Экс-депутат рады рассказал о последствиях блокады Крыма для Украины
ДУМЫ Назад
ДУМЫ

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

С. Преображенский
П А Р А З И Т Ы М О З Г А

Глава первая

Б О Л Е З Н Ь

Случилось так, что Сергей Иванович Лапухов заболел. Причем
болезнь у него была какая-то странная. Ему стало казаться, что
все, что происходит вокруг, не имеет абсолютно никакого смысла,
порой ему даже казалось, что он уснул и видит какой-то дурной
кошмарный сон. По привычке он продолжал делать все то, что делал
всегда: ходил на работу, зарабатывал деньги, тратил их, ел,
спал, отправлял естественные надобности, но мысль о том, что все
это не имеет никакого смысла, не оставляла его. Жить с этой на-
вязчивой идеей становилось все труднее и труднее, и тогда он на-
конец понял, что это болезнь.
Однажды вечером, сидя перед телевизором с чашкой чая, и
наблюдая заседание очередной думы, он вдруг понял, что дальше так
жить нельзя. Он встал, выключил телевизор, достал свой ноутбук
и начал диктовать текст:

И С Т О Р И Я Б О Л Е З Н И

`...В то лето в Москве стояла небывалая, фантастичес-
кая жара, столбик термометра поднялся до тридцати девяти
градусов по цельсию, а доллар до 10 миллиардов 720 миллио-
нов по курсу Московской Международной Валютной Биржи...`

Он улыбнулся, фраза ему нравилась. Он отложил свой блокнот
и отправился на кухню налить себе еще одну чашку чая.
Рано утром, как всегда, выпив на скорую руку холодного чая
без сахара, он побежал на работу. Ему хотелось успеть на 8-часо-
вую электричку потому, что она шла экспрессом, без остановок,
от Кузьминок до Баррикадной. Следующая электричка была только
через 50 минут, и тогда он явно опаздывал, а это могло иметь
плохие последствия.
Первое, что поразило Сергея, когда он вышел на улицу, это -
полное отсутствие людей, как будто вдруг наступил выходной и
никому не надо идти на работу, только трое молодых крепкого
сложения киллеров, поджидая свою жертву, скучали у подъезда пя-
тиэтажки. Один из парней, отложив на время короткоствольный
`узи` мочился на клумбу. На третьем этаже открылось окно, из
него высунулась голова в бигудях и заорала на весь квартал.
- Что же вы делаете, ироды проклятые?! Совсем цветник загу-
били, душегубы. Тебе, что другого места нет свои мерзости справ-
лять?!
Вместо ответа мочившийся киллер направил свою `мерзость`
словно брандспойт на раскрытое окно и сделал вид, что хочет
струей попасть прямо в разинутый орущий рот. Голова смачно
сплюнула и убралась, захлопнув за собой окно.
Сергей посмотрел на часы и прибавил шаг, до отхода элект-
рички оставалось пять минут. И тут он увидел, что навстречу ему
идет совершенно голая девушка. Она спокойно шла по пустынной
улице и, казалось, совершенно никуда не спешила. У Сергея воз-
никло ощущение, какого-то нереального, фантастического сна. Он
даже вздрогнул, когда она, поравнявшись с ним, неожиданно остано-
вилась и спросила:
- Лайтер найдется?
И только тут он заметил, что в руках она держит незажженную
сигарету.
Сергея всегда удивляло пристрастие совсем молоденьких де-
вушек к курению, в конце концов после долгих наблюдений он
пришел к выводу, что для них сигарета это не просто трубочка на-
битая наркотическим веществом, а скорее фаллический символ. Ес-
ли бы прием никотина осуществлялся, например, посредством таб-
леток, то приверженцев у этого наркотика оказалось бы во много
раз меньше, особенно среди молодых женщин. Глядя, как молодая
девушка мнет сигарету, трогает ее губами, языком, берет в рот,
покусывает ее, он думал, что она тем самым демонстрирует окру-
жающим свое фамильярное обращение с мужским фаллосом.
- Я не курю, - ответил Сергей - Извините,- и похлопал себя
по карманам, как бы желая показать, что у него нет зажигалки.
Девушка посмотрела на него так, словно он признался ей в
импотенции и, ничего не сказав, хотела двинуться дальше, но в
этот момент к ним совершенно бесшумно подкатил белый `мерседес`
с затемненными стеклами, из него высунулась огромная волосатая
рука, которая по мнению Сергея никак не могла принадлежать че-
ловеку, а только горилле.В руке была зажата золотая зажигалка
`ролекс`. Зажигалка щелкнула, загорелось голубоватое пламя. Де-
вушка с сигаретой нагнулась, прикурила, сказала `мерси`, и в
этот момент задняя дверь `мерседеса` гостеприимно распахнулась.
Девушка тут же шмыгнула в машину, дверь захлопнулась, и `мерсе-
дес` укатил так же бесшумно, как и прибыл, а Сергей остался
стоять с ощущением, что на него из окна неожиданно ни за что ни
про что, вылили полное ведро помоев.

`...К концу 90-х годов общество окончательно раздели-
лось на автомобилистов и пешеходов. В 1993 году произошел
резкий скачек цен на автомобили, и тот, кто не успел купить
машину до этого скачка, опоздал навсегда. Автомобиль прев-
ратился в символ принадлежности к определенному сословию,
сословию, которое воспринимало пешехода как существо, стоя-
щее на более низкой ступени развития, чем автомобилист.
Пешеходов наконец окончательно загнали под землю: все
наземные переходы были ликвидированы, и если какой-либо
безумец пытался все-таки перейти улицу поверху, все машины
тут же буквально набрасывались на него, как на чужака пос-
мевшего вторгнуться на их территорию.`

Подойдя к метро, он машинально взглянул на огромное элект-
ронное табло на магазине `Будапешт`. Табло гласило: `Сегодня 3
июня 2010 г. Биржевой курс доллара 10 миллиардов 720 миллио-
нов.` Он улыбнулся про себя: сегодняшний курс он угадал пра-
вильно...

`...Деньги уже давно потеряли свой первоначальный
смысл. Прошли те времена, когда деньги печатали только на
фабриках госзнака. В связи с инфляцией правительство прос-
то не успевало печатать деньги, и поэтому их стали пе-
чатать практически на всех типографиях. Типографские рабо-
чие тащили после смены домой полные сумки денег, как когда-
то рабочие мясокомбинатов тащили сумки с колбасой. В свя-
зи с той же инфляцией правительство издало указ выдавать
зарплату два раза в день - утром и вечером, причем после ут-
ренней получки обязательно давался часовой перерыв, чтобы
люди могли потратить свои деньги до того, как они оконча-
тельно обесценятся. Валютная биржа проводила торги теперь
два раза в день, и два раза в день менялся курс доллара, а
соответственно и цены. Чтобы хоть как-то поддержать рубль,
правительство отменило хождение доллара и другой иностран-
ной валюты. Но к сожалению рубль от этого не укрепился, а
только люди с маленькими доходами, которые не могли вкла-
дывать свои деньги в дома, землю, автомобили и так далее,
потеряли последнюю защиту от инфляции. Что касается ка-
чества самих денег, то необходимо отметить, что на многих
типографиях оборудование уже давно устарело, качество кра-
сок было, как правило, очень низкое, бумаги катастрофически
не хватало и деньги печатали на любой бумаге, какую только
удавалось достать: от оберточной то туалетной, поэтому и
деньги получались порой очень странные, не похожие друг на
друга. Но это уже никого не смущало. Вначале, когда только
начали печатать деньги в обычных типографиях, то сразу по-
явилось очень много поддельных купюр, так много, что их да-
же стали менять в банках по курсу два к одному, но потом,
когда качество настоящих денег резко упало, уже никто, да-
же эксперты, не могли отличить поддельную купюру от настоя-
щей...`

Около кассы, где продавали жетончики была как всегда не-
большая очередь. Он поднял голову чтобы посмотреть сколько се-
годня стоит жетончик и прочитал: `1 жетон - 200 миллионов`.
Сергей сунул в окно 500 - миллионную бумажку, получил два жето-
на и сто миллионов сдачи и спустился вниз. Электрички еще не
было, и он стал прохаживаться по перрону, разглядывая рекламу,
которой были покрыты все стены. Сергей остановился напротив об-
наженной девицы, которая с очаровательной улыбкой рекламировала
сто пять видов эротического массажа, предлагаемые фирмой `Гарем
султана` только для состоятельных клиентов.
`...СПИД удалось победить полностью. Разработанная
американскими учеными вакцина обеспечивала устойчивый им-
мунитет, и сделанная один раз прививка давала гарантию, что
человек уже никогда не заболеет этой чумой 20-го века.
Вследствие этого отношение к эротике изменилось, и сексу-
альная революция вышла как бы на новый виток. В огромном
количестве расплодились заведения призванные удовлетворять
сексуальные потребности населения ,причем заведения на лю-
бой вкус и на любой достаток - от самых роскошных массажных
салонов типа `Гарем Султана` с мраморными бассейнами, ис-
кусственными водопадами и настоящими персидским коврами
до дешевых забегаловок типа `На скорую руку`, которые
предлагали быстрый секс по цене бутерброда с колбасой. В
таких забегаловках обычно стояло несколько кабинок, где
клиентов ожидали совершенно голые (чтобы не терять время)
девушки, готовые быстро и качественно удовлетворить любые
сексуальные запросы клиента. Обычно сеанс составлял 15 ми-
нут, но при желании можно было оплатить и двойной, и трой-
ной сеанс. В такое заведение можно было заскочить по доро-
ге на работу или даже в обеденный перерыв, кстати, в таких
местах как правило можно было и перекусить...`

Вдруг по радио объявили, что 8-часовая электричка отменяет-
ся, и что следующая пойдет только через полчаса.
Уже давно перестали ходить в связи со скудостью городско-
го бюджета автобусы, троллейбусы и трамваи, и только метро
кое-как еще держалось и то ,в основном, за счет рекламы. Подвиж-
ной состав износился, ремонтная база постоянно разворовывалось,
интервалы между поездами все время увеличивались и наконец было
решено ввести расписание, как на железной дороге. Для пассажи-
ров это было бы большим удобством, если бы поезда ходили строго
по этому расписанию, но, к сожалению, они очень часто опаздывали,
а порой и вовсе отменялись.
Станции метро превратились в нечто вроде коммерческих
центров: скопление ларьков, палаточек, магазинчиков, закусочных,
а также заведений нередко сомнительных. К подобным заведениям
можно было отнести, пожалуй, и скромную забегаловку под броским
названием `Секс и соСиськи`, расположившуюся прямо на перроне.
Сергей вспомнил, что он сегодня не успел позавтракать. Заведе-
ние смотрелось дешево, и он рискнул зайти.
Взяв себе сосиски с горошком и банку дешевого пива, он
пристроился за высоким столиком из фальшивого мрамора. Напро-
тив, возле своих кабинок, скучали девицы в ожидании клиентов.
Девицы были совершенно голые, если не считать бус, браслетов,
клипс и другой бижутерии и сильно накрашены, как того требова-
ла профессия. Девушки были очень красивые, но все какие-то оди-
наковые, словно слепки с одной и той же модели: хорошенькие ку-
кольные личики, пухленькие губки, милый, чуть вздернутый носик,
огромные, наивно-удивленные глаза и у всех идеальные точеные
фигуры. Отличались они друг от друга только ростом и цветом во-
лос. Не надо было быть экспертом-хирургом, чтобы определить, что
все эти девушки - `резаные`.

`...Как только в эпоху перестройки была открыта гра-
ница, вместе с утечкой `мозгов` началась также и массовая
утечка красивых `сисек и писек`. Очень скоро власти спох-
ватились и поняли, что сделали большую глупость. Правда, что
касается `мозгов`, то эта потеря их мало заботила, без
`мозгов` спокойнее, но красивые `сиськи`... Ведь если все
красивые `сиськи` уедут, то с кем же они тогда останутся?
Но закрыть границу было уже невозможно, и результаты мас-
сового исхода красоток стали скоро заметны даже для невоо-
руженного глаза: можно было целый день ходить по городу и
так и не встретить ни одной, хотя бы чуть-чуть симпатичной
девушки. А ведь нужны были секретарши для офисов, стюар-
дессы, не говоря уже о массажных салонах. В конце концов
выход был найден: к тому времени пластическая хирургия
достигла такого уровня, что могла сделать человеку практи-
чески любое лицо и любую фигуру, правда, стоила такая опе-
рация очень дорого, и позволить ее себе могли только изб-
ранные.
И вот на улицах Москвы появились первые `резаные`.
Это были потрясающе красивые девушки и впечатление, кото-
рое они производили на мужчин, особенно в условиях сложив-
шегося дефицита красоты, было сродни электрошоку. Вокруг
такой девушки моментально собиралась толпа, ей не давали
прохода, со всех сторон слышались самые заманчивые и по-
рой экстравагантные предложения - от поездки на Канары до
самых грязных. Но со временем к ним стали привыкать, и по
мере того как `резаных` становилось все больше и больше,
на них все меньше стали обращать внимания.
Первые `резаные` были из состоятельных семей, но и
бедные девушки и женщины тоже хотели быть красивыми, и
тогда массажные салоны и другие заведения такого рода,
стали предлагать контракты, по которым они оплачивали опе-
рацию, а девушки должны были отработать за это определен-
ное время в их заведении, обычно не менее пяти лет.
Так как в то время (впрочем как и всегда) существовал
вполне определенный идеал женской красоты, то все девушки,
выходившие из под скальпеля хирурга были словно сест-
ры-близнецы, что создавало массу неудобств для их будущих
мужей. Такая жена, например, свободно могла подсунуть вмес-
то себя подругу, а сама махнуть на недельку в Анталию с
любовником, и муж вряд ли бы заметил подмену. Да она вооб-
ще могла поменять мужа, причем без его ведома, если только
ей удалось бы найти подходящий вариант. А уличить такую
жену в неверности было просто невозможно. И главное, глядя
на это хорошенькое личико, было совершенно невозможно
представить, какого же крокодила родит этот ангел с невин-
ными глазками. Так что очень скоро ситуация сложилась та-
ким образом, что выйти замуж такой `резаной` красавице,
стало очень непросто. Женихи стали требовать от своих не-
вест справки, что они никогда не подвергались пластической
операции. Конечно, за деньги можно было достать любую
справку, но если обман раскрывался, то суд признавал такой
брак не действительным.
Со временем `резаных` развелось столько, что на них
вообще перестали обращать внимание, спрос на них упал до
такой степени, что их даже перестали брать в престижные
массажные салоны, и только дешевые забегаловки типа `Секс
и соСиськи` все еще с большой охотой брали таких деву-
шек...`

Мужчина за соседним столиком кончил есть свои сосиски, ак-
куратно вытер губы носовым платком и направился к девушкам. Он
выбрал миниатюрную блондинку, и та отвела его в свою кабину.
Сергею вдруг расхотелось есть, он допил свое пиво прямо из бан-
ки и вышел.
Наконец подошла электричка, как всегда в это время набитая
битком. Сергей с трудом втиснулся в вагон следом за девушкой в
майке с надписью `tоuсh mе рlеаsе`. Двери закрылись, поезд тро-
нулся и девушку прижало к нему спиной. Сергей слегка дотронулся
рукой до плеча девушки, та обернулась и вопросительно пос-
мотрела на него. Она была потрясающе красива, и как две капли
воды походила на девушку из заведения `Секс и соСиськи`, кото-
рая в данный момент ублажала мужчину в своей кабинке, только
волосы у нее были темные.
- `Резаная`, - подумал он с сожалением, - Конечно, если бы
такая красавица, да еще натуральная, она бы сейчас ехала не в
метро, а в розовом `ролс-ройсе` с каким-нибудь мафиози.
Сколько он ни смотрел на `резаных`, все равно никак не мог
привыкнуть к их яркой, какой-то тропической красоте, и не мог
понять, почему такая красота и вдруг ничего не стоит? И еще ему
было немного их жаль.
- У Вас на майке написано `tоuсh mе рlеаsе` - сказал он и
улыбнулся.
- Ну и что? - спросила девушка.
- В переводе это означает `дотронься до меня`, вот я и до-
тронулся.
- В самом деле? - удивилась девушка. - Никогда не задумы-
валась над тем что у меня написано на одежде. У меня на джинсах
сзади тоже что-то написано, но я никак не пойму что. Может быть
вообще что-нибудь неприличное?
- Может быть, - согласился он, - такое иногда бывает, у
одного моего друга, например, на трусах сзади было написано:
`Fuсk mе рlеаsе`, и он очень удивлялся, почему, когда он прихо-
дил на пляж в этих трусах, к нему приставали какие-то огромные
волосатые мужики?
- А как это переводится? - спросила девушка, явно заинте-
ресовавшись.
`Она что, издевается надо мной или в самом деле не зна-
ет?` - подумал Сергей, и заглянув в ее смеющиеся зеленые глаза
решил, что пожалуй все-таки издевается.
- Видите ли в чем дело, - начал он, - если на английском
это выражение хоть как-то еще терпимо, то если перевести
его на русский, оно становится совершенно непроизносимо в при-
личном обществе. Я думаю, мы с вами приличные люди, не так ли?
Впрочем, что касается Вас, то на этот счет у меня нет никаких
сомнений!
- Спасибо за комплимент! - ответила девушка.
- Это вовсе не комплимент, - ответил он. - Мне кажется бу-
дет лучше, если я переведу то, что написано у вас на джинсах.
- Хорошо, договорились, - сказала девушка и отвернулась.
Каждый раз проезжая очередную станцию поезд замедлял ход и по-
том снова набирал скорость, и в такт с этими рывками девушку то
уносило куда-то в сторону, то прижимало к Сергею . Ему приятно
было чувствовать ее молодое упругое тело, но девушка стояла к
нему спиной, и по ее спине никак нельзя было понять разделяет
она его чувства или нет.
Наконец поезд остановился на Баррикадной, двери открылись,
толпа вывалилась на перрон, и в этом водовороте девушка как-то
сразу исчезла, он только успел заметить, как мелькнула в толпе
ее упругая попка обтянутая джинсами, на которых было написано
`Fuсk mе рlеаsе`. `Видно не судьба` - подумал он поднимаясь
пешком по эскалатору (честно говоря он уже и забыл в каком году
он последний раз видел движущийся эскалатор).

Глава вторая

Ю Л И Я

На площади у выхода из метро собралась толпа зевак. `Или
кого-то сбила машина, или кого-то наказывают,`- подумал Сергей,
-`Люди всегда охочи до чужого горя.`
Он оказался прав: двое двухметровых рэкетиров готовились
выпороть молодую девушку, очевидно торговку цветами, за то, что
она отказалась платить. Девушка была очень красива, и настолько
походила на девушку из метро, что Сергею вдруг показалось, что
это все та же самая девушка. Один из бандитов раздевал прови-
нившуюся, которая не сопротивлялась, а только все время повто-
ряла, что она только что пришла, и денег у нее нет, а как на-
торгует, то она отдаст, а второй мочил в ведре какие-то длинные
прутья. Первый, раздев девушку до гола, заставил ее лечь животом
на прилавок и спокойно, не спеша привязал ее ноги и руки к
стойкам, затем подошел второй и экзекуция началась.
Сергей видел все это разумеется далеко не в первый раз и,
казалось, уже должен был бы привыкнуть, но наверное есть вещи к
которым привыкнуть невозможно.
Вначале девушка молчала, закусив губу, и только вздрагивала
в момент удара, но потом, очевидно уже не в силах сдерживаться,
стала как-то странно и жалобно подвывать. Сергею невыносимо тя-
жело было все это видеть и слышать, ему казалось, что это в его
обнаженное тело вонзаются гибкие и хлесткие прутья. Он хотел
уйти, но не мог, какая-то непонятная сила удерживала его на
месте.

`...Преступность достигла такого уровня, что прави-
тельство было уже не в состоянии даже делать вид, что бо-
рется с ней. Денег на содержание милиции не хватало, и тут
вдруг у кого-то возникла блестящая идея - привлечь к под-
держанию порядка самих преступников. Правительство Москвы
стало продавать лицензии на поддержание порядка в том или
ином районе различным мафиозным группировкам, а деньги вы-
рученные таким способом шли на содержание милиции. Так,
например, Кузьминки купила Люберецкая мафия, центральную
часть города поделили между собой азербайджанская и че-
ченская группировки, Замоскворечье взяли себе долгопруд-
ненские мафиози и так далее. Надо сказать, что мафиози в
деле наведения порядка достигли значительно больших успе-
хов, чем милиция, КГБ и другие службы безопасности вместе
взятые. Первое, что сделали рэкетиры - это вновь ввели телес-
ные наказания; причем, делалось это всегда публично и, как
правило, при большом скоплении народа. Основным видом воз-
действия была порка розгами, но применялось также привязы-
вание к позорному столбу и вымазывание в дегте и вывалива-
ние в перьях. Девиц, которые пытались подработать возле
интуристовских отелей без специальных лицензий, раздевали,
брили наголо и отпускали с миром. Надо сказать, что такая
лицензия стоила очень дорого и по карману была только де-
вицам из зажиточных слоев, а простым девушкам оставался
только незаконный промысел, и многие рисковали, тем более,
что бритую девушку брить второй раз бессмысленно, а иност-
ранцам бритые девушки даже нравились, в этом было что-то
пикантное, да и стоили они в несколько раз дешевле. Блат-
ные ввели также и смертную казнь. Они использовали свой
традиционный метод - ставили человека ногами в таз, зали-
вали алебастром и сбрасывали в реку с моста. Чаще всего
для этого использовали Крымский мост. После введения таких
крутых мер неорганизованная преступность как-то сразу поу-
тихла, ушла на дно, но стычки между мафиозными кланами за
сферы влияния, как ни странно, все еще продолжались.
Одной из таких спорных территорий, из-за которой
развернулась самая настоящая война между армянской и азер-
байджанской группировками, стал район Таганской площади,
который москвичи прозвали Карабахом. Из-за большой войны
почти все армяне и азербайджанцы оставили свои родные мес-
та и переселились в Москву, благо, что прописка была отме-
нена как пережиток социализма, но и здесь они не смогли
ужиться. Часто по ночам жителей Таганского Карабаха будили
пулеметные очереди и глухие взрывы противотанковых мин, а
окна освещали зарева пожаров. Жгли коммерческие палатки и
магазинчики...`

Экзекуция уже закончилась, девушку развязали, но она все
еще продолжала лежать на прилавке, словно выставленный на про-
дажу товар, когда вдруг на площадь выехало две машины: мерседес
и вольво. Из первой машины выскочило трое человек кавказской
национальности с обрезанными автоматами и принялись поливать
очередями в сторону рэкетиров. Толпа бросилась врассыпную, а
рэкетиры, даже не успев вытащить пистолеты, упали на землю исте-
кая кровью. Сергей бросился за прилавок, на котором лежала де-
вушка, и растянулся на земле, используя этот прилавок как ес-
тественное прикрытие. И тут что-то мягкое и теплое упало на не-
го, и липкая густая жидкость потекла по его шее за шиворот. `Это
та девушка, - подумал он, - они убили ее!` Он попытался двинуть-
ся чтобы сбросить тело, но тут услышал шепот почти в самое ухо:
- Тихо, не шевелитесь.
Между тем, дверцы второй машины открылись. Из нее вышел
низкорослый пузатый мужчина с пистолетом в руке, подошел к уби-
тым рэкетирам, потрогал их носком ботика и еще по разу выстре-
лил в каждого из них. Затем все они сели в машины, и машины,
резко рванув с места, уехали. На площади не осталось ни одной
живой души кроме Сергея и девушки. Девушка осторожно сползла на
землю и села. Потом она тронула за плечо лежавшего на земле
Сергея:
- Эй, вставай! - сказала она низким, чуть хрипловатым, но
приятным голосом, - Они уже уехали.
Сергей поднялся и тоже сел. Девушка смотрела на него спо-
койно и сосредоточенно. Все левое плечо у нее было в крови.
- Ты ранена? - спросил он и показал на плечо.
- Нет, кажется нет! - ответила девушка и принялась рукой
вытирать кровь. Он достал из кармана платок и стал помогать ей.
Действительно, раны не было, очевидно, это была кровь бандита.
Вытерев кровь, девушка поднялась на ноги:
- Я пойду возьму одежду, она там, - сказала девушка и мах-
нула рукой в сторону площади. Она вышла на площадь, подошла к
одному из бандитов, присела рядом с ним на корточки и закрыла
ему рукой глаза, посидела так некоторое время, затем поднялась,
подошла ко второму и сделала то же самое. Потом она подняла
свою одежду и подошла к сидевшему на земле Сергею.
- Я оденусь, - сказала она, и он машинально отвернулся.
- Тебе их жалко? - спросил он.
- Кого?
- Бандитов.
- Знаешь как в писании сказано? `Прости им господи, ибо не
ведают что творят.`
- Понятно, - сказал Сергей.
- Что `понятно`? Ничего тебе не понятно! Если бы они могли
знать, что их ждет, я думаю они бы никогда не пошли на это.
- А кто вообще мог знать, что все будет именно так? Вот ты,
например, знала?
- Ну, конечно, знала, - сказала она как что-то само собой
разумеющееся, и прозвучало это настолько естественно и убеди-
тельно, что Сергею не захотелось больше спорить.
- Ну все, я готова, - сказала она через некоторое время.
Он обернулся: она стояла перед ним в коротенькой юбке и трико-
тажной кофточке.
- Как тебя зовут? - спросил он.
- Юлия, - просто ответила она, - Ну что, идем?
- Идем, - ответил он. - А куда?
- Ко мне.
- Нет, я не могу. Мне надо быть на работе, я итак уже
опоздал.
- Ну что же, раз надо - иди! - сказала она и вытащила из
сумочки авторучку. - У тебя записная книжка или бумажка найдет-
ся?
- Не знаю, - сказал он и начал рыться в карманах.
- Ладно не ищи, - сказала Юлия - Давай руку. Он протянул
руку и она прямо на ладони написала ему телефон, который он тут
же запомнил.
- Надумаешь, звони! - сказала она и пошла вверх в сторону
Садового кольца.

Глава третья

`ГАРЕМ СУЛТАНА`

На работе Сергея ждало неприятное известие: счет фирмы в
банке был заморожен, и в связи с этим зарплата сегодня выдавать-
ся не будет. Счет заморозили за неуплату в срок процентов по
кредитам.
Фирма, в которой работал Сергей ничего не производила, ни-
чего не покупала и ничего не продавала, и тем не менее фирма
процветала. Делалось все очень просто: под одной крышей работа-
ло несколько фирм, вначале первая фирма брала ссуду в банке,
допустим, под закупку продовольствия; никакого продовольствия не
покупала, а переводила все в доллары. Затем вторая тоже брала
ссуду, но уже в несколько раз большую, и из этих денег выплачи-
валась первая задолженность вместе с процентами. Затем третья
фирма брала новую ссуду и так далее пока очередь не доходила до
первой фирмы, и круг таким образом замыкался. В такой ситуа-
ции банк не нес никаких убытков, он получал свои деньги назад в
срок и с процентами. Правительство, которое поддерживало банки
тоже ничего не теряло, так как оно само печатало столько денег,
сколько ему было нужно, и только простые обыватели, каждый день
придя в магазин и увидев новые цены, по привычке ругали инфля-
цию, правительство и недорезанных буржуев-спекулянтов.

`...Все время нарастающие темпы гиперинфляции привели
к тому что стало невыгодно не только что-либо производить,
но даже стало невыгодно покупать товары и перепродавать их
дороже, то есть спекулировать...`

Надо сказать, что таким образом работало большинство фирм,
и такой бизнес считался одним из самых прибыльных. Единственное
условие - это хорошие друзья в банке, чтобы получить кредит, но
при наличии денег и это было не особенно большой проблемой.
Но вот и в этой хорошо отлаженной системе начали возникать
сбои. Задержалось получение очередной ссуды, в связи с этим
пришлось отложить платежи по предыдущей, и вот в результате за-
мороженный счет.
Известие об отсрочке зарплаты повергло всех в уныние. Ра-
бота не ладилась, руководство укатило в банк выбивать новую
ссуду, люди шлялись по офису, не зная чем заняться. Сергей все
время поглядывал на руку, подходил к телефону и снова отходил.
Наконец, но не выдержал и позвонил. Ответили сразу, словно че-
ловек сидел возле телефона и держал руку на трубке.
- Я тебя слушаю, - услышал он тихий спокойный голос Юлии.
- Откуда ты знаешь, что это я? - спросил Сергей.
- Знаю, - ответила она.
- Я сейчас приду, - сказал Сергей.
- Приходи, - сказала она и назвала адрес.

* * *

Едва он вышел на улицу, как к нему подошли двое крепких мо-
лодых парней и взяли его под руки.
- Не дергайся, - сказал тот, что был повыше ростом и со-
вершенно рыжий, но Сергей и сам уже понял, что сопротивляться
бесполезно. Они вывернули ему руки за спину и втолкнули в боль-
шую черную машину на заднее сидение. Дверцы захлопнулись и ма-
шина поехала.

* * *

Выйдя из машины и увидев, куда его привезли, Сергей уже в
который раз сегодня подумал, что он спит и видит сон. Вывеска
над дверью гласила: `Массажный салон `Гарем султана`. Только для
состоятельных клиентов.` И хотя на состоятельного клиента он
явно не тянул, тем не менее его ввели, а точнее втолкнули имен-
но в эту дверь.
Фойе, в котором он оказался, поразило его роскошью: обилие
лепнины, мрамора, ковров и позолоты. Едва Сергей очутился
внутри, как к нему подлетела девушка, вся одежда которой состоя-
ла из золотых туфель на высоком каблуке и павлиньих перьев, не-
понятно каким способом закрепленных у нее на попке в виде хвос-
та и спросила:
- Что господин желает?
- Господин ничего не желает, - ответил за Сергея один из
конвоиров, - Пахан у себя?
- Нет, уехал вроде куда-то, - сказала девушка.
- Черт... - выругался рыжий, - Послушай, Марина, у вас тут
есть пустая комната с замком?
- Не знаю, может быть кладовая? - ответила Марина с долей
неуверенности в голосе,- Только она.. там уже...
- Я знаю, это не важно, - перебил ее Рыжий - Проводи нас
туда.
Марина пошла впереди, показывая дорогу громко цокая каблу-
ками и помахивая своим павлиньим хвостом у Сергея перед самым
носом. Кладовая оказалась маленькой и темной. Сергея втолкнули
туда, и он упал на что-то мягкое.
Через некоторое время глаза начали привыкать к темноте, и
он увидел тусклую полоску света под дверью. Он попытался осмот-
реть помещение, но было слишком темно. Единственное что он по-
нял: комната очень маленькая и вся завалена каким-то тряпьем.
На ощупь он определил, что это было в основном нижнее женс-
кое белье, но попадались также платья и даже шубы. Он кое-как
сгреб эти тряпки в кучу, разровнял их и устроил себе нечто вро-
де постели, как видно, выбраться отсюда ему удасться не скоро и
имело смысл устроиться с комфортом. Он улегся на эту постель и
попытался уснуть, но сон не шел. И тут вдруг он услышал рядом с
собой какое-то шуршание. Вместе с ним в комнате явно был кто-то
еще, может быть человек, а может быть крыса.
- Кто здесь? - спросил он шепотом. Некоторое время было ти-
хо, а потом знакомый голос ответил:
- Не бойся, это я, Юлия, - и мягкая теплая рука дотронулась
до его плеча.
- Ты? Как ты сюда попала?
- Так же как и ты - на большом черном автомобиле. Или ты ду-
маешь, что я здесь работаю?
- Нет, я так не думаю, но все это как то...
- Ну вот и хорошо, что ты так не думаешь - сказала она, и
вторая мягкая и теплая рука обняла его. Он почувствовал, как те-
ло девушки прижалось к нему, и желание начало разливаться по
его телу.
- А почему ты сразу не сказала, что ты здесь? - спросил он.
- А откуда я могла знать, что это ты? Это мог быть один из
клиентов, который слишком много выпил и не в меру разошелся. И
вообще, тебе не кажется, что ты задаешь слишком много вопросов?
Он хотел ответить, но в этот момент она нащупала своими гу-
бами его губы и припала к ним, так что слова остались несказан-
ными и тут же забылись, потому что желание его продолжало рас-
ти, и, казалось, этому полету вверх не будет конца. Он сунул свою
руку ей под кофточку, провел по гладкой и тонкой коже, добрался
до упругой и нежной груди, дотронулся до набухшего соска, и в
этот момент ее рука мягко, но настойчиво убрала его руку.
- Ты извини меня, но пожалуйста не надо, - сказала она и
слегка отодвинулась от него.
- Почему? - спросил он и почувствовал себя идиотом.
- Ты только не обижайся, но так будет лучше, и в первую
очередь для тебя.
- Понятно, - сказал он и замолчал.
- Эй, ты что, обиделся? - она легонько потрясла его за пле-
чо.
- Нет, почему?
- Ну я же вижу.
- Как ты можешь видеть в такой темноте?
- Все равно. Ты просто не представляешь как это может плохо
для тебя кончится.
- Как плохо? Прививку от СПИДа мне сделали еще в школе. А
тебе разве не делали? Сейчас же всем делают.
- Разумеется мне тоже делали прививку, но не в этом дело,
совсем не в этом... - она замолчала.
- Если не в этом, тогда в чем? - спросил он, немного подож-
дав.- Объясни мне, я пойму, если только это не секрет.
- Да нет, какой там секрет... - она замолчала, очевидно ста-
раясь подобрать слова, - Просто я не знаю, как это объяснить. Я
боюсь, что ты не то что не поймешь, а просто мне не поверишь.
Дело в том, что я не простая девушка, ну, словом не такая как
все. Со мной что-то происходит. Даже не то что со мной, а со
всеми, кто имеет со мной дело. Ты же сам видел, что произошло с
этими ребятами, которые пороли меня на площади!
- С этими бандитами? Ну и что с ними произошло такого осо-
бенного? Обычная разборка, борьба мафиозных группировок за сфе-
ры влияния! По телевизору такие вещи показывают каждый день, по
-моему все уже давно привыкли.
- Да нет, дело не в этом, ты не понял. Ну ладно, хорошо, я
попробую тебе рассказать про своего первого парня, как у нас с
ним все это получилось.

* * *

Он учился вместе со мной в одном классе, в 10 А. Звали его
Вячеслав, Славик. Это был высокий красивый и очень здоровый па-
рень, он занимался спортом и, как все спортсмены, был несколько
туповат, но зато он всегда был очень веселым и жизнерадостным.
Нашим девчонкам он нравился просто безумно, чего они только не
вытворяли чтобы подцепить его, но он почему-то выбрал меня. И
вовсе я была не самая красивая в классе, а тем более в школе.
Ты потом поймешь, почему я так подробно о нем рассказываю.
Итак, мы начали с ним встречаться: гуляли, ходили в кино, иног-
да я бывала у него дома, и каждый раз, он мягко но настойчиво
пытался затащить меня в постель, но мне каждый раз удавалось
этого избежать, и я думала, наверное, что все это будет продол-
жаться до бесконечности. Не знаю почему я тогда отказывала ему,
нельзя сказать чтобы он мне не нравился, напротив, мне было при-
ятно с ним, приятно видеть завистливые глаза подруг и их плохо
скрываемое любопытство: `Ну как он?` (кстати, они никак не хо-
тели мне поверить, что я с ним не сплю). Умом я прекрасно пони-
мала, что для него это очень важно и нужно, даже чисто в физио-
логическом смысле, и что до бесконечности он терпеть не будет,
а найдет какую-нибудь девицу которая с удовольствием удовлетво-
рит эту его потребность, благо, что желающих вокруг предостаточ-
но, но ничего поделать с собой не могла. Порой я даже говорила
себе: `Все, хватит тянуть, сегодня же отдамся ему, если, конеч-
но он этого захочет`, но как только доходило до дела, словно
какой-то барьер вставал у меня внутри, и я не могла через него
переступить. Наверное все дело было в моем воспитании. Моя мать
была очень религиозна, и воспитала меня в духе неприятия всего
греховного, а все что было связано с сексом, в ее понятии, было
греховно в первую очередь.
Все это продолжалось очень долго, почти год, и закончилось
в один день, а говоря точнее, ночь - Новогоднюю ночь.
Родители Славика отправились встречать Новый год к своим
друзьям, оставив в его полном распоряжении квартиру, а он приг-
ласил меня, и я конечно же согласилась, решив про себя что на
этот раз у нас все будет как у всех.
Сначала все шло по плану: шампанское, икра, салат с краба-
ми, новогодняя программа по телевизору, мы зажгли свечи, выклю-
чили свет, потом мы долго танцевали, и тут он начал меня разде-
вать. На этот раз я не стала ему мешать и дала раздеть себя до
конца, но когда я сидела на диване совершенно голая, и он уже
начал стаскивать рубашку с себя, во мне опять что-то произошло,
словно сработал предохранитель, и я сказала:
- Не надо.
- Что, не надо? - от неожиданности он даже не сразу понял.
- Раздеваться не надо. И дай мне пожалуйста мою одежду.
- Опять, да? - он очевидно начал выходить из себя, - Ну
сколько все это может продолжаться? Вот что, ничего ты не полу-
чишь, пока не согласишься, - сказал он, сгреб всю мою одежду,
засунул ее в шкаф, а шкаф запер на ключ.
- А если я не соглашусь?
- Пойдешь домой такая, какая есть.
- Но ведь я же замерзну! Ладно бы летом, но сейчас! Неужели
тебе меня не жалко? - спросила я.
- Нет, - ответил он.
- Совсем-совсем не жалко? - переспросила я притворно жалоб-
ным голосом. Эта игра почему-то начала меня забавлять.
- Совсем, - подтвердил он.
- Ну что ж, ничего не поделаешь, - сказала я тяжело вздох-
нув, - Придется идти голышом, - я встала и пошла в прихожую, он
двинулся за мной. Там я сняла с вешалки свое пальто, он у меня
его отобрал, заодно отобрал также шапку и сапоги.
- Оставь хоть сапоги, ирод, ведь снег на улице! - взмоли-
лась я. Он подумал и сапоги вернул. Он, как видно, тоже вклю-
чился в эту странную игру, и игра эта доставляла ему удовольст-
вие, едва ли не большее, чем мог дать сам половой акт. Он смот-
рел, как я одеваю сапоги, и я невольно видела себя его глазами:
голая и в сапогах на высоком каблуке я, действительно, выглядела
очень эффектно. Я встала и медленно прошлась по коридору.
- Открой дверь, - сказала я. Он открыл дверь, и я вышла на
лестничную площадку. - Ну что ж, прощай, мы наверное больше с
тобой не увидимся!
- Наверное. - сказал он. Я сделала несколько шагов и обер-
нулась, - он стоял в дверях и смотрел на меня.
- Кстати, а кто живет там? - спросила я, указав на дверь
напротив.
- Многодетная семья - муж с женой и четверо детей. Я думаю,
что они уже спят.
- Нет, это не подойдет. А там? - спросила, я показав на
дверь рядом.
- Какой-то кооператор, точно не знаю.
- О, это уже интересней! А сколько ему лет?
- Понятия не имею. Лет тридцать пять, а может и сорок.
- Староват конечно, но ничего, сойдет.
- Ну и что ты собираешься делать? - спросил он наконец.
- Попрошусь погреться, не замерзать же мне, в самом деле,
во цвете лет!
- А, - сказал он, - Ну давай!
Я решительно подошла к двери и нажала кнопку звонка, и в
этот момент Славик взял и захлопнул свою дверь. И только тут я
поняла, в каком идиотском положении я оказалась: одна, голая, на
чужой лестничной площадке. За дверью послышались шаги, и я опро-
метью бросилась вниз по лестнице. Остановилась я только этажом
ниже. Мне было слышно, как наверху щелкнул замок, открылась
дверь, кто-то вышел, потоптался, выругался в пол-голоса, и
дверь снова захлопнулась. Стало тихо. Но тут заработал лифт.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ



Док. 119361
Опублик.: 20.12.01
Число обращений: 1


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``