Глава Минздрава допустила введение четырехдневной рабочей недели в России
ГЛУБОКИЙ СОН Назад
ГЛУБОКИЙ СОН

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

С. ЛЕМ

НЕПОБЕДИМЫЙ

Повесть




ЧЕРНЫЙ ДОЖДЬ


`Непобедимый`, крейсер второго класса, самый большой корабль, которым
располагала База в системе Лиры, шел на фотонной тяге. Восемьдесят три
человека команды спали в туннельном гибернаторе центрального отсека.
Поскольку рейс был относительно коротким, вместо полной гибернации ис-
пользовался очень глубокий сон, при котором температура тела не падает
ниже десяти градусов. В рулевой рубке работали только автоматы. В поле
их зрения, на перекрестке прицела, лежал кружок солнца, немногим более
горячего, чем обычный красный карлик. Когда кружок занял половину площа-
ди экрана, реакция аннигиляции прекратилась. Некоторое время в звездоле-
те царила мертвая тишина. Беззвучно работали кондиционеры и счетные ма-
шины. Погас вырывавшийся из кормы световой столб, который, пропадая во
мраке, как бесконечно длинная шпага, подталкивал корабль, и сразу же
прекратилась едва уловимая вибрация. `Непобедимый` шел с прежней околос-
ветовой скоростью, притихший, глухой и, казалось, пустой.
Потом на пультах, залитых багрянцем далекого солнца, пылавшего на
центральном экране, начали перемигиваться огоньки. Зашевелились ферро-
магнитные ленты, программы медленно вползали внутрь все новых и новых
приборов, переключатели высекали искры, и ток уплывал по проводам с гу-
дением, которого никто не слышал. Закружились электромоторы, преодолевая
сопротивление давно застывшей смазки и поднимаясь с басов на высокий
стон. Матовые слитки кадмия выдвигались из вспомогательных реакторов,
магнитные помпы сжимали жидкий натрий в змеевиках охлаждения, по обшивке
кормовых отсеков пробежала дрожь, и одновременно легкий шорох из-за бор-
товых переборок - словно целые стада зверьков носились там, постукивая
коготками о металл, - сообщил, что приборы автоматического контроля уже
отправились в длинное путешествие, чтобы проверить каждое соединение
лонжеронов, герметичность корпуса, прочность металлических швов. Весь
корабль наполнился шумами, движением, - он пробуждался, и только команда
его еще спала.
Наконец очередной автомат, проглотив свою программу, послал сигнал в
мозг гибернатора. К струям холодного воздуха примешался будящий газ.
Между рядами коек из палубных решеток повеяло теплым ветром. Но люди
словно не хотели просыпаться. Некоторые беспомощно двигали руками; пус-
тоту их ледяного сна заполняли бред и кошмары. Наконец кто-то открыл
глаза. Корабль уже ждал. За несколько минут до этого темноту длинных ко-
ридоров, шахт подъемников, кают, рулевой рубки, рабочих помещений, шлю-
зов разогнал бледный свет искусственного дня. И пока гибернатор напол-
нялся бормотаньем, вздохами и бессознательными стонами, корабль, словно
ему было невтерпеж, не дожидаясь пробуждения команды, начал предвари-
тельный маневр торможения. На центральном экране вспыхнули полосы носо-
вого пламени. В оцепенение околосветового разгона ворвался толчок, могу-
чая сила носовых двигателей стремилась уничтожить энергию восемнадцати
тысяч тонн массы покоя `Непобедимого`, помноженных сейчас на его огром-
ную скорость. Повсюду зашевелились, как бы оживая, плохо закрепленные
предметы. Стук, звяканье стекла, звон металла, шорох пластиков волной
прошли по всему кораблю от носа до кормы. В это время из гибернатора уже
доносился шум голосов; люди от небытия, в котором они находились в тече-
ние семи месяцев, через короткий сон возвращались к яви.
Корабль терял скорость. Планета закрыла звезды, вся в рыжей вате об-
лаков. Выпуклое зеркало океана, отражавшее Солнце, двигалось все медлен-
нее. На экран выполз бурый, испещренный кратерами континент. Люди, нахо-
дившиеся в отсеках, ничего не видели. Глубоко под ними в титановом чреве
двигателя нарастало сдавленное рычание, чудовищная тяжесть стягивала
пальцы с рукояток. Туча, попавшая в огненную струю, засеребрилась ртут-
ным взрывом, распалась и исчезла. Рев двигателей на мгновение усилился.
Бурый диск расплющивался, планета превращалась в материк. Уже были видны
перегоняемые ветром серпообразные барханы. Полосы лавы, расходящиеся от
ближайшего кратера как спицы колеса, переливаясь, отразили пламя ракет-
ных дюз.
- Полная мощность на оси. Статическая тяга.
Стрелки лениво передвинулись в соседние секторы шкал. Маневр был про-
изведен безошибочно. Корабль, как перевернутый вулкан, извергающий
огонь, висел над рябой равниной с утонувшими в песке скальными грядами.
- Полная мощность на оси. Уменьшить статическую тягу.
Уже было видно место, где рвущийся вертикально вниз столб огня ударял
в грунт. Там поднялась рыжая песчаная буря. Из кормы, беззвучные в оглу-
шительном реве газов, стреляли фиолетовые молнии. Разность потенциалов
выровнялась, молнии исчезли. Двигатели выли, корабль падал без единого
толчка, как подвешенная на невидимых канатах стальная гора.
- Половина мощности на оси. Малая статическая тяга.
Кольцевыми гребнями, как валы настоящего моря, во все стороны разбе-
гались дымящиеся волны песка. Эпицентр, в который с небольшого расстоя-
ния било кустистое пламя, уже не дымился - кипел. Песок исчез, он прев-
ратился в багровое зеркало, в кипящее озеро расплавленного кремнезема, в
пену грохочущих взрывов и, наконец, испарился. Обнаженный, как кость,
старый базальт планеты начал размягчаться.
- Реакторы на холостой ход. Холодная тяга.
Голубизна атомного огня погасла. Из дюз вырвались наклонные струи бо-
роводорода, и в одно мгновение пустыню, склоны кратеров и тучи над ними
залила призрачная зелень. Базальтовый монолит, на который должна была
осесть широкая корма `Непобедимого`, уже не грозил расплавиться.
- Реакторы ноль. Холодной тягой на посадку.
Сердца людей забились быстрее, глаза приблизились к приборам, рукоят-
ки вспотели в сжатых ладонях. Эти слова означали, что возвращения уже
нет, что ноги встанут на настоящий грунт, пусть это только песок пустын-
ного мира, но там будет восход и заход солнца, горизонт, и тучи, и ве-
тер.
- Посадка в точке надира.
Корабль был наполнен воем турбин, нагнетающих вниз горючее. Зеленый,
конусно расходящийся столб огня соединил его с дымящейся скалой. Со всех
сторон поднялись тучи песка, перископы центральных отсеков ослепли,
только в рубке на экранах радаров неизменно появлялось и гасло изображе-
ние местности, тонущей в хаосе тайфуна.
- Стоп в момент контакта.
Огонь гневно бурлил под кормой, его миллиметр за миллиметром сдавли-
вала спускающаяся громада звездолета, зеленое пекло стреляло длинными
брызгами в глубь грохочущих песчаных туч. Промежуток между кормой и
обожженным базальтом скалы стал узкой щелью, ниточкой зеленого пламени.
- Ноль-ноль. Все двигатели стоп.
Один-единственный удар словно бы огромного разорвавшегося сердца.
Звездолет стоял. Главный инженер сжимал рукоятки аварийного реактора:
скала могла податься. Все ждали. Стрелки секундомеров продолжали дви-
гаться своими насекомьими скачками. Командир некоторое время не отводил
глаз от указателя вертикали: серебристый огонек ни на волосок не отошел
от красного нуля. Все молчали. Разогретые до вишневого каления дюзы на-
чинали сжиматься, издавая характерные звуки, похожие на хриплое покашли-
ванье. Красноватая туча, подброшенная на сотни метров, опускалась. Из
нее вырос тупой нос `Непобедимого`, его корпус - опаленный трением в ат-
мосфере и поэтому приобретший цвет старой скалы шершавый двойной пан-
цирь. Рыжая пыль все еще клубилась и завихрялась у кормы, но сам корабль
стоял прочно, как будто давно уже стал частью планеты и теперь ленивым
движением, продолжающимся века, вращался вместе с ее воздухом, под фио-
летовым небом, в котором были видны наиболее яркие звезды, гаснущие
только в непосредственной близости от красного солнца.
- Нормальная процедура?
Астрогатор выпрямился над бортовым журналом, куда вписал условный
знак посадки, время и добавил название планеты: `Регис III`.
- Нет, Рохан. Начнем с третьей степени.
Рохан старался не показать своего изумления.
- Слушаюсь. Хотя... - добавил он с фамильярностью, которую Хорпах
иногда ему позволял, - я предпочел бы не быть тем, кто сообщит об этом
команде.
Астрогатор, как бы не слыша слов своего подчиненного, взял его за
плечо и подвел к экрану, словно к окну. Отброшенный в стороны реактивной
струей песок образовал что-то вроде неглубокой котловины, увенчанной
осыпающимися барханами. С высоты восемнадцати этажей сквозь трехцветную
Плоскость электронного преобразователя, точно воспроизводившего все, что
было снаружи, они видели скалистую пилу кратера, находившегося на расс-
тоянии трех километров от корабля. На западе она исчезала за горизонтом.
На востоке под ее обрывами громоздились черные непроницаемые тени. Широ-
кие потоки лавы, выступающие из песка, были цвета засохшей крови. Яркая
звезда сверкала в небе, под верхним обрезом экрана. Катаклизм, вызванный
появлением `Непобедимого`, кончился, и вихрь пустыни, бурный поток воз-
духа, постоянно несущийся от экваториальных областей к полюсу планеты,
уже втискивал первые песчаные языки под корму корабля, славно стараясь
терпеливо зализать рану, нанесенную пламенем двигателей. Астрогатор
включил систему наружных микрофонов, и злобный далекий вой вместе с шо-
рохом песка, трущегося по обшивке, наполнил на мгновение высокое помеще-
ние рубки. Потом он выключил микрофоны, и стало тихо.
- Так это выглядит, - сказал он медленно. - Но `Кондор` не вернулся
отсюда, Рохан.
Рохан стиснул зубы. Он не мог спорить с командиром. Они пролетели
вместе много парсеков, но не сдружились. Может быть, разница в возрасте
была слишком велика. Или пережитые вместе опасности не так уж значи-
тельны. Этот человек, с волосами почти такими же белыми, как его одежда,
был беспощаден. Вез малого сотня людей неподвижно стояла на постах, кон-
чив напряженную работу. Почти сотня людей, которые месяцами не слышали
шума ветра и научились ненавидеть пустоту так, как ненавидит ее лишь
тот, кто хорошо знает. Но командир, наверное, не думал об этом. Он мед-
ленно прошелся по рубке и, опершись рукой о спинку кресла, буркнул:
- Мы не знаем, что это, Рохан.
И вдруг - резко:
- Чего вы еще ждете?
Рохан быстро подошел к распределительным пультам, включил внутреннюю
систему связи и голосом, в котором все еще дрожало подавленное возмуще-
ние, бросил:
- Все отсеки, внимание! Посадка закончена. Планетная процедура
третьей степени. Восьмой отсек, - подготовить энергоботы! Девятый отсек,
- включить блоки экранировки! Техники защиты, - на свои посты! Остальным
занять места по рабочему расписанию! Конец.
Когда Рохан говорил это, глядя на мигающий в такт модуляциям голоса
зеленый глазок усилителя, ему казалось, что он видит их потные, поднятые
к репродукторам лица, застывшие от удивления и гнева.
- Планетная процедура третьей степени начата, командир, - сказал он,
не глядя на старика.
Тот посмотрел на него и неожиданно улыбнулся уголком рта.
- Это только начало, Рохан. Может, будут еще долгие прогулки, кто
знает...
Он вынул из небольшого стенного шкафчика тонкий высокий том и, поло-
жив его на ощетинившийся ручками белый пульт, произнес:
- Вы читали это?
- Да.
- Их последний сигнал, зарегистрированный седьмым гипертранслятором,
дошел до ближайшего буя в зоне Базы год назад.
- Я знаю его содержание на память. `Посадка на Регис III закончена.
Планета пустынная, типа суб-дельта 92. Высаживаемся на сушу по второй
процедуре в экваториальной области континента Эваны`.
- Да. Но это был не последний сигнал.
- Знаю. Через сорок часов гипертранслятор зарегистрировал серию им-
пульсов, похожих на азбуку Морзе, но совершенно бессмысленных, а затем -
неоднократно повторенные странные звуки. Хертель назвал их `мяуканьем
кошек, которых тянут за хвост`.
- Да... - протянул астрогатор, но было видно, что он не слушает.
Он снова подошел к экрану. Над нижней кромкой экрана выдвинулись шар-
нирные звенья аппарели, по которой ровно, как на параде, один за другим
сползали энергоботы - тридцатитонные машины, покрытые огнеупорными сили-
коновыми панцирями. Съезжая с аппарели, боты глубоко окунались в песок,
но шли уверенно, вспахивая барханы, которые ветер уже наносил вокруг
`Непобедимого`. Они расходились в разные стороны, и через десять минут
корабль был окружен кольцом металлических черепах. Остановившись, каждый
бот начинал мерно зарываться в песок, пока не исчезал, и только поблес-
кивающие пятна, равномерно расположенные на рыжих склонах барханов, ука-
зывали места, где выступали купола эмиттеров Дирака. Покрытый пеноплас-
том стальной пол рубки вздрогнул под ногами. Тела людей прошила корот-
кая, как молния, отчетливая, хотя и едва ощутимая дрожь, а изображение
на экране размазалось. Это не длилось и полсекунды. Вернулась тишина,
прерванная отдаленным, плывущим из нижних ярусов, урчанием запущенных
двигателей. Пустыня, черно-рыжие скальные откосы, шеренги лениво ползу-
щих песчаных волн резко обозначились на экранах. Все осталось прежним,
но над `Непобедимым`, закрывая доступ к нему, раскинулся невидимый купол
силового поля. На аппарели появились инфороботы - металлические крабы с
вращающимися мельничками антенн. У них были сплюснутые туловища и изог-
нутые, расходящиеся в стороны металлические ноги. Увязая в песке и слов-
но с отвращением вытягивая из него глубоко проваливающиеся конечности,
членистоногие разбежались и заняли места в разрывах кольца энергоботов.
По мере того как развивалась операция защиты, на центральном пульте руб-
ки зажигались контрольные огоньки, а шкалы импульсных счетчиков набухали
зеленоватым светом. Будто десяток больших застывших кошачьих глаз смот-
рел сейчас на людей. Стрелки всех приборов стояли на нулях, свиде-
тельствуя о том, что никто не пытается проникнуть сквозь невидимую прег-
раду силового поля. Только указатель потребляемой мощности поднимался
все выше, минуя красные черточки гигаваттов.
- Я спущусь вниз, перекушу. Проводите стереотип сами, Рохан, - сказал
поскучневшим вдруг голосом Хорпах, отрываясь от экрана.
- Дистанционно?
- Если для вас это имеет значение, можете послать когонибудь... или
пойдите сами.
С этими словами астрогатор раздвинул двери и вышел. Рохан еще мгнове-
ние видел его профиль в слабом свете лифта, потом кабина беззвучно про-
валилась вниз. Он взглянул на пульт индикаторов поля. Ноль. `Нужно было
начинать с фотограмметрии, - подумал он. - Облетывать планету до тех
пор, пока не получили бы полного комплекта снимков. Возможно, этим спо-
собом и удалось бы что-нибудь обнаружить. Визуальные наблюдения с орбиты
немного стоят; континенты - это не море, а все наблюдатели, вместе взя-
тые, - не матросы на марсе. Правда, на комплект снимков потребовался бы
без малого месяц`.
Лифт вернулся. Рохан вошел в кабину и спустился в шестой отсек. На
большой платформе у входа в шлюз толпились люди, которым, собственно,
здесь больше нечего было делать, тем более что четыре сигнала, извещаю-
щие о наступлении времени основного приема пищи, повторялись уже минут
пятнадцать. Перед Роханом расступились.
- Джордан и Бланк. Пойдемте со мной на стереотип.
- Полные скафандры?
- Нет. Только кислородные приборы. И один робот. Лучше из арктанов,
чтобы не завяз в этом проклятом песке. А почему все здесь? Аппетит поте-
ряли?
- Хотелось бы сойти... на берег.
- Хоть на пару минут...
Поднялся гомон.
- Спокойна, ребята. Придет время - сойдете. А сейчас - третья сте-
пень...
Расходились неохотно. Тем временем из грузовой шахты вынырнул подъем-
ник с роботом, который был на голову выше самых рослых людей. Джордан и
Бланк, уже с кислородными приборами, возвращались на электрокаре. Рохан
ждал их, опершись о поручни коридора, который теперь, когда корабль сто-
ял на корме, превратился в вертикальную шахту. Он чувствовал над собой и
под собой раскинувшиеся ярусы металла, где-то в самом низу работали мед-
ленные транспортеры, было слышно слабое чмоканье гидравлической системы,
а из глубины сорокаметровой шахты всплывала струя холодного чистого воз-
духа от кондиционеров машинного отделения.
Двое из шлюзовой команды открыли им дверь. Рохан проверил положение
захватов и прижим маски. Джордан и Бланк вошли за ним, а потом плита тя-
жело заскрежетала под шагами робота. Раздался пронзительный, протяжный
свист воздуха, втягивающегося внутрь корабля. Открылся наружный люк. Ап-
парель для машин находилась четырьмя этажами ниже. Чтобы спускаться
вниз, люди пользовались малым подъемником, выдвинувшимся из обшивки. Его
решетчатая ферма упиралась в вершину бархана. Клеть подъемника была отк-
рыта со всех сторон. Воздух был немного холоднее, чем внутри `Непобеди-
мого`. Они вошли в клеть вчетвером, магниты отключились, и они плавно
спустились с высоты одиннадцати этажей. Рохан машинально проверял состо-
яние обшивки: не очень-то часто случается осматривать корабль снаружи.
`Да, поработал`, - подумал он, разглядывая бороздки от метеоритных
ударов. Местами плиты обшивки утратили блеск, словно разъеденные сильной
кислотой.
Лифт, кончив свой короткий полет, мягко осел на песчаную волну. Люди
спрыгнули и тотчас провалились выше колен. Только робот, предназначенный
для работы в заснеженных местах, шествовал смешным, утиным, но уверенным
шагом на своих карикатурно расплющенных ступнях. Рохан приказал ему ос-
тановиться, а сам с Джорданом и Бланком тщательно, насколько это было
возможно снаружи, осмотрел устья кормовых дюз.
- Им не помешает небольшая шлифовка и продувка, - пробормотал он.
Только выйдя из-под кормы, он увидел, какую огромную тень отбрасывает
корабль. Словно широкая дорога, тянулась она через холмы, освещенные уже
заходящим солнцем. В правильности песчаных волн было особое спокойствие.
Их впадины были залиты голубыми тенями, верхушки розовели в сумерках, и
этот мягкий румянец напоминал Рохану краски, которые он видел когда-то в
детской книжке с картинками. Такой он был неправдоподобно нежный. Рохан
медленно переводил взгляд от бархана к бархану, находя все новые оттенки
золотистого пламени. Дальше краски становились бурыми, их рассекали сер-
пы черных теней, и, наконец, сливаясь в желто-серую пелену, они обвола-
кивали грозно торчащие плиты голых вулканических скал.
Рохан все стоял и смотрел, а его товарищи - без спешки, движениями,
ставшими в результате многолетнего навыка автоматическими, производили
обычные измерения, набирали в маленькие контейнеры пробы воздуха и пес-
ка, переносным зондом, бур которого поддерживал арктан, определяли ради-
оактивность грунта. Маска прикрывала только нос и рот, глаза и голова
были открыты, так как Рохан снял легкий защитный шлем. Он чувствовал,
как волосы трогает ветер, как на лице оседают мельчайшие зернышки песка,
как, щекоча, они забиваются между пластиковой кромкой маски и щекой.
Беспокойные порывы ветра играли штанинами комбинезона, огромный словно
опухший, солнечный диск, на который можно было смотреть безнаказанно це-
лые секунды, торчал теперь за самой макушкой звездолета. Ветер протяжно
свистел, силовое поле не задерживало движения газов, поэтому Рохан не
мог угадать, где встает из песка невидимая стена. Ширь, раскинувшаяся
перед ним, была мертвой, как будто никогда не ступала сюда нога челове-
ка, как будто не эта планета поглотила корабль с экипажем в восемьдесят
человек, корабль класса `Непобедимого`, - огромный опытный космопрохо-
дец, способный в доли секунды развить мощность в миллиарды киловатт,
преобразовать ее в энергетические поля, которые не пробьет никакое мате-
риальное тело, сконцентрировать в уничтожающее излучение с температурой
звезд, способное обратить в прах горную цепь или высушить море. И
все-таки он пропал здесь, этот могучий стальной организм, построенный на
Земле, плод многовекового развития технологии, исчез непонятным образом,
без следа, без сигнала SОS, словно растворился в рыжей однообразной пус-
тыне.
`И весь этот континент выглядит так же`, - подумал Рохан. Он помнил
это хорошо. Видел с высоты оспины кратеров и единственное движение, ко-
торое существовало на планете, - неустанное, медленное движение облаков,
тащивших свои тени через нескончаемую лавину барханов.
- Активность? - спросил Рохан, не оборачиваясь.
- Ноль, ноль-два, - ответил Джордан и поднялся с колен. Его лицо
раскраснелось, глаза блестели. Маска делала голос невнятным.
`Это значит - меньше, чем ничего, - подумал Рохан. - Впрочем, они не
могли погибнуть от такой грубой неосторожности, автоматические индикато-
ры подняли бы тревогу, даже если бы никто не позаботился о контрольном
стереотипе`.
- Атмосфера?
- Азота семьдесят восемь процентов, аргона два, двуокиси углерода
ноль, метана четыре, остальное кислород.
- Шестнадцать процентов кислорода?! Это точно?
- Точно.
- Радиоактивность воздуха?
- Практически ноль.
Странно! Столько кислорода! Рохан подошел к роботу, который тотчас же
поднес к его глазам кассету с индикаторами. `Может, пробовали обойтись
без кислородных приборов?` - подумал он, прекрасно понимая, что это не-
возможно. Правда, время от времени случалось, что какой-нибудь космо-
навт, больше других тосковавший по дому, вопреки приказам, снимал маску
- окружающий воздух казался таким чистым, таким свежим - и отравлялся.
Но такое могло случиться с одним, максимум с двумя...
- Закончили?
- Да.
- Возвращайтесь.
- А вы?
- Я еще останусь. Возвращайтесь, - повторил он нетерпеливо.
Ему хотелось побыть одному. Бланк закинул за плечи связанные за ручки
контейнеры. Джордан подал роботу зонд, и они пошли, тяжело увязая в пес-
ке; арктан шлепал за ними, так похожий сзади на человека в маскарадном
костюме.
Рохан подошел к крайнему бархану. Вблизи он увидел выступающий из
песка раструб эмиттера, одного из создававших защитное силовое поле. Не
столько для того, чтобы проверить существование поля, сколько из како-
го-то детского каприза он зачерпнул горсть песку и бросил ее вверх. Пе-
сок полетел струйкой и, как бы наткнувшись на невидимое наклонное стек-
ло, вертикально осыпался на землю.
У него просто руки чесались снять маску. Он хорошо знал это чувство.
Выплюнуть пластмассовый мундштук, сорвать зажимы, наполнить грудь возду-
хом, затянуться им до самого дна легких...
`Расклеился я`, - подумал Рохан и медленно вернулся к кораблю. Пустая
клеть подъемника ждала его, платформа мягко погрузилась в бархан, а ве-
тер успел за несколько минут покрыть металл тоненьким слоем песка.
В главном коридоре пятого отсека он взглянул на стенной информатор.
Командир был в звездной каюте. Рохан поднялся наверх.
- Одним словом - идиллия? - суммировал астрогатор его слова. - Ника-
кой радиоактивности, никаких спор, бактерий, плесени, вирусов, ничего -
только кислород... Во всяком случае, пробы нужно высадить в питательную
среду...
- Уже в лаборатории. Может быть, жизнь развивается тут на других кон-
тинентах, - заметил Рохан неуверенно.
- Сомневаюсь. Инсоляция за пределами экваториальной области очень не-
велика: вы видели толщину ледовых шапок на полюсах? Ручаюсь, что там ми-
нимум восемь, если не все десять километров ледовой коры. Скорее, уж
океан - какие-нибудь водоросли, - но почему жизнь не вышла из воды на
сушу?
- Нужно будет в эту воду заглянуть, - сказал Рохан.
- Слишком рано спрашивать наших ученых, но планета кажется мне старой
- этому трухлявому яйцу миллиардов шесть лет. Впрочем, солнце тоже до-
вольно давно вышло из периода активной деятельности. Это почти красный
карлик. Да, отсутствие жизни на суше странно. Особый род эволюции, кото-
рая не переносит суши. Ну, ладно. Это бы объяснило присутствие кислоро-
да, а не исчезновение `Кондора`.
- Какие-нибудь формы жизни... Какие-нибудь подводные существа, кото-
рые создали цивилизацию там, на дне, - подсказал Рохан.
Они оба смотрели на большую карту планеты, в Меркаторовой проекции,
очень неточную, так как она была сделана на основании полученных еще в
прошлом веке данных автоматических зондов. На ней были показаны лишь
контуры основных континентов и морей, границы полярных шапок и несколько
самых больших кратеров. В сетке пересекающихся меридианов и параллелей
под восьмым градусом северной широты виднелась обведенная черным кружком
точка - место, где сел `Непобедимый`. Астрогатор нетерпеливо передвинул
бумагу на столе.
- Вы в это сами не верите, - обрушился он на Рохана. - Трессор был не
глупее нас... Он бы не поддался никаким подводным... Чушь. А впрочем,
даже если бы в воде и развились разумные вещества, одной из первых задач
было бы освоение суши. Ну, скажем, в скафандрах, наполненных водой...
Совершенная чушь, - повторил он, не для того чтобы окончательно уничто-
жить концепцию Рохана, а потому, что думал уже о чем-то другом.
- Постоим здесь некоторое время... - сказал он наконец и прикоснулся
к нижнему краю карты, которая с легким шелестом свернулась и исчезла в
глубине одной из полок большого стеллажа. - Подождем и посмотрим...
- А если ничего?.. - спросил Рохан осторожно. - Поищем их?
- Рохан, будьте благоразумны. Шестой звездный год, и такое... - Аст-
рогатор искал нужное определение, не нашел и заменил его небрежным жес-
том. - Планета величиной с Марс. Как их искать? Я имею в виду `Кондор`,-
уточнил он.
- М-да... Грунт железистый, - неохотно согласился Рохан.
Действительно, анализы показали большое содержание окислов железа в
песке. Значит, ферроиндукционные индикаторы здесь бесполезны. Не зная,
что сказать, Рохан умолк. Он был убежден, что командир найдет в конце
концов какой-нибудь выход. Не вернутся же они с пустыми руками, без вся-
ких результатов. Он ждал, глядя на насупленные кустистые брови Хорпаха.
- Честно говоря, я не верю, что ожидание в течение сорока восьми ча-
сов что-нибудь нам даст, однако инструкция этого требует, - внезапно
признался астрогатор. - Садитесь-ка, Рохан. А то вы стоите надо мной как
укор совести. Регис - самое нелепое место, какое только можно себе вооб-
разить. Верх бесполезности. И за каким чертом послали сюда `Кондор`?..
Впрочем, не будем о том, что уже случилось...
Хорпах остановился. Как обычно, когда бывал в плохом настроении, он
стал разговорчив, втягивал в спор и даже позволял некоторую фамильяр-
ность, что всегда было немного небезопасно, так как в любой момент он
мог закончить разговор какой-нибудь резкостью.
- Короче говоря, так или иначе мы должны что-то сделать. Знаете что
?.. Выведите-ка несколько малых фотозондов на экваториальную орбиту. Но
чтобы это была максимально точная окружность, и на небольшой высоте. Ки-
лометров так семьдесят.
- Это еще в пределах атмосферы, - запротестовал Рохан. - Они сгорят
через несколько десятков витков...
- Пусть горят. Но до этого сфотографируют что смогут. Я бы даже посо-
ветовал шестьдесят километров. Сгорят, возможно, уже на десятом витке,
но только снимки, сделанные с такой высоты, могут что-нибудь дать. Вы
знаете, как выглядит звездолет с высоты ста километров, даже в лучший
телеобъектив? Булавочная головка рядом с ним покажется горным массивом.
Сделайте это сейчас... Рохан!!!
На этот окрик навигатор обернулся уже от двери. Командир бросил на
стол протокол с результатом анализа:
- Что это? Что за идиотизм? Кто это писал?
- Автомат. А в чем дело? - спросил Рохан, стараясь говорить спокойно,
потому что и в нем начал нарастать гнев.
`Будет теперь ворчать!` - подумал он, подходя умышленно медленно.
- Читайте. Здесь. Вот здесь...
- Метана четыре процента...- прочитал Рохан и ошеломлено остановился.
- Метана четыре процента, а? А кислорода шестнадцать? Вы знаете, что
это? Взрывчатая смесь! Может быть, вы мне объясните, почему вся атмосфе-
ра не взорвалась, когда мы садились на бороводороде?
- Действительно... не понимаю... - пробормотал Рохан. Он быстро под-
бежал к пульту наружного контроля, засосал в датчики немного воздуха и,
пока астрогатор в зловещем молчании прохаживался по рубке, смотрел, как
анализаторы старательно постукивают стеклянными сосудами.
- Ну и что?
- То же самое. Метана четыре процента... кислорода шестнадцать... -
сказал Рохан.
Правда, он не понимал, как это возможно, однако почувствовал удовлет-
ворение: по крайней мере Хорпаху не в чем теперь его упрекать.
- Покажите-ка... Хм... Метана четыре, м-да... А, к дьяволу, ладно.
Рохан, зонды на орбиту, а потом прошу прийти в маленькую лабораторию. В
конце концов для чего у нас ученые?! Пускай поломают себе головы...
Рохан спустился вниз, взял двух ракетных техников и повторил им рас-
поряжение астрогатора. Потом вернулся во второй отсек. Здесь размещались
лаборатории и каюты специалистов. Он прошел мимо ряда узких впресованных
в металл дверей с табличками: `Г.И.`, `Г.Ф`, `Г.Б`. Двери маленькой ла-
боратории были широко открыты; сквозь монотонные голоса ученых время от
времени пробивался бас астрогатора. Рохан остановился у порога. Здесь
собрались все `главные` - главный инженер, биолог, физик, врач - и все
технологи из машинного. Астрогатор сидел молча под программирующим уст-
ройством настольной счетной машины, а оливковый Модерон со сплетенными
руками, маленькими, как у девушки, говорил:
- Я не специалист в химии газов. Во всяком случае, это, вероятно, не
обычный метан. Энергия связей другая. Разница лишь в сотых, но есть. Он
реагирует с кислородом только в присутствии катализаторов, и то неохот-
но.
- Какого происхождения этот метан? - спросил Хорпах. Он вертел
пальцами.
- Углерод в нем, во всяком случае, органического происхождения. Это
немного, но нет сомнения...
- Есть изотопы? Какой возраст? Как стар этот метан?
- От двух до пятнадцати миллионов лет.
- Ну и точность!
- У нас было всего полчаса времени. Пока мы ничего больше не можем
сказать.
- Доктор Гастлер! Откуда появляется такой метан?
- Не знаю.
Хорпах поочередно оглядел своих специалистов. Казалось, он сейчас
взорвется, но он вдруг усмехнулся.
- Друзья, вы люди опытные. Мы летаем вместе не первый день. Прошу
высказать свое мнение. Что мы должны сейчас делать? С чего начинать?
Поскольку никто не спешил взять слово, биолог Юппе, один из немногих,
кто не боялся раздражительности Хорпаха, сказал, спокойно глядя команди-
ру в глаза:
- Это не обычная планета класса суб-дельта 92. Если бы она была та-
кой, `Кондор` бы не погиб. Поскольку на его борту были специалисты не
хуже и не лучше, чем мы, наверняка можно сказать только одно - их знаний
оказалось недостаточно, чтобы избежать катастрофы. Отсюда предложение:
мы должны продолжать действовать по процедуре третьей степени и исследо-
вать сушу и океан. Думаю, что нужно начать геологическое бурение и од-
новременно заняться здешней водой. Все остальное было бы гипотезами, а в
этой ситуации мы не можем позволить себе такой роскоши.
- Хорошо. - Хорпах стиснул зубы. - Бурение в границах силового поля -
не проблема. Этим займется доктор Новик...
Главный геолог кивнул головой.
- Что касается океана... Как далеко береговая линия, Рохан?
- Около двухсот километров... - ответил навигатор, совершенно не уди-
вившись, что командир знает о его присутствии, хотя и не видит его: Ро-
хан стоял в нескольких шагах за его спиной, у двери.
- Немного далековато. Но не будем трогать корабль. Возьмите столько
людей, сколько сочтете необходимым. Рохан. Фитцпатрика или еще кого-ни-
будь из океанологов и шесть энергоботов резерва. И отправляйтесь на бе-
рег. Работать будете только под силовой защитой; никаких прогулок по во-
де, никаких погружений. Автоматами тоже прошу не разбрасываться - их у
нас не слишком много. Ясно? Можете приступать. Да, еще одно. Здешний
воздух пригоден для дыхания?
Врачи пошептались между собой.
- В принципе да... - сказал наконец Стормонт, но без особой убежден-
ности.
- Что значит `в принципе`? Можно им дышать или нельзя?
- Такое количество метана небезопасно. Через некоторое время наступит
насыщение крови, и это может дать легкие мозговые явления. Обморок... Но
не сразу, через час, возможно, через несколько часов.
- А какой-нибудь поглотитель метана?..
- Нет. Производство таких поглотителей просто не окупится, их придет-
ся часто менять... Ну а, кроме того, содержание кислорода все-таки низ-
кое. Лично я за кислородные приборы.
- М-м... А остальные тоже?
Витте и Элдъярн согласно кивнули. Хорпах встал.
- Итак, за дело, Рохан! Что с зондами?
- Сейчас будем их запускать. Могу я еще раз проверить орбиту перед
запуском?
- Можете.
Рохан прикрыл двери, оставив за ними шум лаборатории. Когда он вошел
в рубку, солнце почти село, виден был только краешек темного, фиолето-
во-пурпурного диска. На его фоне с неестественной четкостью вырисовывал-
ся зубастый контур кратера. Небо, в этой области Галактики густо усеян-
ное звездами, казалось сейчас слишком уж огромным. Все ниже вспыхивали
большие созвездия, как бы поглощая исчезавшую во мраке пустыню. Рохан
связался с носовым постом. Там как раз приступали к запуску первой пары
фотоспутников. Следующие должны были уйти вверх через час. Завтра днев-
ные и ночные снимки обоих полушарий планеты дадут картину всего эквато-
риального пояса.
- Минута тридцать одна... азимут семь. Навожу, - повторял в громкого-
ворителе певучий голос.
Рохан уменьшил громкость и повернул кресло к контрольному пульту. Он
никому бы в этом не признался, но его всегда забавляла игра огоньков при
запуске зондов на околопланетную орбиту. Сначала запылали рубиновым, бе-
лым и голубым контрольки бустера. Потом застучал стартовый автомат. Ког-
да его тиканье вдруг прервалось, корпус крейсера слегка вздрогнул. Тот-
час пустыня на экранах осветилась фосфорическим блеском. С тонким, пре-
дельно напряженным воем, обливая корабль потоком огня, миниатюрный сна-
ряд вырвался из носовой шахты. Блеск удаляющегося бустера плясал на
склонах холмов все слабее и наконец угас. Вой затих, зато безумие свето-
вой горячки охватило весь пульт. В спешке вырывались из мрака продолго-
ватые огоньки баллистического контроля, подтверждающе подмигивали жем-
чужные лампочки дистанционного управления, потом появились похожие на
украшенную разноцветными огнями елочку сигналы об отделении очередной
выгоревшей ступени, и, наконец, над всем этим радужным муравейником
вспыхнул белый, чистый четырехугольник - сигнал того, что спутник вышел
на орбиту. Посреди сверкающей снежной поверхности появился серый остро-
вок, который превратился в число 67. Это была высота полета. Рохан еще
раз проверил элементы орбиты: и перигей, и апогей находились в заданных
границах. Ему больше нечего было делать. Он взглянул на бортовые часы,
которые показывали восемнадцать, потом на действительные сейчас часы ло-
кального времени - одиннадцать часов ночи - и на мгновение закрыл глаза.
Он радовался путешествию к океану. Любил действовать самостоятельно.
Рохан ощущал сонливость и голод. Немного поразмышлял, не принять ли
тонизирующую таблетку, но решил, что достаточно будет ужина. Вставая, он
почувствовал, насколько устал, удивился и от этого немного пришел в се-
бя. Он спустился вниз, в кают-компанию. Там были участники завтрашней
экспедиции - два водителя транспортеров, один из них Ярг, которого Рохан
любил за его постоянно хорошее настроение, и Фитцпатрик с двумя своими
коллегами, Брозой и Кехлином. Они уже кончили ужинать. Рохан заказал го-
рячий суп, вынул из стенного автомата хлеб и бутылку безалкогольного пи-
ва. Он шел с подносом к столу, когда пол слегка вздрогнул. `Непобедимый`
запустил очередной спутник.



Ехать ночью командир не разрешил. Отправились в пять часов по местно-
му времени, перед восходом солнца. Строй, в котором они вынуждены были
двигаться, из-за его нудной медлительности в шутку называли похоронной
процессией. Открывали и замыкали строй энергоботы, которые эллипсоидным
силовым полем защищали остальные машины - универсальные вездеходы на
воздушной подушке, вездеходы с радиостанцией и радарными установками,
кухню, транспортер с самоустанавливающимся герметичным жилым бараком и
малый лазер непосредственного поражения на гусеничном ходу. Рохан устро-
ился вместе с тремя учеными в первом энергоботе. По правде говоря, это
было неудобно, они едва поместились, но, по крайней мере, давало иллюзию
более или менее нормального путешествия. Скорость приходилось принорав-
ливать к самым медленным машинам колонны, то есть к энергоботам.
Поездку нельзя было отнести к разряду изысканных удовольствий. Гусе-
ницы скрежетали и вязли в песке, турбинные двигатели ревели, как комары
величиной со слона, из решетчатых кожухов вырывалась струя воздушного
охлаждения, а весь энергобот болтался, как тяжелая шлюпка на волнах.
Скоро черная игла `Непобедимого` скрылась за горизонтом. Некоторое
время колонна двигалась в горизонтальных лучах холодного и красного, как
кровь, солнца по однообразной пустыне. Постепенно песка становилось все
меньше, из него начали высовываться каменные плиты, которые приходилось
объезжать. Кислородные маски и вой двигателей на располагали к беседе.
Все внимательно рассматривали линию горизонта, но картина была все время
одна и та же - нагромождение скал, большие выветрившиеся камни, потом
равнина начала опускаться, на дне оврага между отлогими скатами показал-
ся узенький, наполовину высохший ручей, вода которого блестела, отражая
красный свет. Слой гальки, тянувшийся по обоим берегам ручья, доказывал,
что иногда он несет значительно больше воды. Вода была совершенно чис-
той, довольно жесткой, с примесью окислов железа, и ничтожными следами
сульфидов. Отряд двинулся дальше, теперь уже немного быстрее, гусеницы
хорошо шли по каменистой почве. На западе появились небольшие утесы.
Последняя машина поддерживала непрерывную связь с `Непобедимым`, ан-
тенны радаров вращались, операторы, склонившиеся к экранам, грызли плит-
ки концентрата, иногда из-под какого-нибудь вездехода стремительно выле-
тал камень и, как будто вдруг оживая, взмывал вверх. Потом дорогу экспе-
диции преградили отлогие холмы, голые, с лысыми верхушками. Ученые на
ходу взяли несколько проб, и Фитцпатрик крикнул Рохану, что кремнезем
органического происхождения. Наконец, когда черно-синей полосой блеснуло
зеркало воды, обнаружили и известняк.
К берегу машины с грохотом спускались по маленьким плоским камням.
Когда до океана, вблизи зеленоватого и с виду совершенно земного, оста-
валось сто метров, умолк скрежет гусениц и вой турбин. Теперь началось
сложное маневрирование; для того чтобы защитить рабочую группу полем,
нужно было ввести головной энергобот в воду на довольно значительную
глубину. Предварительно герметизированная машина, управляемая с другого
энергобота, вошла в волны, которые бурлили и пенились. Она уползала все
глубже, пока не стала едва заметным темным пятном. Только после этого,
по сигналу с центрального поста, затопленный колосс выдвинул на поверх-
ность эмиттер Дирака, и когда поле установилось, покрывая невидимым по-
лушарием часть берега и прибрежных вод, началась работа.
Океан был немного менее соленым, чем земной, и никаких потрясающих
результатов анализы не приносили. Через два часа было известно примерно
столько же, сколько и вначале.
В открытое море выслали два дистанционно управляемых телезонда, и на
экранах в центральном посту наблюдали их движение. Но только когда зонды
удалились за горизонт, пришли первые существенные известия. В океане жи-
ли какие-то животные, внешне напоминающие костистых рыб. При появлении
зонда они исчезали с огромной скоростью, скрываясь в глубине, которая
была здесь, по показаниям эхолотов, полтораста метров.
Броза заявил, что ему совершенно необходимо иметь хотя бы одну такую
рыбу. Началась охота. Зонды гонялись за мелькающими в зеленом мраке те-

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ



Док. 117555
Опублик.: 21.12.01
Число обращений: 1


Разработчик Copyright © 2004-2019, Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА``