обволакивать Ника. Они вызвали у него легкое раздражение. Их можно было бы
пропустить мимо ушей, но что-то в голосе говорившего заставило Ника
открыть глаза и прислушаться.
- Нельзя действовать, пока мы не будем абсолютно уверены.
- Да, но пока мы здесь рассиживаем и дожидаемся взлета, дело может
принять действительно неважный оборот.
Ник перевернулся со спины на живот и начал как червь продвигаться по
своему затемненному тоннелю к крайним ящикам. Он хотел рассмотреть
беседующих. Добравшись наконец до ящиков, он приподнял голову. Глаза его
уперлись во мрак. Разговор, который он услышал, наверняка носил
конфиденциальный характер. Диппл был переполнен тайнами, и далеко не в
первый раз Ник получал возможность прикоснуться к одной из них. И он
прекрасно сознавал, что подобная осведомленность может оказаться чреватой
для него.
- Повторяю, мы можем упустить свой шанс! Время идет, и слишком
большая роскошь распыляться в этом деле. Это, надеюсь, вы понимаете?
Стовар! Ник видел внизу две фигуры, немногим отличающиеся от теней,
но этот голос он знал. Здесь, на Диппле, Стовар был одним из тех, кого
называли крупным хищником. По крайней мере, ни Моук, ни Брин не шли ни в
какое сравнение с ним. Стовар ворочал делами, о которых они и не
подозревали. До Ника доходили слухи, что он принадлежал к Воровской
Гильдии, а для того, чтобы попасть в Гильдию, нужны были огромные
средства. Обладая связями, как поговаривали, охватывающими половину
Корвара, он не гнушался и торговлей краденым, всегда мог снабдить партией
наркотиков.
Ника трясло. Подслушать даже самую малость из сказанного Стоваром -
могло означать верную смерть. Вцепившись в ящик, возле которого он лежал,
стараясь унять взволнованное дыхание, Ник не осмеливался пошевелиться. Ему
страшно было подумать о том, что будет с ним, если Стовар и его приятели
поймут, что они не одни.
- Ладно, выбора нет, - человек, стоявший возле Стовара, говорил
неторопливо и спокойно. - Но меня смущает то, что мы принимались за это
дело уже дважды, и дважды оно обходилось нам в кругленькую сумму. И если
мы снова направимся к Маргану, он обязательно поднимет цену. Не такой уж
он осел, чтобы не понимать своей выгоды.
- Мы можем прижать Маргана.
- Хотел бы я знать, кому от этого не поздоровится. Стоит его
припугнуть, и можете смело попрощаться с Бретреном. Готовы ли вы к этому?
Марган наш человек и он необходим нам. Кроме того, в своем деле он
незаменим. Так что не стоит хитрить, Бретрен вступится за него, какой бы
фокус мы не выкинули.
Бретрен! Только сейчас мозг Ника окончательно очистился от полусонных
фантазий. Стовар, вероятно, пытался связаться с Бретреном - космической
секцией Воровской Гильдии, что занималась сбором добычи в далеких
пограничных мирах. О чем это ему говорило? Только об одном: сделка, на
которую намекали говорящие, должна была быть очень крупной. Стовар
возглавлял уголовный мир Диппла, но среди членов Гильдии он был наверняка
лишь невзрачной пешкой, которой действительные властелины бросали лишь
малые крохи со своего стола.
- Похвально! Но кое в чем наш друг безусловно прав. У нас совершенно
нет времени.
Там внизу находился третий! Ник попытался уловить его тень, но не
смог. Незнакомец стоял вне поля его зрения. Узнать Стовара Нику было
несложно. С кажущимся безразличием к уродству Ника тот время от времени
снабжал его мелкими поручениями, что было для Ника, пожалуй, единственным
способом заработать на покупку книг...
- Согласен. Но третья попытка Маргана будет действительно выглядеть
подозрительно. У нас могут быть неприятности.
- Серьезное предостережение, - отозвался невидимый третий. - Кажется,
вы упоминали о том, что мы располагаем пятью днями? Это, в самом деле,
так?
- Пять дней. А затем придется выжидать три планетных месяца, прежде
чем совершить новую попытку.
- Пусть так. Мы подождем.
- Но... - Стовар попробовал возразить, но его перебили.
- Подумай! Разработать весь план, найти нужного человека - и все это
за пять дней? Это невозможно! Когда-то я пытался выполнить нечто подобное,
но вовремя сообразил, что забрать все с Корвара и добраться до звезд - это
еще не все. Нужна длительная подготовка, и мы должны выждать эти три
месяца.
- Но не забывайте, - подал голос Стовар, - мы ведь уже убедились, что
Инэд успел предпринять кое-какие шаги против нас. Поэтому я считаю, что
надежнее выполнить прямой бросок.
- Что совершенно невозможно, - холодно возразил его приятель. -
Уровень безопасности не слишком-то высок. Я имею в виду установку,
разработанную Геригарцем. Никакой иной техникой мы попросту не
располагаем. И разве не вы сами настаивали еще совсем недавно на
необходимости соблюдать осторожность?
- Разумеется, осторожность прежде всего. Но каждая новая отсрочка -
это еще один шанс Инэду, чтобы вычислить нас.
Из темноты донесся тихий смех.
- Похоже, забрели в тупик, а, Стовар?.. А я, признаться, все-таки
верю в свою звезду. Мы либо осуществим задуманное, либо...
- Поставим на всем крест! Некоторые детали операции до сих пор
неосуществимы. Это самая дрянная ракета, которую я когда-нибудь видел!
- Похоже, ваш командир не совсем согласен со вами, Боувэй? Если
желаете, вы всегда можете выйти из игры.
В ответ послышалось ворчание. Ник с напряжением прислушался. Что-то
настораживало его в голосе третьего. Произношение было правильным, тон
властным, но отчего-то Ник все больше склонялся к тому, что человек этот
не принадлежал Дипплу. Обитатели бараков догадывались, что Гильдия имеет
своего человека в Планетной Службе среди руководства порта. Могло
оказаться и так, что человек этот был одним из этих троих.
- М-да... Три месяца, - пробормотал Стовар. На этот раз в его голосе
слышалась нотка покорности. - А что будет, если по истечении трех месяцев
мы так и не найдем нужного человека?
- Мы постараемся его найти. Во всяком случае, если верить прогнозу
ФС, мы отыщем его.
Кто-то из собеседников скептически хмыкнул.
- Тогда почему бы вашей ФС не подсказать, где его искать? Может быть,
этот человек даже не на Корваре. Вы думали об этом?
- Скорее всего, он все-таки здесь. Оглянитесь вокруг! Диппл -
превосходное сборище кандидатов!
- Не вижу ничего, кроме нагромождения грязи и своры оборванцев, -
презрительно высказался Боувэй.
- Это лишь на первый взгляд. Вглядитесь повнимательнее, и вы увидите
иное. Здесь самый полный набор галактических рас, представителей более чем
сорока миров. Осколки войны и кораблекрушений, согнанные в одно место без
всякого разбора. Такой пестроты вы больше не увидите нигде.
- Ну, разве что в другом Диппле, - вставил Стовар.
- Согласен. Только где это? Ближайший от нас Диппл находится на Кали,
шесть месяцев беспрерывного полета. Мы не можем себе позволить длительные
поиски. Если ФС предполагает, что он здесь, то и нечего ломать голову,
надо искать. Лучшего варианта вы все равно не предложите.
- Вероятно, вы правы. Придется искать его здесь... Надо сказать,
здесь намешано всякого добра. Единственное, что объединяет этот сброд -
это внешнее сходство с людьми.
- А большего нам и не понадобится, - сказал невидимый Нику человек. -
Лишь бы он сумел пройти контрольные фильтры. Так что терпение, и мы...
Ник вздрогнул. То же сделал, наверное, и говоривший, оборвав фразу на
середине. Резкий свист оглушил их. Тени Стовара и Боувэя застыли. Глядя на
них ощутил, что во рту у него пересохло, часто и сильно забилось сердце. А
в следующий миг каким-то шестым чувством он понял, что его заметили. Но
каким образом?
Закричав, он рванулся, силясь высвободить ноги, но тот, кто ухватил
его за лодыжки, был намного сильнее Ника. Он барахтался, цепляясь за
пустоту, словно зверек, попавший в капкан, но не мог сдвинуть свое тело ни
на сантиметр. Хватка незнакомца на мгновение ослабла, но только лишь для
того, чтобы освободившейся мощью подхватить обессилевшего Ника и швырнуть
его с высоких штабелей вниз, под ноги заговорщикам. Беспомощный, жалкий,
он рухнул на землю не в силах ни говорить, ни сопротивляться.
- Крысенок, заглянувший не в свою нору, - процедил кто-то.
Нику не следовало подниматься. Едва он сделал это, вылетевший из
темноты кулак обрушился на его челюсть. Съежившись, он ждал второго удара,
но его не последовало. Вместо этого яркий луч резанул ему по глазам, и он
невольно поднял руки, защищаясь от выжимающего слезы света.
- Только поглядите на него!
Кто-то ухватил Ника за волосы и грубо подтолкнул поближе к фонарю.
Ник зажмурился.
- Ты знаешь его, Стовар?
- Кажется, Боувэй уже сказал: крысенок, сунувшийся не в свою нору.
- Черт побери! Личико-то - что надо! Вполне достаточно, чтобы
вывернуться наизнанку от ужаса. Стовар, а, может быть, нам использовать
его? Или дать ему бластер, и пусть покончит с собой. Не думаю, что жить с
такой рожей - большая радость.
- Какая у него рожа, это не так уж и важно, - голос человека,
держащего фонарь, звучал вдумчиво и неторопливо. - Пожалуй, по росту и
возрасту он подошел бы нам. Кто знает, возможно, это именно то, что нам
нужно. Во всяком случае, одной проблемой было бы меньше.
- Вы действительно собираетесь использовать этого оборванца? -
удивился Боувэй. - Сказать по правде, не очень мне нравится эта затея.
- Твое дело. А я вот, напротив, начинаю верить, что госпожа Удача
наконец-то улыбнулась нам. Если показать его Джине, она сделает из него
все, что мы пожелаем.
- Как бы то ни было, с ним надо что-то делать. Он слышал нас, - это
говорил Стовар. - Пожалуй, мы упрячем его в один из этих ящиков, и парочка
ребят поможет перетащить его ко мне.
Последнее, что расслышал Ник, было недовольное ворчание Боувэя. А в
следующее мгновение он стремительно погрузился в непроглядную тошнотворную
тьму...
Он лежал на твердой неудобной поверхности. Кусок полотна, который
обычно расстилался на полу убежища, куда-то пропал. И страшно болела
голова, чего никогда не было прежде. Он выходил из своих снов наоборот
поздоровевшим, с окрепшим желанием жить и терпеть свое горестное
существование. Но сейчас все было иначе. Да и было ли это пробуждением?
Ник все больше начинал сомневаться в этом. Мысли его прыгали, и чувство
тошноты странным образом концентрировалось в больной голове, а не в
желудке, как обычно. Постепенно обрывочные воспоминания складывались в
цельную картину. Продолжая оставаться в неподвижности, не открывая глаз,
Ник лежал, последовательно кусок за куском выстраивая цепочку печальный
событий, приведших его сюда. Склад, трое заговорщиков и внезапное
нападение сзади. Да, все так и было. Они сумели заметить его и не
позволили убежать. От напряжения мускулы Ника заныли. Сейчас он из всех
сил вслушивался в окружающее, ловя малейшие шорохи, пытаясь выжать из них
хоть малейшую информацию о сложившемся положении. Он лежал на чем-то
твердом - это он уже определил, но прежде чем открыть глаза и выдать тем
самым свое пробуждение, Ник хотел узнать все, что только представлялось
возможным.
Издали донеслись приглушенные голоса, и вместе с ними долетел слабый
неуловимо знакомый запах. Что-то сладковатое, со специфическим ароматом.
Ник догадался. Это был запах Канбианского вина, и единственный обитатель
Диппла, кто мог позволить себе подобную роскошь, был, безусловно, Стовар.
Стало быть, Ник по-прежнему находился у него в руках.
Ник наконец-то осмелился открыть глаза, но взгляд его тотчас увяз в
темноте.
Он попробовал пошевелить руками, но обнаружил, что справа и слева
тело его стиснуто дощатыми стенками. Должно быть, глаза начинали привыкать
к мраку, потому что он разглядел над собой тонкие щели в перекрытии ящика.
Открытие было не из приятных. В панике Ник попытался было сесть, но быстро
понял, что не в состоянии сделать это. Ему приходилось мириться с
обстоятельствами.
Итак, он в ящике, и ящик этот во владениях Стовара. Но, если он до
сих пор жив, это говорило уже о многом. Они могли бы расправиться с ним
еще там, на складе, и раз уж этого не произошло, стало быть, Стовар не
собирался приканчивать его.
Бездействие вынуждало его к анализу ситуации, и Ник продолжал
ворошить свою память. Он помнил, как что-то или кто-то ухватило его за
ноги, помнил свой странный паралич после приземления. Только сейчас он
сообразил, что забраться следом за ним в тесную нору никто из этих троих
не мог. Значит, сила, швырнувшая его вниз, не принадлежала человеку. Но
тогда что же?.. Впрочем, сейчас его интересовало не это, он размышлял о
причине своего пребывания у Стовара. Кто-то из тех троих сказал, что Ник
подходил им по росту и возрасту, и что его уродство не имело для них
никакого значения. Но зачем он мог им понадобиться?..
Звук приближающихся шагов заставил его замереть. Шаги остановились
совсем рядом, и крышка ящика отлетела в сторону. На Ника пристально
смотрел загорелый до черноты незнакомец. Такой загар мог быть только у
настоящего астронавта. Черты лица его были правильными, но глаза сидели
столь глубоко, что невозможно было определить, какого они цвета. Гладко
выбритую голову незнакомца украшал хохолок, казавшийся на расстоянии белым
пером птицы. Губы незнакомца тронула легкая улыбка, и Ник почувствовал,
что сковывающий его страх начал рассасываться.
Бронзового цвета рука протянулась к нему и, ухватив за ворот,
поставила на ноги. Проделал все это незнакомец с удивительной легкостью -
так, словно Ник совершенно ничего не весил.
- Не волнуйся. Через минуту ты будешь в полном порядке.
Затекшие члены действительно вновь обретали чувствительность. С
помощью того же незнакомца Ник перешагнул через стенку ящика и неуверенно
присел на предложенный стул. Незнакомец устроился напротив него. Только
сейчас Ник получил возможность разглядеть его целиком. Человек,
вызволивший его из ящика, носил одежду астронавта, грудь его украшала
тройная звезда капитана. Сложив свои огромные ладони на коленях,
незнакомец чуть подался к Нику, и впервые за многие годы Ник не попытался
прикрыть свое изуродованное лицо. С упрямым вызовом он ответно взглянул в
глаза незнакомца, выставляя напоказ свои шрамы.
- Я был прав! - белый хохолок на голове незнакомца забавно дрогнул. -
Похоже, ты наш шанс.

2

Незнакомец продолжал с улыбкой глядеть на Ника. Казалось, сложившаяся
ситуация забавляла его. Помедлив, Ник проговорил:
- Не понимаю, что вы имеете в виду.
- В этом пока необходимости нет. Давно у тебя такое лицо?
- Около десяти лет. Меня вытащили из обломков полуразрушенного
корабля. Еще во время войны.
- М-да... И ты не пытался лечь на операцию?
Ник с трудом справился с нахлынувшим на него волнением. Но в словах
спрашивающего не было ни отвращения, ни брезгливости, и Ник заставил себя
ответить правдиво.
- Они пытались что-то делать с моим лицом, но ничего не вышло. Что-то
там из-за кожи. Она отслоилась через несколько месяцев, а на повторную
операцию они не раскошелились. Кому это нужно - тратить деньги на
какого-то бродяжку из Диппла.
Незнакомец, сам того не подозревая, коснулся самой больной его темы.
Ник прекрасно знал, что здесь, на Корваре, существовал целый штат
прекрасных хирургов и косметологов, которым было бы нетрудно вернуть ему
человеческий облик. Но между ними и Ником стояла пропасть, широкая и
непреодолимая. Он прекрасно представлял себе, сколько нужно было заплатить
медикам за возню с пациентом, у которого столь плохо приживается
искусственная плоть.
- Дело не поздно исправить сейчас.
Ник подавил вспышку ярости.
- К сожалению, я - не один из них, из семей элиты, - с трудом
проговорил он. - Кроме того, при такой восстанавливаемости, как у меня,
даже их кошельков может оказаться недостаточно.
- Не говори столь уверенно о том, чего не знаешь, - незнакомец
поднялся на ноги. - Кроме того, нельзя сбрасывать со счетов и элементарное
везение.
- Везение? - эхом отозвался Ник.
- Да, везение, черт подери! Слушай меня внимательно, малыш. Сейчас я
скажу тебе нечто важное. Так уж вышло, что ты оказался кандидатом номер
один. Мне понадобится твоя помощь, а взамен я мог бы тебе кое-что
предложить. Что, к примеру, ты сделал бы ради своего нового лица?
Взгляд Ника застыл. Незнакомец говорил вполне серьезно. Что бы он
отдал за свое новое - настоящее - лицо? Спросить такое у него?.. Он был
поражен. Неужели незнакомцу еще нужно было отвечать?..
- Все, что угодно! - выпалил он.
- Отлично. Тогда с тобой стоит поработать... Стовар!
В дверях появилась знакомая Нику фигура.
- Я забираю у тебя Колгерна, - объявил ему незнакомец.
Мутные глаза Стовара равнодушно скользнули по лицу Ника. Он слегка
нахмурился.
- Тебе виднее. Когда ты хочешь забрать его?
- Прямо сейчас.
Стовар пожал плечами.
- Как хочешь, Лидс. Если ты выбрал, то теперь это уже твоя забота.
Незнакомец, которого звали Лидсом обернулся к Нику.
- Ну, а ты запомни. Если ты хочешь получить смазливенькое личико,
тебе придется сперва заработать его. Это понятно?
Ник кивнул. Конечно же, он понял. Все, чего жаждет душа, надо или
зарабатывать или завоевывать. Он уже понял, что Лидс был одним из парней
Гильдии или Бретрена, и нетрудно было догадаться о том, какого рода работу
хотят ему предложить. Но это ничуть не смущало его. Это чепуха в сравнении
с тем, что ему обещали взамен. Кроме того, любой бродяжка Диппла знал, что
для него и ему подобных существует лишь один закон - закон тьмы. Закон
света существовал для имущих, и только для них.
- Значит, поступим так, - незнакомец продолжал внимательно смотреть
на него. - Слушай и запоминай. Ты - сын астронавта, моего бывшего
командира. Я нашел тебя здесь и, поручившись перед властями, вызволил из
Диппла. Думаю, охрана не будет возражать. Они только рады, когда вас
становится меньше. Тем более, все будет исполнено вполне законно. Ты
возьмешь что-нибудь из своих вещей?
Ник недоуменно дрогнул бровями. Что Лидс имел в виду? Устройство для
чтения летописей, книги?.. Это было единственное имущество Ника, но и от
него он мог сейчас с легкостью отказаться ради того, чтобы вырваться
отсюда, стать новым Колгерном, свободным, и, может быть, счастливым.
Никогда ранее не испытываемое им чувство клокотало в груди. Чувство,
связанное с замаячившими на горизонте надеждами.
- Нет, - Ник не в состоянии был управлять голосом, и его хватило
только на это единственное слово.
- Хорошо! - та же бронзовая рука, что вытащила его из ящика, помогла
Нику подняться на ноги. Запинаясь, он прошел через комнату и, минуя
деловые апартаменты Стовара, равнодушно отметил про себя, что в одном из
кресел сидит Моук Варн. Моук был тенью из прошлого и теперь не значил для
него ровным счетом ничего. Это было одним из снов Ника, кошмарным,
уходящим навсегда сном. Прошлые же его грезы, воплощенные в реальность, в
эту мускулистую, поддерживающую его руку, властно вводили его в жизнь. Он
был настолько опьянен, что даже не порадовался тому недоумению, что
явственно проступило на лице привставшего Моука.
Они вышли во дворик, окутанный туманом, и голос Лидса стал более
резким.
- А теперь слушай внимательно. Меня зовут Строуд Лидс. Я свободный
торговец. Твой отец был моим командиром на Дневной Звезде, когда
разразилась война. В одном из сражений на Иджоку он был убит, и в течение
последних трех лет я искал тебя в Дипплах на разных планетах. Искал и
нашел, понял, мой мальчик?.. Удача, конечно же, госпожа Удача! Я знал, что
она сопутствует мне. Я бы не понял этого лучше, если бы не почувствовал
тогда на складе, что кто-то подслушивает наш разговор. Держись за меня
малыш, и частица Удачи сама собой перепадет и тебе!
Лидс подмигнул ему. На губах его играла улыбка игрока, собирающегося
снять с зеленого бархата крупный куш. На вялых ногах Ник тщетно пытался
приноровиться к широкому шагу капитана, перебирая в голове сказанное
Лидсом. Он с трудом заставлял себя поверить, что происходящее с ним - не
сон. Туман окутывал дворик, туман стоял перед глазами. Он почти не слышал
бойких объяснений Лидса в регистратуре и машинально кивнул, когда тучный
надсмотрщик поздравил его с нежданно привалившим счастьем. Все это и в
самом деле походило на счастье. И он, который давно уже не помнил, как
выглядит прекрасное лицо фортуны, начинал верить в нее с той же
заразительной страстью, что и Лидс.
Вскоре они были уже за пределами Диппла. Немного отставая от своего
властного спутника, Ник наслаждался новыми нахлынувшими на него
ощущениями. Он мог бы пересчитать по пальцам те редкостные случаи, когда
он оказывался за воротами Диппла. Больница и связанная с нею боль
безнадежного приговора, магазин, в котором через третьи руки ему удавалось
покупать дешевенькие книжки. О, когда-то в них заключалась вся его жизнь!
Как тщательно он сберегал ее от посторонних!.. И вот он уходил из Диппла
насовсем, действительно уходил!
У ближайшего коммутатора Лидс торопливо набрал незнакомый Нику код.
Начинался дождь, второй за этот промозглый день, и капитан накинул на
голову капюшон. Нику было нечем прикрыться и он стоял, слизывая с жесткой,
покрытой рубцами кожи губ прохладную влагу. Его это ничуть не трогало.
Даже дождь здесь, вне бараков Диппла, казался совсем иным, чуть
сладковатым на вкус и чистым.
Долго ждать не пришлось. Вызванный капитаном флиттер, взметнув
брызги, приземлился в десятке шагов. Когда они уже садились на обитые
бугорчатой кожей места, Лидс молча поглядел на парня. Он больше не
улыбался. В лице его проглядывала какая-то пугающая жесткость.
- Я принял решение, но это еще не все. Многое зависит от того, что
решат Джина и Искхаг.
Ник съежился. В его огромном, разросшемся до небывалых размеров
счастье, появилась трещинка. И ядовитой струйкой через эту трещину начал
просачиваться страх.
- Но, - продолжил Лидс, - поскольку многое в этом деле зависит от
меня, думаю, они согласятся с моим выбором.
Бурлящее опьянение проходило. К Нику вновь возвращалась способность
спокойно оценивать события. Он был счастлив, что Лидс вытащил его из
Диппла, но он понимал также, что если дело, ради которого его взяли с
собой, провалится, он вновь вернется в бараки. Иного места для его
изуродованного лица не существовало. Корвар слыл планетой удовольствия.
Вся экономика планеты работала на обеспечение сытой роскоши для богатейших
людей галактики. В этом мире Нику Колгерну отводилось лишь
одно-единственное место - Диппл.
Флиттер отклонился от транспортный линий города и летел сейчас над
внешним кольцом загородных вилл и особняков. Ник, обмирая, смотрел вниз -
на чудесные дома, пышную растительность, завезенную может быть из
полусотни разных миров. Кто знал, доведется ли ему еще когда-нибудь видеть
все это?..
Флиттер подпрыгнул в воздухе, одолевая живую изгородь кустарника,
усыпанного великолепным сиянием похожих на капли воды цветов, и совершил
посадку на крыше широкого, примостившегося на склоне горы здания. Выйдя из
летательного аппарата, они стали спускаться в сад. Дождь продолжал лить,
собираясь в шумные ручьи и устремляясь в водостоки, расположенные вокруг
дома. Ник, подняв голову, увидел, как освободившийся от пассажиров флиттер
резко взмыл в воздух, возвращаясь на городской таксодром.
- Давай, давай! - Лидс подтолкнул его вперед, поясняя тем самым, что
времени у них не так уж и много. Внезапно дождь прекратился. Нику
показалось, что их окутало мерцающее серебряное сияние, воздух пронзило
низкое гудение. На мгновение сияние стало материальной поверхностью, но
вновь затуманилось, растворяясь в воздухе, наподобие сахара, брошенного в
воду. Они находились уже не под открытым небом, а в затемненной нише, из
которой можно было видеть длинный коридор.
- Сюда!
Лидс шагал быстро, и Ник едва поспевал за ним. Стены, вдоль которых
они двигались, были блестящие и гладкие, такого же серо-зеленого цвета,
как и вся наружная часть здания. Постепенно у Ника сложилась убежденность,
что они спустились не во внутренние этажи здания, а значительно глубже.
Возможно, это было подвальное помещение. Ник изумленно расширил глаза.
Стена, до которой дошел Лидс, отъехала в сторону, открыв вход в ярко
освещенную комнату. Они вступили на красный, пружинящий под ногами ковер,
и Ник бегло окинул взглядом находившихся в комнате людей. В креслах
новейшей конструкции, какие Ник видел только на рекламных плакатах, сидели
мужчина и женщина. Судорожным движением Ник попытался прикрыть лицо, но
остановил руку на полпути. Что-то особенное во взгляде женщины остановило
его. Может быть, отчасти это было то самое, что привлекло его в Лидсе. На
лице женщины не отразилось ни брезгливости, ни отвращения. Она смотрела на
него так, словно он был обычным парнем, ничем не отличающимся от сотен
других людей. Присмотревшись к ней, он решил, что она значительно старше,
чем показалось ему вначале. Светловолосая, с огромными голубовато-зелеными
глазами, одета она была удивительно просто. Тонкими пальцами она держала
молочного цвета пластину, время от времени поднося ее ко рту и слизывая с
нее розовую пасту. Делала она это довольно непринужденно и ни на миг не
сводила с него своих завораживающих глаз.
В соседнем кресле расположился мужчина, чье одеяние представляло
полный контраст с бесцветной туникой женщины. Его распахнутая на груди
рубаха была расшита драгоценными камнями. Голубоватого оттенка кожа,
чересчур крупные нос и подбородок выдавали в нем чуждое Земле существо.
Небольшой, тщательно подогнанный по размеру черепа шлем покрывал его
голову, и там, где у обычного человека располагались уши, Ник разглядел
два медленно вращающихся полукруга. Из глубины полуоткрытого рта, меж
синих полосок губ, двумя светящимися камешками выглядывали зубы.
Галактика была достаточно богата цивилизациями самых различных видов.
Корвар привлекал не только людей в привычном смысле слова. Ник слышал, что
на планету прилетают и представители иных космических рас, но воочию
убедиться в этом ему пришлось только сейчас.
Ни женщина, ни мужчина ни единым жестом не прореагировали на их
вторжение. Молчание было тягостным. Наконец, отложив пластинку, женщина
плавным шагом пересекла комнату и остановилась напротив Ника. Его рука
снова потянулась к лицу. Женщина была одного роста с ним, но он никогда бы
не подумал, что она обладает такой силой. Взяв его за запястье, несмотря
на все его сопротивление, женщина заставила Ника опустить руку. С пугающим
вниманием она продолжала рассматривать Ника и особенно его лицо, так,
словно решала при этом увлекательнейшую задачу. Лидс слегка шевельнулся.
- Подойдет?
- Возможно, - тихо произнесла женщина.
- Какова вероятность того, что все пройдет благополучно? - скрипучим,
лишенным интонации голосом спросил сидящий в кресле мужчина.
- Процентов семьдесят. Может быть, и больше. Сейчас посмотрим, -
женщина вернулась к своему креслу. Черный, незнакомый Нику аппарат,
повинуясь ее команде, развернулся на своем столике, обратившись широким
стеклянным раструбом к стене. Незнакомец в кресле надавил кнопку на
подлокотнике и вместе с сидением тоже развернулся к стене. Женщина что-то
сделала с аппаратом. Раздался щелчок и гладкая поверхность стены
замерцала. Ник ахнул. Стена показывала в полный рост изображение молодого
человека. Чем-то неуловимым он походил на него самого, но его лицо... Ник
не сводил с него глаз. Правильные черты лица, нежная, загоревшая на солнце
кожа. Парень, глядевший на них со стены, был симпатичным, хотя что-то в
выражении его глаз выдавало затаенную грусть. Женщина шагнула назад и
перевела взгляд на Ника, будто что-то про себя сравнивала.
- Он рассказывал, что первая операция по трансплантации плоти
закончилась неудачей, - предупредил Лидс. Видимо, он хотел быть честным со
своими компаньонами.
- Да?.. - она отсутствующим взглядом воззрилась на Лидса, снова
посмотрела на изображение. - Искхаг! Ты видишь, какие у него волосы?
Кажется, я начинаю верить нашему Строуду. Все, что он твердит без конца о
своей удаче, может действительно стать правдой. Эти волосы!..
Ник недоумевающе смотрел на светящуюся стену. Черные витые кольца,
обрамляющие голову изображенного юноши, напоминали его собственную
шевелюру. Странно, что они находили в ней что-то особенное.
- Похоже, что мы не зря доверились прогнозу ФС, - пронзительно
проскрипел Искхаг. - Вероятность успеха в этой точке космоса превысила
вероятность неудачи. И если только ты считаешь, что сумеешь преобразить
его...
Женщина, которую по-видимому звали Джиной, небрежно пожала плечами.
- Думаю, я сумею это сделать, хотя гарантировать удачный исход пока
не берусь. Если прошлая операция действительно прошла безрезультатно, то
это вполне может повториться и сейчас.
- С того времени многое изменилось, Джина, - возразил Лидс. - Должны
были появиться новые эффективные методы, ведь так?
Он вопросительно посмотрел на Искхага, и тот кивнул.
- Вероятно. Наша Джина попросту желает подстраховаться. Кстати, этот
паренек понимает нас?
Прежде чем ответить, Лидс раздумчиво достал из кармана маленькую
коробочку и, выщелкнув из нее таблетку, положил на язык.
- Понимает. И прежде всего он понимает, что свое новое лицо он должен
заработать.
Женщина снова приблизилась к Нику. Ее длинная туника прошелестела по
ковру.
- Так ты согласен ради этого поработать? Верно, мой мальчик?
До того, как он успел увернуться ее рука сделала неуловимое движение,
и мягкие нежные пальцы легли на его несчастный подбородок.
- Ты правильно решил, - продолжала она. - Все в этом мире нужно
заслужить. Даже те, кому от рождения отмерено богатство, время от времени
должны делиться им... Я займусь тобой. О цене можешь не беспокоиться.
Впервые за все время своего пребывания в удивительном доме Ник
набрался смелости, чтобы задать вопрос.
- Я что-то должен для вас сделать?
- Кое-что, - женщина отпустила его и обернулась к Строулу. - Расскажи
ему, Лидс.
Прозвучало это почти, как приказ.
- Только не здесь, - Искхаг откатил свое кресло на прежнее место. -
Забери его к себе и посвяти в детали. У нас с Джиной есть еще о чем
поговорить. Неплохо бы поберечь время.
Лидс улыбнулся.
- Но такие дела, как наше, нельзя решать в спешке. Можно ошибиться.
Не так ли, милейший?
- Я хочу лишь быстроты и четкости, капитан.
Женщина вновь взяла в руки пластинку с розовой пастой. Ее
аккуратненький язычок лизнул неизвестное Нику лакомство. Взяв юношу за
плечи, Лидс дружески подтолкнул его к выходу.
Миновав коридор и еще одну раздвигающуюся стену, они оказались в
комнате, по роскоши обстановки ничуть не уступающей той, первой. Лидс
кивнул Нику на диван.
- Ты голоден?
Не дожидаясь ответа, он приблизился к кнопочному пульту,
расположенному в стене на уровне груди и набрал комбинацию цифр. Из той же
стены бесшумно выехал столик с шестью или семью блюдами. У Ника, который
не ел уже почти сутки, обморочно закружилась голова. Лидс снял крышечку с
одной из тарелок и осторожно попробовал.
- Неплохо, попробуй.
Ник робко приступил к еде. Пища настолько отличалась от всего того,
что он видел в Диппле, что с трудом верилось в реальность происходящего.
Это не могло называться пищей! Он даже не знал, из каких чудесных
продуктов она приготовлена.
Когда непривычное ощущение сытости положило конец его трапезе, Ник
откинулся на мягкую спинку дивана, подумав про себя, что этим великолепным
ужином началась его новая жизнь, ведущая, может быть, в незнакомые земли и
миры, с их неизвестностью и опасностью.
- А теперь поговорим, - Лидс нажал на кнопку, и столик послушно
покатился обратно в раздвигающуюся стену.

3

Но капитан начал не сразу. Он долго и пытливо рассматривал Ника,
словно что-то окончательно прикидывал про себя. Невольно съежившись, Ник
вынужден был мобилизовать все свое мужество, чтобы скрыть смущение. Руку

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIP НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ



Док. 120981
Опублик.: 19.12.01
Число обращений: 1


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``