Глава Минздрава допустила введение четырехдневной рабочей недели в России
ДЕПУТАТ Назад
ДЕПУТАТ

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

ЕВГЕНИЙ КУКАРКИН
ДЕПУТАТ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
КАНДИДАТ

- Ну так что мужики? Начнем компанию по моим выборам? - сказал я вы-
ливая остатки из бутылки в стакан.

- Попробуем... Конечно! - нестройно загалдели мужики, прикладываясь к
разбитым и грязным пивным кружкам или пол литровым баночкам с отгрызен-
ными краями, наполненными мутнокоричневой жидкостью.

Меня уже как месяц выперли с работы. `Формулировка, `по сокращению
штатов`, повисла надо мной, как дамоклов меч. Ни одна приличная органи-
зация не берет меня с такой формулировкой. Везде требуются строители,
работяги технических специальностей, просто работяги, а инженеры по оп-
тике почему-то не нужны. Пошатавшись по пивным и кабачкам, я пришел к
выводу, что пора идти в политику, тем более что все злачные заведения
политизированы настолько, что одна пивная за демократов - куда не пуска-
ют коммунистов, другая за коммунистов - куда не пускают демократов,
третьи - нейтральны, где бьют физиономии и демократам, и коммунистам.
Так я приперся к нейтралам и предложил друзьям-алкоголикам выбрать меня
депутатом от их округа в Верховный Совет России.

Ко мне пробрался Доходяга, худой мужичонка, с мешками под глазами от
непробудного пьянства и слегка заплетающимся голосом промычал:

- Вася, а как насчет того, чтобы промыть эту идею?

- Это мы сейчас сделаем, но сначала все обговорим. Нужен хотя-бы ка-
кой-нибудь организационный комитет. Нужно собрать средства и собрать
1000 голосов, для регистрации в кандидаты.

- Вася, возьми меня в комитет. Ко мне подошел прилично одетый парень
в шляпе.

- Меня звать Николай. Времени у меня свободного хоть отбавляй, я
конструктор в КБ. Вместо перекуров могу и с тобой поработать. А вообще
тошно от такой жизни, возьми меня. Может чего-нибудь помогу.

- Хорошо, Николай. Еще кто в комитет?

- Вася, я тебе тетку Нюрку сосватаю. Бой-баба. Она тренером по аэро-
бике работала. Энергию девать некуда, - забубнил под ухо Доходяга, -
Когда пить-то будем?

- Погоди. Ну так что, мужики? Есть еще идеи?

- А я в своем прокатном всех парней на ноги подниму и на голову пос-
тавлю, если надо, - выступил черномазый парень.- Только ты, антилигент,
не очень-то против рабочего классу.

- Все будет в порядке. Программу объявлю завтра. А вы ребята,- обра-
тился я к Николаю и Доходяге, - завтра здесь и с тетей Нюрой. Эй, Макс,
вот денежка, каждому по две кружки пива.

- Вот это дело!- обрадовался Доходяга.

У меня семья. Жена Маша и дочка Наташа.

- Куда? В депутаты? Да у нас за квартиру за два месяца не уплочено, а
он видите, в депутаты. Лучше б пошел в порт, там все умные люди грузчи-
ками работают. Вон Лизка говорила, что ее муж кандидат, да Валькин -
заслуженный изобретатель, тоже выгнанные, а вкалывают на погрузке ваго-
нов в порту.

- Дура. Депутат - это когда зарабатываешь больше, чем министр и не
хрена не делаешь.

- Так что ж по-твоему, Верховный Совет ни чего не делает? Только ду-
рака валяют?

- Естественно. Делают вид только, что для народа работают.

- И ты в дураки хочешь.

- Если такую зарплату дают, то сработаю и дураком. Жена махнула на
меня рукой. Только дочка очень обрадовалась. Она тут же сочинила стихи.

- Весь народ ужасно рад - папа дивный депутат.

- Умница ты у меня, дочка. Это не мамочка со своей зарплатой.

На следующий день я познакомился с тетей Нюрой. Это была женщина ог-
ромного размера и, действительно, неуемной энергии. Смерив меня взглядом
она сказала:

- Так ты что ли, кандидат? Ага, не толстый, хорошо. Не люблю с от-
кормленными рожами. Очки есть у кого? На, надень. Я надел.

- Не, не пойдет, так у тебя лицо больно умное, снимай. Главное, что
не толстый.

Она достойно оценила меня по внешнему виду и я почувствовал, что пон-
равился.

- Какая твоя программа?

- Мужики, дамы и господа,- большинство присутствующих заулыбалось,-
Моя программа для всех социальных слоев общества.

- Во дает!- влез Доходяга.

- Не перебивай. Что я хочу? Это прежде всего, что бы все жили хорошо.
Для этого нужно: повысить пенсии пенсионерам, инвалидам, участникам вой-
ны, блокады и одиноким матерям. Всех наших ментов перевоспитать в уважи-
тельном духе к простому человеку.

- Правильно, - опять вякнул Доходяга, - А то они бьют и бьют.

- Заткнись, не мешай,- гавкнул на него Николай, - человек волнует-
ся...

- Для этого провести реформу милиции, всю моторизировать или посадить
на лошадей, открыть академии и школы и воспитывать, как за рубежом. По-
низить цены на необходимые продукты питания и прежде всего на водку.

Гул восторга прошелся по залу.

- Таким образом, три главных пункта. Это социальное обеспечение, это
реформы милиции, это экономические реформы. Ну как?

- Пойдет. Нормально. Голосуем, - послышались голоса.

- Включи в программу женский вопрос,- подала голос тетя Нюра, - Чтоб
был закон об охране материнства, воспитании детей и ответственности му-
жиков за это дело.

- Дельное предложение товарищи. Может у кого еще будут предложения?
Только прошу, по существу.

- Сантехник, сволочь, третью неделю не идет. Вся квартира в говне, с
верхних этажей течет. Порядок навести надо, - заикаясь, произнес парень
в темном углу.

- Мы о деле, а ты с говном. - пытался присечь его Николай.

- Постой. - сказал я - Все нужды людей должны учитываться, даже с
говном и мы должны делать выводы. Во-первых, возьми на заметку, позвоним
в ЖЭК, потом в партком, не среагируют, подключим прессу, организацию
объединенных наций, европейский парламент, в крайнем случае, развесим
везде плакаты с указанием лиц виновных и устроим трамтарарамм в районе.

- Это правильно. - заметил чернявый - Давить эту контру надо.

- Таким образом, необходимы реформы в области социального обслужива-
ния, то есть, перехода их на хозрасчет, без всяких дотаций. Тогда они
сами, чтоб заработать денежку прибегут вылизывать говно.

- Во дает? - опять заверещал Доходяга.

- Ты, Николай, все записывай. У тебя в КБ размножить программу можно?

- Можно. Два отдела ни хрена не делают, так что один загружу.

- Тогда, подредактируй ее и давайте поднесем ее к метро, необходимо
собрать подписи.

- Я могу это сделать. - сказала тетя Нюра - Я еще своих женщин собе-
ру. Мы у каждого метро встанем.

- Добро. К сведению заинтересованных лиц. Мое бывшее предприятие, в
лице `черной кассы`, подкинет денежку на предвыборную борьбу.

- Ура! - заорал Доходяга, - Вася, с тебя по кружечке.

К моему удивлению, я относительно легко набрал 1000 голосов и решил
подготовиться к настоящим выборам, а вдруг, дуриком и проскочу. У меня
уже организовался свой комитет из Николая, женщин активисток, двух мужи-
ков из кабака и добровольцев, недовольных жизнью. Исполком района вынуж-
ден был зарегистрировать меня и выделить деньги на предвыборную агита-
цию. У нас не было помещения для собрания комитета и тетка Нюра предло-
жила использовать одинокий домик туалета, заколоченный, как и все туале-
ты в городе, досками. Нюра сбегала к знакомой уборщице в Исполком и при-
несла бумагу от комитета народного образования, с разрешением использо-
вать помещение N..., по улице... для нужд воспитательной работы. Мы при-
вели помещение в порядок. Застелили писуары досками и получили приличную
скамью. Стены кабинок, кроме одной, заделали агитационными щитами и
приступили к работе.

Для привлечения внимания населения туалет снаружи окрасили всеми цве-
тами радуги и расписали цитатами из моей предвыборной программы. Сначала
мы заготовили красивые плакаты, которые выставили у метро. Доработали
доходчиво программу, которую наши активистки написали на огромном листе
бумаги и повесили на стену. А я начал турне по району, с предвыборной
агитацией.

На первом же крупном предприятии, я пообещал все, что они просили.
Перед этим выучил программу, красиво натасканных из литературы, всяких
лозунгов и, в конце, подчеркнул, что пострадал за справедливость, выра-
женную в критике недостатков работы моего предприятия, отчего меня и
выгнали.

- Ребята, - сказал я рабочим в заключение - Что мы имеем? Ничего! Да-
же водку и ту, по спец карточкам выдают. И только пикни, что хотим все
покупать и пить свободно, так тут же наши начальники кричат, что я не
вписываюсь в систему и, как результат, вышибают с рабочих мест. Выберите
меня и я добьюсь, что все будет, даже продукты и цены на них снизим.

Это понравилось работягам. А секретарь райкома, мой оппонент, явно
переиграл и я получил первую поддержку масс.

Меня вызвали в исполком в комнату 26.

- Василь Андреевич, - вежливо начал мужчина, одетый как с иголочки, -
я пригласил вас сюда, что бы поговорить с вами, о вашей предвыборной
программе.

- Простите, вы откуда?

- Я из органов.

- Мутант?

- Нет, из правохранительных органов.

- А что, у нас есть еще и такие?

- Что такие?

- Да органы же.

- Да есть.

Лицо мужчины стало наливаться кровью.

- А... Так я вас внимательно слушаю.

- В своих речах и программе вы в извращенном свете представляете наши
органы милиции.

- Простите. Моего друга, Стаса ваши органы схватили за лишнюю кружку
пива. Представьте, пьет Стасик пиво с друзьями, ну и как положено, обоз-
вал дружка козлом вонючим. Тут проходили мимо менты и, услыхав последний
возглас, приняли его как оскорбление на свой счет. Они - к Стасику. И
как он не объяснял, что козлы не они, а друг, его забрали, избили и от-
няли все деньги. Да еще сказали, что он хорошо отделался и ему вредно
пить лишнюю кружку пива. А вот еще. Друг Кешка не мог сходить на улице в
туалет, они же все в городе забиты. Он забежал за дом и стал писать на
угол. А тут милиция. Они его хвать и в участок. Так как он был не пьян,
его не излупили, а взяли штраф в 25 рубликов и отпустили. Он вышел с
участка и трезво рассудил. Деньги-то взяли, а пописать, он не пописал.
Он опять пристроился к углу. Тут опять милиция. Опять в участок. Тут его
уже отлупили основательно. А вот еще...

- Стоп, - завопил уполномоченный, - Хватит. Вы подрываете основы
власти.

- Помилуй бог. Прервал его я. Ни в коем случае. Просто на последнем
выступлении секретарь обкома партии сказал, что мы живем в самой лучшей
стране. Я, просто, добавил - `дураков` и объяснил, что только в дурацкой
стране, тебя может милиция избить не за что, выгнать с работы не за что
и вместо выпуска товаров, выпустить карточки на еду. Уполномоченный с
ненавистью посмотрел на меня.

- Пошел вон. Мы до тебя еще доберемся, после выборов.

Я пришел в один из институтов на проведение предвыборной агитации.
После зачтения программы приступили к дебатам.

- Как вы относитесь к интеллигенции? - задала вопрос мадам - сухарь.

- Положительно.

- Не пора ли ей вырваться из рамок консерватизма.

- Естественно. Сломаем ворота загона и выпустим галопом на свободу.

- А вы относитесь к коммунистам? - обратился пожилой мужик.

- Хорошо. Они даже иногда бывают людьми.

- В вашей программе нет ни слова об экологии. Этим разве вы не хотите
заниматься?

- А как же, очень хочу. И экологией, и ихтиологией, и психологией,
много чем другим хочу. Но видит бог, даже с женой Машкой, переспать не-
когда.

В зале возникло оживление.

- Простите. - выступил тощий хлюпик. - Какую музыку вы любите?

- Какую закажут.

- Я не об этом. Хит, репс, поп...?

- Конечно, конечно и гоп, и хлоп, и топ...

- А как вы относитесь к сексуальным меньшинствам? - пропищала нама-
занная девица.

- Так же как и к сексуальному большинству.

Я чувствовал, что очень понравился интеллигенции.

На меня обратили внимание не только правохранительные органы, но и
местные мафиози. Меня грубо втиснул в машину шкаф с маленькой головкой,
стриженной под бобрик, и отвез на конспиративную квартиру, в 11 подъезд
Смольного. В кабинете сидели маленький толстенький с залысинами мужик в
очках и огромного размера молодой парень со светлыми, зачесанными назад
волосами.

- Так это вы, Криволапченко? - спросил молодой. Это была первая и
последняя фраза, которую он произнес во время нашего разговора. Он дос-
тал из кармана пятак и начал мять его пальцами.

- Вроде я. Но это только фамилия.

- Меня зовите Семен Семенович, - быстро и важно заговорил маленький,
- Я доктор химических наук, председатель общества слепых, ведущий прог-
раммы антиспид и, так сказать, не последнее лицо в этом районе. Меня
ха...ха даже крестным папулей зовут, ха...ха. Вот черти. А это, - он с
любовью ткнул рукой в молодого громадину, смахнув со стола несколько бу-
маг, - мой бухгалтер, по совместительству охранник. Он мой крестный пле-
мянник.

Молодой слегка улыбнулся и кивнул головой. Согнутый пятак со звоном
полетел в угол комнаты.

- Я уже давно и внимательно приглядывался к вам и понял, что лучшего
кандидата в депутаты от нашего города нет.

- Я тоже так думаю и знаете почему? КГБ пригрозило, если не буду де-
путатом, они меня уничтожат.

- Ерунда, мы с Колькой в одной упряжке. Я ему только позвоню и он тут
же изменит к тебе отношение. В последний раз мы с ним в сауне баб гоня-
ли. Ха...Ха...Ха...- вдруг заржал Семен Семенович - Он еще тог-
да...Ха...Ха... Триппер подхватил. Вот дома у него потеха была.

- А вы?

- Я его обманул... У меня импотенция.

- А может вы и с райкомовскими столкуетесь, чтоб на меня не давили?

- Нет. Я с ними порвал отношение. Они, засранцы, мне бизнес сорвали.
Пригнали из Бобруйска шесть рефрижераторов с конской вонючей колбасой. Я
говорю Володе, первому секретарю, отдай их мне, все равно жрать невоз-
можно, я в Грузию двину по большой цене. А он мне: `Мне народ кормить
нечем, смотри все прилавки пусты. Мы эту колбасу, марганцовкой промоем,
а сверху раствором тушенки из неприкосновенных запасов протрем, чтобы
запах отбить.` Весь город неделю жрал колбасу и конечно хвалил партию.
Мать их. В этот момент бухгалтер сплюнул на пол. И достал еще один пя-
так.

- Ну, ты, не свинячь, это тебе не Эрмитаж, это Смольный. Так на чем
мы остановились? - он почесал затылок, - Да, мы решили ставить на вас.
Деньги на предвыборную компанию дадим. Зарплату дадим. Консервы дадим.
Водку само собой. Сауну с девочками и массажистом дадим.

- А воблу и дополнительные талоны на собачьи сосиски?

Тут он задумался.

- Да, придется потратиться... Но достанем.

- За что такая благодать?

- Ты - мне, я - тебе. Будешь депутатом, нам поможешь. Завтра к тебе
придет наш массажист. Он в политике, во... разбирается. Все эти охламоны
из Смольного, исполкома и КГБ у него моются. Так что он много наслушался
и много знает. В экономике поможет валютная проститутка Валька, она фи-
нансово-экономический закончила. Пока снимем временно с работы и напра-
вим к тебе в помощь. Во в деньгах разбирается. Все курсы наизусть знает.

- Простите, какие курсы?

- Валютные. Ну так как, по рукам?

- По рукам.

Громила отвез меня домой, таким же способом, что и привез..

На следующий день ко мне пришел массажист Жора, тощий прыщавый малый
и валютная проститутка Валька, конструкции Монро, но русского размера.
Они принесли записку от Семен Семеныча, что вчера в то время пока мы с
ним говорили, на обкоме разбирался вопрос об уборных. Было решено, все
туалеты в городе отремонтировать, заменить сантехнику и открыть, к
предстоящим выборам. Меня же хотели выкинуть из туалета и лишить предвы-
борного центра. Через 10 минут, прибыл нарочный из исполкома с распоря-
жением об освобождении помещения в 24 часа для ремонта. Мне было не до
советников и я отпустил их. Примчался комитет и началась организационная
подготовка к борьбе. Николай рисовал плакаты. `Руки прочь от нашего туа-
лета - последнего оплота трудящихся`, `Партия и наш туалет не совмести-
мы`, `Трудящиеся России, оберегайте наш туалет от посягательств милиции
и исполкома`. Тетя Нюра с активистками пошла собирать народ в пикеты.
Запивохи пошли по кабакам собирать алкоголиков, которым за победу я поо-
бещал по кружке пива.

Народу пришло человек 150. Рабочие притащили красное знамя. Были еще
два плаката от молодежи, с призывом бороться за независимость, последне-
го участка свободной земли и за разумный демографический взрыв. Подъеха-
ла милиция и встала цепью. Ко мне подошел капитан.

- Товарищ Криволапченко, освободите помещение.

- Неужели силу примените?

- По инструкции придется.

- Мне вас жаль, товарищ капитан. Вы нарушаете законодательство. Во-
первых, исполком не предоставил мне других помещений, для подготовки
предвыборной борьбы, а выдал вот эту бумагу с разрешением. Во-вторых, по
закону вы не имеете право применять ко мне, как к кандидату в депутаты,
физического воздействия, мешать проведению агитации или посягать на мою
жизнь. Я пригласил иностранцев и прессу. С этими словами я показал на
журналистов, снимающих наши плакаты, туалет и обстановку вокруг него.

Тут к нам подлетела маленькая женщина с микрофоном в руке.

- Простите вы капитан?

Она стала подпрыгивать, чтоб увидеть его звездочки на погонах.

- А вы, что здесь делаете?

- Я репортер из телевидения, по совместительству независимый техник
из радиокомпании. Вот, - она протянула ему удостоверение.

- У вас есть разрешение на съемку?

- Конечно. Вася, - она позвала одного из своих помощников. Подошел
огромный мужик, в разодранных джинсах и порванной до пупа рубахе с каме-
рой в руках.

- Вася, требуют документы.

- Это мы сейчас.

Вася развернул сумку, которая висела за его спиной.

- Вот справка о местожительстве, из колонии, документ, что я неглас-
ный сотрудник милиции. Ага, вот, что надо. Разрешение от референта вто-
рого секретаря райкома партии, а вот и от обкома партии, кем-то подписа-
ное.

- Скажите, товарищ капитан, вы будите нападать на защитников туалета?
Если будите, нельзя ли повторить нападение несколько раз, необходимо
снять дубли, - запрыгала опять маленькая женщина. - И потом, иностранцы
волнуются, вы слезоточивый газ, стрелять или армию применять будите?

- Ни чего не будем применять.

- Тогда прошу вас, бейте граждан почетче, с размаха, а то все будет
смазано на экране. Вася, снимаем.

Женщина затараторила в микрофон.

- Здравствуйте уважаемые граждане. Сейчас на защитников одного из ту-
алетов нашего города будет совершено нападение милиции. В очередной раз
милиция, проявляя заботу о защите свободы и демократии будет громить,
вооруженные плакатами и лозунгами толпы, которые не дают свободно писать
и какать гражданам города. Ну, начинайте же, капитан.

У капитана отвисла челюсть, он развернулся и побежал к машине.

Через минут 20 он примчался ко мне.

- Исполком согласился с вами, живите в туалете, но нельзя ли убрать
эти плакаты. Иностранцы смотрят.

- Ну и что тут такого, пусть смотрят. Теперь они увидели, что наш на-
род не отдаст свой любимый туалет ненавистной номенклатуре. Капитан пос-
мотрел на меня как на сумасшедшего и пошел пошатываясь, собирать мили-
цию, чтоб убраться восвояси. Жора и Валька вбивали мне в голову пропис-
ные истины.

- Значит так, - говорил Жора - Кораблева, мы столкнем. Он первейший
прохвост, хотя зам пред исполкома. Он купил в Белорусии эшелон гомель-
ской картошки, зараженной от Чернобыля, и продал в городе, как прибал-
тийскую. Круглов - сволочь. Директор завода, купил за счет завода, кре-
маторий и теперь срывает чаевые с похорон. Сысоев - трус, как и все чле-
ны бюро райкома партии. Мы ему промоем мозги в парадной, все будет хоро-
шо.

- Остался сам секретарь.

- С ним, в основном, и будем бороться.

Начались телевизионные дебаты. Мы кинули монетку и первым пришлось
выступать секретарю обкома.

- Товарищи. - начал он - наша партия это монолит, стена, голова наро-
да. Сколько нас не били по голове, но наш монолит не треснул, все выдер-
жали: и воину, и целину и перестройку. Мы и дальше выдержим все и нам не
страшны всякие США, Израиль и африканское королевство Слоновая кость.
Правда мы очень самокритичны, у нас были недостатки. Мы раньше резали,
вешали и убивали свой народ, гоняли его по Гулагам, но то была необходи-
мость. Петр первый, ради могущества государства, по заниженным данным,
уничтожил 5 миллионов людей, мы ради могущества уничтожили в 10 раз
больше. Но это, подчеркиваю, было раньше. Теперь мы никого не убиваем,
разрушили Гулаги и даже, пол года тому назад разрешили инакомыслие и
свободные выборы. А почему, да потому, что наша партия ведет только к
победе коммунизма. Все трудности, которые мы переживаем сейчас нам не
впервой. И раньше было трудно. Но наша партия живет вместе с вами това-
рищи и знает и живет вашими трудностями. Поэтому чтобы идти вперед, не-
обходимо опереться на могущественное плечо партии, не ее монолит и по-
мочь нам с выборами. Все голосуйте за нас. Я кончил.

- Вы сэкономили 14 минут и 24 с половиной секунды, они вам потом зач-
тутся. - проговорил ведущий. - Теперь вы товарищ Криволапченко.

- Мой брательник Жора, - начал я - работая в сельхозинституте, напи-
сал диссертацию `Роль навоза в развитии народного хозяйства в СССР`. Он
объездил много стран и выяснил потрясающую картину. Оказывается наш на-
воз, требует дополнительных трудозатрат и переработки. Представьте.
Бельгийский навоз, из под коровы и сразу на поля, французский - тоже и
навозы других стран - без затруднений, а наш - два года выдержки, да еще
размешивать с человеческим дерьмом надо, чтобы лучше росло. Это я к че-
му, к защите диссертации Жорика. Его диссертацию забраковали, а почему?

Выступил ученый секретарь института, а он оказывается нашей партией
сюда назначен, был раньше парторгом банно-прачечного предприятия и ска-
зал: `Вы говорите, что навоз жидкий, от того, что жрать зимой коровам
нечего, так это ложь. Последние наши разработки с опилками, позволили
коровам даже иногда доится`. Потом выступил зам по науке, он тоже недав-
но, был переведен партией с партийной работы железнодорожного техникума.
Он тоже заявил, что поклеп на корову. Раньше, - сказал он - коровы даже
в зиму у железной дороги паслись. Народ наш добрый, из окон вагонов от-
ходы выбрасывал и ничего, коровы давали навоз ядреный. Потом выступил,
зам по быту, а он бывший комсомольский секретарь, прислала партия на ук-
репление в институт. Тот прямо заявил, почему нет в диссертации руково-
дящей роли партии в производстве навоза. Выступление закончил директор
института. Он только год, после смерти академика, принял эту должность,
после того, как завалил работу в обкоме в отделе пропаганды. Директор
сказал, что мысль о том, что корова должна жрать круглый год интересная.
Необходимо провести эксперименты, исследования и поэтому, над диссерта-
цией надо поработать, а сейчас отложить.

Я все к чему говорю, да еще в предвыборной компании, да потому, что
если бы партия не вмешивалась даже эту, науку, у нас давно бы был при-
личный навоз.

Следующие кандидаты, тоже почему-то перешли к коровам. Директор кре-
матория заявил, что ему все равно какая корова дохлая или нет. Сейчас
они все такой формы, что идут либо на животноводческие фермы, либо как
кости, вместо мяса высшего сорта. Поэтому необходимо голосовать за него,
так как он не демократ и не коммунист и собирает прах тех и других в од-
ной урне.

Выступил зам пред исполкома, говорил, что поклеп на нашу партию в
приведенном примере, так как город, не смотря на отсутствие жратвы, дает
столько отбросов, что хватает и на свиней. А на полях ни чего не растет
не от навоза, а от куриного помета, так как председатели колхозов, не
выполняют решение 20, 21, 22, 23 партии о развитии сельского хозяйства и
постановления семнадцати пленумов ЦК КПСС. Было много звонков телезрите-
лей и все о навозе. Оказывается во многих колхозах добавляют в навоз
нитраты и фосфаты, что неблагоприятно влияет на экологическую обстановку
в стране. И есть один совхоз, который навоз разбрасывает сеялкой, чтобы
равномерно распределить по площадям. Были предложения зрителей, распы-
лять навоз с самолета и оказывается во всем виновата партия и если бы не
она, то творческий порыв масс заработал во всю.

Ко мне домой позвонил Сысоев и предложил встретиться в ресторанчике
`У лукоморья`. Он тоже мой конкурент. Я согласился, поехать на эту
встречу.

Стол был завален бутылками с водкой и закуской. С Сысоевым находились
два мужика уголовной наружности.

- Знакомьтесь. - представлял Сысоев - от русской национальной партии,
Герман Герц, от партии `Русский мозг` Мусаил Шуруфутдинов. Давайте
друзья, будем вести себя непринужденно и поговорим о всех наболевших
вопросах в дружеской попойке за столом.

- Давайте, - сказал я и разлил водку по стаканам. - Только одно не
пойму, как вы Сысоев, член обкома партии, и в такой компании с национа-
листами?

- Долгая история. Одно скажу, мы их вскормили, вспоили, взрастили и
теперь это наша последняя опора и надежда в битве за коммунизм. Мы выпи-
ли по стакану и Сысоев поспешно разлил еще.

- Слушай, Вася, - по панибратски обратился он ко мне, - уступи мне
дорогу в депутаты.

- Что же я получу взамен?

- Квартиру, путевку за границу, дачу, работу в стат управлении, маши-
ну, три мешка картошки, талоны на водку за десятерых и поддержку этих
ребят на выборах в городской совет. Пойми, в городском совете, тоже нуж-
ны оппоненты нашей партии. `Чем больше идиотов у власти, тем продуктив-
нее власть` - говорил представитель ЦК приехавший вчера сюда в город.
Ну, так как, согласен?

- Я еще весь во внимании. Лучше выпьем.

Ребята поклонились мне и все хлопнули по второму стакану. Сысоев раз-
ливал третий. Мы выпили и третий стакан. Ребят развезло.

- Вася, - уже пьяным голосом проговорил Герц - ты сейчас выступаешь,
как беспартийный. Уважаю. Но лучше иди к нам. Ты не в очках, значит наш
русский. Наша программа во... Как что, так в морду. Поможем на выборах.

- Нет, лучше к нам. - приник к моему плечу Шуруфутдинов и зашептал на
ухо - У нас оружие, танки, есть два самолета, а вчера ребята обменяли за
вагон презервативов, ракету с ядерным зарядом. За нами сила.

- Спасибо мужики, но не могу.

- А давайте, - предложил Герц - разыграем на монету, кого из вас вы-
бирать.

- Ты меня уважаешь? - спросил Сысоев - Если уважаешь, давай на моне-
ту. При свидетелях.

- Валяйте.

Герц достал из кармана юбилейный рубль.

- Если орел, значит Сысой, если решка, то Вася.

Герц подбросил рубль к верху и он шлепнулся в тарелочку с черной ик-
рой, где и утонул.

- Нет, нет, нет... Перекидывать не будем. Я сейчас.

Герц взял ложку и стал выкидывать икру на стол.

- Решка, Вася ты победил. Все Сысой, катись к черту. Сысоев стал пла-
кать, рукой размазывая слезы по щеке.

- Что теперь скажет первый, второй и третий секретарь, а жена. Я же
ей норковую шубу в случае победы обещал. Через 10 минут он был уже в
стельку пьян. Вскоре, он ткнулся лицом в стол и отключился.

Я закусил и так как патриотам было не до меня, ушел из ресторана. Ут-
ром позвонил массажист и сказал, что Сысоев, под давлением различных об-
ществ и организаций, прекращает предвыборную борьбу.

Ко мне пришел Жерка-массажист.

- Вася, до выборов две недели и нужно себя показать перед всеми изби-
рателями, чтоб своего депутата они знали в лицо. Я поговорил с шефом и
мы решили выделить денег на проведение этой акции. Вопервых, отдадим те-
бя косметологам, пусть тебе делают лицо. Во-вторых, нужно провести ми-
тинг на нашей площади. Я просмотрел журналы и ближайший праздник это 150
лет подавления боксерского восстания в Китае. Шеф заказал 5 бочек раз-
ливного пива. Подготовь речь, найдем еще идиотов, которые выступят, а я
зарегистрирую митинг в мэрии. Пусть Николай пробежит по кабакам и злач-
ным местам и пригласит всех, только со своими кружками пива. Тетка Нюра
пусть нашлепает плакатов, приглашающих граждан, только со своего района.
Ты все усек, Вася?

- Все ясно. Я пошел готовиться.

Митинг удался на славу. Милиция помогала раздавать пиво, согласно
очереди и прописке. Я выступил со знаменательной речью, посвященной нес-
частным боксерам.

- Граждане России, 150 лет назад китайское правительство разгромило
боксеров. Несчастные спортсмены прекратили существование в такой огром-
ной стране. Представьте какой бы был ужас, если бы они еще задавили
штангистов, борцов, футболистов, волейболистов и баскетболистов.

Тут из толпы стали орать.

- А нам пиво, почему нам пиво не дают?

- Пиво выдается, только жителям проживающим в этом районе, согласно
прописке. - прокричал через мегафон Жорка-массажист.

- А мы хотим в ваш район. Пущай нас запишут тоже.

- Граждане России, - продолжал я. - Когда я буду депутатом, я обещаю,
что боксеры нашей страны будут передовым отрядом по защите частной собс-
твенности и давить их мы не позволим.

Тут у одной бочки началась потасовка.

- Он принес ведро.

- Ну и что. У меня бабушка - подагрик, дедушка - сифилитик и трое де-
тей - безработных.

- Твоя бабушка давно умерла.

- Ну и что, а подагра осталась.

- Пусть пьет.

- В морду ему. Не давай пива. Я вон третий раз стою и все с бутылоч-
кой из под глазных капель, а он... - пищала какая-то старушка.

- Ишь ведьма старая, сержант не давай больше ей. Пусть отметку теперя
в паспорте делают, что уже раз получили.

- Ребята я из другого района, умираю, дайте опохмелиться. Клянусь в
день выборов 5 покойников выкопаю и все их голоса вашему депутату. Тут
уж не я ни Жорка остановить массы не могли и дело попыталась спасти
Валька-экономист. Она сунула под микрофон магнитофон. Звуки металла оше-
ломили толпу, но только на первое мгновение. Потом толпа с других райо-
нов стала давить нашу толпу. Тогда Жорка побежал к бочкам. Взревели ма-
шины.

- Граждане. - заорал я в толпу. - Сейчас мы организуем марш протеста
против подавления спорта. Пиво будем давать всем, даже не нашего района.
Пусть устанавливаются в очередь и идут за бочками. Жорка давай первую
машину.

Бочки медленно поехали и тысячные толпы под охраной милиции тронулись
в поход.

Митинг и прохождение марша кончилось, когда кончилось пиво. Газеты на
следующий день дружно полоскали меня в грязи и за это я приобрел сотни
поклонников, ибо уяснил, чем больше тебя ругают, тем больше твоих сто-
ронников.

В день выборов на избирательные участки пришли контролировать пра-
вильность выборов десятки наблюдателей. Здесь были мои сторонники, от
коммунистов и других кандидатов. Пришел и я. Жорка принес бочонок пива и
вина.

Голосование кончилось и прежде чем все листки высыпать на стол, мы и
конкуренты, и друзья и обслуживающие девушки выпили Жоркино угощение.

- Ой сколько их тут, - запищала девица, увидев такое количество бюл-
летеней. - Да здесь, в каждой бумажке все напечатано в двойне.

- Значит два голоса за, - сказал Жорка. - Вот Криволапченко, раз и
два.

Пишите счетчики.

Наблюдатель от коммунистов запротестовал.

- Нет не так. Раз двоиться. Разделим голоса по полам.

- Чего вы спорите? - сказал я. - Всеравно вы ни черта сейчас не раз-
берете, кто за, кто против. Лучше делите бюллетени. Мятые и грязные, да-
же не глядя мои. Чистенькие - коммунистов.

- Это правильно, - икнул представитель коммунистов. Мятых и грязных
набралось больше чем других. Счетчики отсчитали количество, все запеча-
тали и отправили на городскую комиссию. Я победил, хотя и с небольшим
перевесом, но пришлось поволноваться. Моя жена Маша, с изумлением приня-
ла эту новость.

- Как, такому идиоту как ты, удалось околпачить такую массу людей. Но
что бы не произошло, все к лучшему. Видно действительно наш парламент,
состоит из таких придурков, как ты. Разве теперь мы будем жить лучше?

- Мы - да.

- О, господи.

Умница дочка, сразу сочинила стихи.

- Наш папулечка подрался и в парламенте остался.

Прощальный вечер мы закатили в каком-то ресторане. Здесь были все:
команда, Жора-массажист и Валька-Экономист. Тетка Нюра закосела и стала
приставать к Жорке, пытаясь доказать, что она еще женщина. Николай тис-
кал Валькины ноги под столом, а Доходяга пытался мне доказать, что он
человек и даже имеет незаконченное техническое образование.

- Вася, возьми меня в Москву. Я там тебе пригожусь. Я законы тебе бу-
ду разрабатывать. Один уже придумал. Закон о психологическом обследова-
нии торговых работников. Смысл, перед каждым открытием магазина, торгаши
проверяются на мытье рук, анализ мочи и кала, допинга и проходят тест,
на умение разговаривать с покупателем. Кроме того в законе будет предус-
мотрена норма, сколько они должны украсть и что за это будет. Ну как?

- Причем здесь анализ мочи и кала?

- Чтобы знать сколько у них белков и сахара убавилось или прибавилось
за день.

- Великолепно. Но лучше я тебя оставлю здесь. Будешь моим доверенным
лицом, а в свободное время разрабатывать законы и высылать их ко мне.

Маша, которая сидела со мной рядом, сказала:

- Не пора ли нам домой, милый.

При этом она ущипнула меня за рукав. Потом зашипела на ухо.

- Как можешь ты якшаться с этими пьяницами? Не забывай, уже два часа
тридцать минут, как ты депутат.

ЧАСТЬ 2 ДЕПУТАТ

Меня поселили в номере гостиница `Россия`. Только я успел распаковать
чемодан, как раздался стук в дверь. Передо мной стоял мужчина в прилич-
ной тройке с мешком в руках.

- Я ваш сосед по номеру, депутат из... Приморья. Редиски не купите?

- Чего?

- Редиски не купите, у меня еще лучок есть. Отлично воняет. Я три
мешка пер в Москву, говорят здесь жрать нечего.

- Вы правда депутат?

- А как же. Вот мой мандат.

Мужчина бросил мешок на пол и выволок грязными, вонючими руками заса-
ленную бумажку из внутреннего кармана пиджака.

- Каждому показываю, - любовно расправил бумажку он.

- Не надо лука, не надо редиски.

Он не обиделся. Спрятал бумажку, взял мешок и пошел стучать в следую-
щие двери.

Только я захлопнул двери, опять стук.

- Уважаемый, тебе куртку не надо?

Другой взлохмаченный депутат, держал три куртки в руках. Я отправил
его подальше. Потом появился третий, который торговал презервативами.
Потом четвертый, пятый... Я запер двери, заткнул уши ватой, выковоренной
из рам окна и лег спать.

От Сергей Сергеевича пришла весточка, что он нашел мне нового кон-
сультанта и советчика из бывшей партийной номенклатуры, выгнанного за
провал предвыборной компании.

Ко мне позвонил из вестибюля гостиницы мужской голос и попросил спус-
тится вниз.

- Михаил Михайлович. - отрекомендовался тот - Я от Сергей Сергеевича.

Я оформил ему проход к себе в номер и мы, наконец, остались вдвоем.

- Сергей Сергеевич, говорил, что вы завалили предвыборную компанию?

- Ерунда все. Я всем обещал все и естественно перегнул. Меня инструк-
тировали в обкоме партии, что я ни чем не должен отличаться от остальных
кандидатов, только к обещаниям добавлять что-нибудь о коммунизме. Ну, я
и нес черт знает что. Например, что коммунизм не за горами, что завтра
будет коммунистическое изобилие, а пока сейчас коммунистический недоста-
ток, что коммунизм это светлое будущее, а сейчас темное будущее и так
далее.

- Да. Я согласен. Неправильно инструктировали.

- Я вам должен помогать в вашей парламентской деятельности. Я буду
проводить анализы и делать прогнозы на будущее.

- Анализов не надо, я здоров. Ну, и какие сейчас прогнозы? Что де-
латьто?

- А хрен его знает. Пока я займусь подноготной депутатов их полити-
ческими взглядами, а там по ходу выясним. Кстати, так как в парламенте
почти все или бывшие коммунисты, или скрытые или настоящие, как по ваше-
му отделить от них демократов?

- Очень просто. Мой оппонент, по выборам, секретарь райкома, говорил,
что коммунисты битый народ, а все демократы, это обиженные нашей систе-
мой. Один выгнан из милиции, один из армии, другой из учреждения. Таким
образом, одни богом битые, а другие обиженные богом.

- Пожалуй, я это запишу и завтра вам списочек, кто и где. Мы расста-
лись друзьями.

Идя в Кремль на первое заседание, я был расстроен обилием народа и
плакатов вдоль нашего пути. Здесь были жалостливые: `Помогите пожалуйс-
та! Моя собачка помочилась на колесо машины директора. Меня уволили с
работы.` или `У меня искривление коленки, из-за этого не могу рожать.
Помогите выехать за границу для лечения.` Были плакаты и туалетные, но
политические: `Коммунисты вы не говно, говно - другие.` или `Демократы,
пусть воняют коммунисты. Свою вонь держи в себе.`

Прийдя в Кремлевский дворец съездов, я увидел, что депутаты раздели-
лось. Одни помчались в буфет, а другие пошли занимать хорошие места в
зале. Я пошел в буфет. За прилавком давали селедку по сниженным, по
сравнению со всей страной, ценами без талонов. Очередь была в человек
40. Депутат из Поволжья, толкался с депутатом из Закавказья из-за того,
кто первый подошел и уже дошли до ядреного русского мата. Другая оче-
редь, стояла за искусственной черной икрой и томатной пастой. В буфете
были длинные макароны и такие же депутатские сосиски. Я в течении часа
их сжевал. Все депутаты записывались на выступления. Я также записался
428. Но оказалось, что везде такая путаница и мне объявили, что вы сту-
паю 14. Я очень перепугался, но прослушав речь первых трех ораторов, ус-
покоился. Это были обыкновенные стоны о плохой жизни и как их, якобы,
надо исправлять. И вот наступила моя очередь.

- Граждане, товарищи, господа! Я буду выступать о нуждах нашего наро-
да. Судьба каждого человека связана с его нуждой. Но где спрашивается
человек справляет нужду? Ясно где, в туалете. Все здесь с трибуны обеща-
ют сделать кой-какие необходимые для своих избирателей вещи, а я уже
кое-что сделал. В нашем городе не работали все 97 туалетов. Благодаря
мне 96 туалетов уже работает (долгие продолжительные аплодисменты). Так
как 97 туалет, я покидал последним и из-за этого не могли его отремонти-
ровать, я с высокой трибуны, обещаю отремонтировать его за свои деньги
(бурные продолжительные аплодисменты). Необходимы туалетные реформы.
Нужно все туалеты перевести на самофинансирование, а что бы гражданам
жуликам не повадно за рубль, входить в туалет и справлять нужду перебе-
гая с одного толчка к другому, предлагаю, сделать толчокавтомат. Опустил
рубль в щель, открывается стульчак и через 20 минут закрывается обратно.
Хочешь еще, плати еще рубль. После проведения реформы, наши туалеты бу-
дут самыми лучшими в мире (все встают, бурные аплодисменты). Догоним и
перегоним своими реформами Америку (все поют интернационал).

Мое выступление сделало переполох среди депутатов. Часть демократов
испугавшись реформ, перебежала к коммунистам, а часть коммунистов к де-
мократам. Начались рабочие будни. Как там делегаты выпендриваются и му-
солят регламент меня не интересовало. Я сидел в курилке или буфете и со-

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ



Док. 118552
Опублик.: 17.01.02
Число обращений: 3


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``